Война за независимость Израиля 1947-1949

Советская война за независимость Израиля


Суровая зима начала 1947 г. сопровождалась в Англии самым серьезным в истории страны топливным кризисом. Промышленность практически остановилась, англичане отчаянно мерзли. Британское правительство, как никогда, желало хороших отношений с арабскими странами – экспортерами нефти. 14 февраля министр иностранных дел Бевин объявил о решении Лондона передать вопрос о подмандатной Палестине в ООН ввиду того, что английские предложения о мире были отвергнуты как арабами, так и евреями. Это был жест отчаяния.

«ТЕПЕРЬ МИРА ЗДЕСЬ НЕ БУДЕТ»

6 марта 1947 г. советник МИД СССР Борис Штейн передал первому заместителю министра иностранных дел Андрею Вышинскому записку по палестинскому вопросу: «До настоящего времени СССР не сформулировал своей позиции по вопросу о Палестине. Передача Великобританией вопроса о Палестине на обсуждение Объединенных Наций представляет для СССР возможность впервые не только высказать свою точку зрения по вопросу о Палестине, но и принять эффективное участие в судьбе Палестины. Советский Союз не может не поддержать требования евреев о создании собственного государства на территории Палестины».

1453288898_14.jpg

Вячеслав Молотов, а затем и Иосиф Сталин согласились. 14 мая Андрей Громыко, постоянный представитель СССР при ООН, озвучил советскую позицию. На спецсессии Генеральной ассамблеи он, в частности, сказал: «Еврейский народ перенес в последней войне исключительные бедствия и страдания. На территории, где господствовали гитлеровцы, евреи подверглись почти полному физическому истреблению – погибло около шести миллионов человек. То обстоятельство, что ни одно западноевропейское государство не оказалось в состоянии обеспечить защиту элементарных прав еврейского народа и оградить его от насилия со стороны фашистских палачей, объясняет стремление евреев к созданию своего государства. Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления».

«Раз уж Сталин твердо решил дать евреям свое государство, глупо было бы Соединенным Штатам сопротивляться!» – заключил президент США Гарри Трумэн и дал указание «антисемитскому» Госдепу поддержать в ООН «сталинскую инициативу».

В ноябре 1947 г. была приняла резолюцию №181(2) о создании на территории Палестины двух независимых государств: еврейского и арабского сразу же после вывода британских войск (14 мая 1948 г.) В день принятия резолюции сотни тысяч палестинских евреев, обезумевших от счастья, вышли на улицы. Когда ООН принимала решение, Сталин долго курил трубку, а затем произнес: «Все, теперь мира здесь не будет». «Здесь» – это на Ближнем Востоке.

Арабские страны не приняли решение ООН. Они были невероятно возмущены советской позицией. Арабские компартии, которые привыкли бороться против «сионизма – агентуры британского и американского империализма», просто растерялись, видя, что советская позиция изменилась до неузнаваемости.

preview-14.jpg preview-13.jpg

Но Сталина реакция арабских стран и местных компартий не интересовала. Ему было гораздо важнее закрепить, в пику англичанам, дипломатический успех и по возможности присоединить будущее еврейское государство в Палестине к создаваемому мировому лагерю социализма.

Для этого в СССР было подготовлено правительство «для евреев Палестины». Премьером нового государства должен был стать Соломон Лозовский, член ЦК ВКП(б), бывший заместитель наркома иностранных дел, директор Совинформбюро. Дважды Герой Советского Союза танкист Давид Драгунский утверждался на должность министра обороны, военно-морским министром становился Григорий Гильман, старший офицер разведуправления ВМФ СССР. Но в конечном итоге было создано правительство от международного Еврейского агентства во главе с его председателем Бен-Гурионом (выходцем из России); и уже готовое к вылету в Палестину «сталинское правительство» распустили.

Принятие резолюции о разделе Палестины послужило сигналом к началу арабо-еврейского вооруженного конфликта, который продолжался до середины мая 1948 г. и явился своеобразной прелюдией к первой арабо-израильской войне, получившей в Израиле название «Война за независимость».

Американцы наложили эмбарго на поставки оружия в регион, англичане продолжали вооружать своих сателлитов-арабов, евреи оставались ни с чем: их партизанские отряды могли обороняться лишь самодельными ружьями и похищенными у англичан винтовками и гранатами. Тем временем становилось ясно, что арабские страны не позволят решению ООН вступить в силу и попытаются уничтожить палестинских евреев еще до провозглашения государства. Советский посланник в Ливане Солод после беседы с премьер-министром этой страны докладывал в Москву, что глава ливанского правительства высказал мнение всех арабских стран: «если понадобится, то арабы будут бороться за сохранение Палестины в течение двухсот лет, как это было во время крестовых походов».

В Палестину хлынуло оружие. Началась засылка «исламских добровольцев». Военные руководители палестинских арабов Абделькадер аль-Хусейни и Фаузи аль-Кавкаджи (недавно верно служившие фюреру) повели широкое наступление на еврейские поселения. Их защитники отступали к прибрежному Тель-Авиву. Еще чуть-чуть, и евреи будут «сброшены в море». И, бесспорно, такое бы случилось, если бы не Советский Союз.

СТАЛИН ГОТОВИТ ПЛАЦДАРМ

По личному распоряжению Сталина уже в конце 1947 г. в Палестину начали поступать первые партии стрелкового оружия. Но этого явно не хватало. 5 февраля представитель палестинских евреев через Андрея Громыко убедительно просил увеличить поставки. Выслушав просьбу, Громыко без дипломатичных уверток деловито поинтересовался, есть ли возможность обеспечить разгрузку оружия в Палестине, ведь там еще находится почти 100-тысячный британский контингент. Это была единственная проблема, которую должны были решить евреи в Палестине, все остальное брал на себя СССР. Такие гарантии были получены.

Оружие палестинские евреи получали главным образом через Чехословакию. Причем вначале в Палестину отправляли трофейное немецкое и итальянское оружие, а также произведенное в Чехословакии на заводах «Шкода» и «ЧЗ». Прага на этом хорошо зарабатывала. Аэродром в Ческе-Будеевицах был основной перевалочной базой. Советские инструкторы переучивали американских и британских пилотов-добровольцев – ветеранов недавней войны – на новые машины. Из Чехословакии (через Югославию) они затем совершали рискованные рейсы на территорию самой Палестины. С собой везли разобранные самолеты, в основном немецкие истребители «мессершмиты» и английские «спитфайры», а также артиллерию и минометы.

Один американский пилот рассказывал: «Машины были загружены под завязку. Но ты знал – если сядешь в Греции, отберут самолет и груз. Сядешь в любой арабской стране – просто убьют. Но когда ты приземляешься в Палестине, тебя ждут бедно одетые люди. У них нет оружия, но оно им нужно, чтобы выжить. Эти не позволят себя убить. Поэтому утром ты готов лететь вновь, хотя понимаешь, что каждый полет может оказаться последним».

Поставки оружия на Святую землю нередко обрастали детективными подробностями. Вот одна из них.

Югославия предоставила евреям не только воздушное пространство, но и порты. Первым загрузился транспортник «Бореа» под панамским флагом. 13 мая 1948 г. он доставил в Тель-Авив пушки, снаряды, пулеметы и примерно четыре миллиона патронов – все это было спрятано под 450-тонным грузом лука, крахмала и банок с томатным соусом. Судно уже готово было пришвартоваться, но тут британский офицер заподозрил контрабанду, – и под конвоем британских военных кораблей «Бореа» двинулся в Хайфу для более тщательного досмотра. В полночь британский офицер взглянул на часы. «Мандат закончился, – сказал он капитану «Бореа». – Вы свободны, продолжайте свой путь. Шалом!» «Бореа» стал первым судном, разгрузившимся в свободном еврейском порту. Вслед из Югославии прибыли и другие транспортники с аналогичной «начинкой».

На территории Чехословакии обучали не только будущих израильских летчиков. Там же, в Ческе-Будеевицах, готовили танкистов и десантников. Полторы тысячи пехотинцев Армии обороны Израиля учили в Оломоуце, еще две тысячи – в Микулове. Из них сформировали часть, которая первоначально называлась «Бригадой имени Готвальда» в честь лидера чехословацких коммунистов и руководителя страны. Бригаду перебросили в Палестину через Югославию. Медицинский персонал учили в Вельке-Штребне, радистов и телеграфистов – в Либерце, электромехаников – в Пардубице. Советские политруки проводили политзанятия с молодыми израильтянами. По «просьбе» Сталина Чехословакия, Югославия, Румыния и Болгария отказались поставлять оружие арабам, что они делали сразу же после окончания войны чисто по коммерческим соображениям.

В Румынии и Болгарии советские специалисты готовили офицерские кадры для Армии обороны Израиля. Здесь же началась подготовка советских воинских подразделений для переброски в Палестину для помощи еврейским боевым отрядам. Но оказалось, что флот и авиация не смогут обеспечить стремительную десантную операцию на Ближнем Востоке. К ней нужно было готовиться, в первую очередь готовить принимающую сторону. Вскоре Сталин это понял и занялся строительством «ближневосточного плацдарма». А уже подготовленные бойцы, по воспоминаниям Никиты Хрущева, грузились на корабли для отправки в Югославию, чтобы спасти «братскую страну» от зарвавшегося Тито.

מקי-.jpg

НАШ ЧЕЛОВЕК В ХАЙФЕ

Вместе с оружием из стран Восточной Европы в Палестину прибыли военные-евреи, имевшие опыт участия в войне против Германии. Секретно отправлялись в Израиль и советские офицеры. Появились большие возможности и у советской разведки. По свидетельству генерала госбезопасности Павла Судоплатова, «использование офицеров советской разведки в боевых и диверсионных операциях против британцев в Израиле было начато уже в 1946 г.» Они вербовали агентуру среди евреев, уезжающих в Палестину (в основном, из Польши). Как правило, это были поляки, а также советские граждане, которые, воспользовавшись родственными связями, а кое-где и подделав документы (в том числе и национальность), выезжали через Польшу и Румынию в Палестину. Соответствующие органы были прекрасно осведомлены об этих ухищрениях, но получили директиву закрывать на это глаза.

Правда, если быть точным, то первые советские «спецы» прибыли в Палестину вскоре после Октябрьской революции. В 1920-х годах по личному указанию Феликса Дзержинского первые еврейские силы самообороны «Исраэль шойхет» создавал резидент ЧК Лукачер (оперативный псевдоним «Хозро»).

Итак, стратегия Москвы предусматривала усиление тайной деятельности в регионе, в особенности против интересов США и Великобритании. Вячеслав Молотов считал, что осуществить эти планы возможно, только сосредоточив всю деятельность разведки под контролем одного ведомства. Был создан Комитет информации при Совете министров СССР, куда вошли служба внешней разведки Министерства государственной безопасности, а также Главное разведывательное управление Генерального штаба ВС СССР. Комитет подчинялся непосредственно Сталину, а возглавлялся Молотовым и его замами.

В конце 1947 г. начальник управления по Ближнему и Дальнему Востоку Комиинформа по информации Андрей Отрощенко созвал оперативное совещание, на котором сообщил, что Сталин поставил задачу: гарантировать переход будущего еврейского государства в лагерь ближайших союзников СССР. Для этого необходимо нейтрализовать связи населения Израиля с американскими евреями. Подбор агентов для этой «миссии» был возложен на Александра Короткова, возглавлявшего в Комиинформе отдел нелегальной разведки.

Павел Судоплатов писал, что выделил для тайных операций троих офицеров-евреев: Гарбуза, Семенова и Колесникова. Первые два обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и фаустпатронов, захваченных у немцев.

Люди Судоплатова занимались специфической деятельностью – готовили тот самый плацдарм для возможного вторжения советских войск. Их больше всего интересовали израильские военные, их организации, планы, военные возможности, идеологические приоритеты.

И пока в ООН шли диспуты и кулуарные переговоры о судьбе арабского и еврейского государств на территории Палестины, СССР начал ударными сталинскими темпами строить новое еврейского государство. Начали с главного – с армии, разведки, контрразведки и полиции. Причем не на бумаге, а на деле.

Еврейские территории напоминали военный округ, поднятый по тревоге и срочно приступивший к боевому развертыванию. Пахать было некому, все готовились к войне. По приказу советских офицеров среди поселенцев выявлялись люди требуемых военных специальностей, доставлялись на базы, где они на скорую руку проходили проверку по линии советской контрразведки, а потом срочно вывозились в порты, где в тайне от англичан шла разгрузка судов. В результате в танки, только что поставленные с борта на пирс, садился полный экипаж и гнал боевую технику к месту постоянной дислокации или прямо к месту боев.

Спецназ Израиля создавался с нуля. Непосредственное участие в создании и обучении коммандос приняли лучшие офицеры НКВД-МГБ, («сталинские соколы» из отряда «Беркут», 101-й разведшколы и управления «С» генерала Судоплатова), имевшие опыт оперативной и диверсионной работы: Отрощенко, Коротков, Вертипорох и десятки других. Помимо них, в Израиль в срочном порядке командировали двух генералов от пехоты и авиации, вице-адмирала ВМФ, пять полковников и восемь подполковников, и, само собой, младших офицеров для непосредственной работы на местах.

Среди «младших» были в основном бывшие солдаты и офицеры с соответствующей «пятой графой» в анкете, которые высказали желание репатриироваться на историческую родину. В результате, капитан Гальперин (родился в Витебске в 1912 г.) стал основателем и первым руководителем разведки Моссад, создал службу общественной безопасности и контрразведки «Шин Бет». В историю Израиля и его спецслужб «почетный пенсионер и верный наследник Берии», второй человек после Бен-Гуриона, вошел под именем Исер Харел. Офицер «Смерша» Ливанов основал и руководил внешней разведкой «Натива Бар». Принял иудейское имя Нехимия Леванон, под которым и вошел в историю израильской разведки. Капитаны Никольский, Зайцев и Малеваный «поставили» работу спецназа Армии обороны Израиля, два офицера ВМФ (имена не удалось установить) создали и обучили подразделение морского спецназа. Теоретическая подготовка регулярно подкреплялась практическими занятиями – рейдами по тылам арабских армий и зачистками арабских деревень.

Некоторые из разведчиков попадали в пикантные ситуации, случись они в другом месте, тяжелых последствий не миновать. Так, один советский агент внедрился в ортодоксальную еврейскую общину, а сам не знал даже основ иудаизма. Когда это обнаружилось, он был вынужден признаться, что является кадровым чекистом. Тогда совет общины постановил: дать товарищу надлежащее религиозное образование. Причем авторитет советского агента в общине резко вырос: СССР – братская страна, рассудили поселенцы, какие могут быть от нее секреты?

Выходцы из Восточной Европы охотно шли на контакт с советскими представителями, рассказывали все, что знали. Евреи-военные особенно симпатизировали Красной Армии и Советскому Союзу, не считали зазорным делиться с советскими разведчиками секретной информацией. Обилие источников информации создавало у сотрудников резидентуры обманчивое ощущение своего могущества. «Они, – цитируем отечественного историка Жореса Медведева, – намеревались тайно управлять Израилем, а через него еще и влиять на американскую еврейскую общину».

Советские спецслужбы активно действовали как в левых и прокоммунистических кругах, так и в правых подпольных организациях ЛЕХИ и ЭЦЕЛЬ. К примеру, житель Беэр-Шевы Хаим Бреслер в 1942-1945 гг. находился в Москве в составе представительства ЛЕХИ, занимался поставками оружия и тренировал боевиков. У него сохранились фотографии военных лет с Дмитрием Устиновым, тогдашним министром вооружений, позже министром обороны СССР и членом Политбюро ЦК КПСС, с видными разведчиками: Яковом Серебрянским (работал в Палестине в 1920-е годы вместе с Яковом Блюмкиным), генералом госбезопасности Павлом Райхманом и другими людьми. Знакомства были довольно значимыми для человека, занесенного в список героев Израиля и ветеранов ЛЕХИ.

«ИНТЕРНАЦИОНАЛ» ПЕЛИ ХОРОМ

В конце марта 1948 г. палестинские евреи распаковали и собрали первые четыре трофейных истребителя «Мессершмит-109». В этот день египетская танковая колонна, а также палестинские партизаны находились всего в нескольких десятках километров от Тель-Авива. Если бы они захватили город, дело сионистов было бы проиграно. Войск, способных прикрыть город, в распоряжении палестинских евреев не было. И в бой отправили все, что было, – эти четыре самолета. Из боя вернулся один. Но увидев, что у евреев появилась авиация, египтяне и палестинцы испугались и остановились. Они не решились взять фактически беззащитный город.

По мере приближения даты провозглашения еврейского и арабского государств страсти вокруг Палестины накалялись не на шутку. Западные политики наперебой советовали палестинским евреям не спешить с провозглашением собственного государства. Американский Госдеп предупредил еврейских лидеров, что, если на еврейское государство нападут арабские армии, на помощь Соединенных Штатов рассчитывать не следует. Москва же настойчиво советовала – провозгласить еврейское государство сразу же после того, как последний английский солдат покинет Палестину.

Арабские страны не желали появления ни еврейского государства, ни палестинского. Иордания и Египет собирались поделить Палестину, где на февраль 1947 г. проживало 1 млн. 91 тыс. арабов, 146 тыс. христиан и 614 тыс. евреев, между собой. Для сравнения: в 1919 г. (за три года до британского мандата) здесь проживало 568 тыс. арабов, 74 тыс. христиан и 58 тыс. евреев. Соотношение сил было таково, что арабские страны не сомневались в успехе. Генеральный секретарь Арабской лиги обещал: «Это будет война на уничтожение и грандиозная резня». Палестинским арабам было приказано временно покинуть свои дома, чтобы случайно не попасть под огонь наступающих арабских армий.

В Москве считали, что не пожелавшие оставаться в Израиле арабы должны обосноваться в соседних странах. Было и другое мнение. Его озвучил постоянный представитель Украинской ССР в СБ ООН Дмитрий Мануильский. Он предложил «переселить палестинских арабов-беженцев в советскую Среднюю Азию и создать там арабскую союзную республику или автономную область». Забавно, не правда ли! Тем более, что опыт массовых переселений народов у советской стороны имелся.

В ночь на пятницу 14 мая 1948 г., под салют семнадцати пушек, британский верховный комиссар Палестины отплыл из Хайфы. Срок действия мандата закончился. В четыре часа дня в здании музея на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве было провозглашено Государство Израиль (в числе вариантов названия фигурировали также Иудея и Сион.) Будущий премьер-министр Давид Бен-Гурион, после того как уговорил испуганных (после предупреждения США) министров голосовать за провозглашение независимости, обещая приезд двух миллионов евреев из СССР в течение двух лет, зачитал подготовленную «русскими экспертами» Декларацию независимости.

Массовую волну евреев ждали в Израиле кто с надеждой, а кто со страхом. Советские граждане – отставники израильских спецслужб и ЦАХАЛ, ветераны израильской Компартии и бывшие лидеры многочисленных общественных организаций в унисон утверждают, что действительно в послевоенных Москве и Ленинграде, других крупных городах СССР усиленно распространялись слухи о «двух миллионах будущих израильтян». На самом же деле советские власти планировали такое количество евреев направить в другую сторону – на Север и Дальний Восток.

Советский Союз 18 мая первым признал еврейское государство де-юре. По случаю приезда советских дипломатов около двух тысяч человек собралось в здании одного из самых больших кинотеатров Тель-Авива «Эстер», на улице стояло еще около пяти тысяч человек, которые слушали трансляцию всех выступлений. Над столом президиума повесили большой портрет Сталина и лозунг «Да здравствует дружба между Государством Израиль и СССР!». Хор рабочей молодежи исполнил еврейский гимн, затем гимн Советского Союза. «Интернационал» пел уже весь зал. Затем хор исполнил «Марш артиллеристов», «Песнь о Буденном», «Вставай, страна огромная».

november_7_soviet_union_pppa_0.jpg 1952a.jpg

Советские дипломаты заявили в Совете Безопасности ООН: так как арабские страны не признают Израиль и его границы, то и Израиль может их не признавать.

ЯЗЫК ПРИКАЗА – РУССКИЙ

В ночь на 15 мая армии пяти арабских стран (Египта, Сирии, Ирака, Иордании и Ливана, а также «прикомандированные» подразделения от Саудовской Аравии, Алжира и ряда других государств) вторглись в Палестину. Духовный вождь мусульман Палестины Амин аль-Хусейни, который всю Вторую мировую войну был заодно с Гитлером, обратился к своим последователям с наставлением: «Я объявляю священную войну! Убивайте евреев! Убивайте их всех!». «Эйн брера» (нет выбора) – так объясняли израильтяне свою готовность сражаться даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. И в самом деле, выбора у евреев не было: арабы желали не уступок с их стороны, они хотели истребить их всех, по сути, объявляя второй Холокост.

Советский Союз «при всем сочувствии к национально-освободительному движению арабских народов» официально осудил действия арабской стороны. Параллельно были даны указания всем силовым ведомствам оказать израильтянам всю необходимую помощь. В СССР началась массовая пропагандистская кампания в поддержку Израиля. Государственные, партийные и общественные организации стали получать массу писем (в основном от граждан еврейской национальности) с просьбой отправить их в Израиль. Активно включился в этот процесс Еврейский антифашистский комитет (ЕАК).

Сразу же после арабского вторжения ряд зарубежных еврейских организаций обратились лично к Сталину с просьбой оказать прямую военную поддержку молодому государству. В частности, особый упор делался на важности посылки «еврейских летчиков-добровольцев на бомбардировщиках в Палестину». «Вы, человек, доказавший свою прозорливость, можете помочь, – говорилось в одной из телеграмм американских евреев на имя Сталина. – Израиль заплатит вам за бомбардировщики». Здесь же отмечалось, что, к примеру, в руководстве «реакционной египетской армии» имеется более 40 английских офицеров «в ранге выше капитана».

Очередная партия «чехословацких» самолетов прибыла 20 мая, а уже через 9 дней был нанесен массированный воздушный удар по врагу. С этого дня израильские ВВС захватили господство в воздухе, что в значительной степени повлияло на победоносное завершение Войны за независимость. Четверть века спустя, в 1973 г., Голда Меир писала: «Как бы радикально ни изменилось советское отношение к нам за последующие двадцать пять лет, я не могу забыть картину, которая представлялась мне тогда. Кто знает, устояли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупить в Чехословакии»?

Сталин знал, что советские евреи будут проситься в Израиль, и отдельные (нужные) из них получат визу и уедут, чтобы строить там новое государство по советским лекалам и вести работу против недругов СССР. Но массовой эмиграции граждан социалистической страны, страны-победительницы, особенно ее славных воинов, он не мог допустить.

Сталин считал (и небезосновательно), что именно Советский Союз спас более двух миллионов евреев от неминуемой гибели в годы войны. Казалось, евреи должны быть благодарны, и не ставить палки в колеса, не вести линию вразрез политике Москвы, не поощрять эмиграцию в Израиль. Вождя буквально взбесило сообщение о том, что 150 офицеров-евреев официально обратились к правительству с просьбой направить их добровольцами в Израиль для оказания помощи в войне с арабами. В пример другим, все они были строго наказаны, некоторые расстреляны. Не помогло. Сотни военнослужащих при помощи израильских агентов бежали из групп советских войск в Восточной Европе, другие использовали транзитный пункт во Львове. При этом все они получали поддельные паспорта на вымышленные фамилии, под которыми в дальнейшем воевали и жили в Израиле. Именно поэтому в архиве «Махала» (израильского союза воинов-интернационалистов) совсем мало имен советских добровольцев, уверен известный израильский исследователь Михаэль Дорфман, который занимался проблемой советских добровольцев в течение 15 лет. Он уверенно заявляет, что их было много, и они чуть было не построили «ИССР» (Израильскую Советскую Социалистическую Республику). Он все еще надеется завершить российско-израильский TВ-проект, прерванный из-за дефолта в середине 1990-х годов, и в нем «рассказать очень интересную, а, возможно, и сенсационную историю участия советских людей в деле становления израильской армии и спецслужб», в которых «было много бывших советских военнослужащих».

Менее известны широкой общественности факты мобилизации добровольцев в Армию обороны Израиля, которая проводилась израильским посольством в Москве. Изначально сотрудники израильской дипмиссии предполагали, что вся деятельность по мобилизации демобилизованных офицеров-евреев проводилась с одобрения правительства СССР, и списки убывших и готовых убыть в Израиль советских офицеров израильский посол Голда Меерсон (с 1956 г. – Меир) иногда передавала лично Лаврентию Берии. Однако позже эта деятельность стала одной из причин «обвинения Голды в предательстве», и она вынуждена была оставить должность посла. При ней успели уехать в Израиль около двухсот советских военнослужащих. Те, которые не успели, не были репрессированы, хотя большинство из них были демобилизованы из армии.

Сколько советских военных выехало в Палестину до и в ходе Войны за независимость – доподлинно неизвестно. По данным израильских источников, легальными или нелегальными каналами воспользовались 200 тыс. советских евреев. Из них «несколько тысяч» – военнослужащие. Во всяком случае, основным языком «межнационального общения» в израильской армии был русский. Он же занимал второе (после польского) место во всей Палестине.

Первым советским резидентом в Израиле в 1948 г. стал Владимир Вертипорох, направленный на работу в эту страну под псевдонимом Рожков. Вертипорох позже признавался, что ехал в Израиль без особой уверенности в успехе своей миссии: во-первых, он недолюбливал евреев, а во-вторых, резидент не разделял уверенности руководства, что Израиль можно сделать надежным союзником Москвы. Действительно, опыт и интуиция не обманули разведчика. Политические акценты резко сменились после того, как стало ясно, что израильское руководство переориентировало политику своей страны на тесное сотрудничество с Соединенными Штатами.

Руководство во главе с Бен-Гурионом с момента провозглашения государства опасалось коммунистического переворота. Действительно, такие попытки были, и они жестоко пресекались израильскими властями. Это и расстрел на рейде Тель-Авива десантного судна «Алталена», названного позже «израильским крейсером «Аврора», и восстание моряков в Хайфе, которые считали себя последователями дела матросов броненосца «Потемкин», и некоторые другие инциденты, участники которых не скрывали своих целей – установление советской власти в Израиле по сталинскому образцу. Они слепо верили в то, что дело социализма побеждает во всем мире, что «социалистический еврейский человек» уже почти сформировался и что условия войны с арабами создали «революционную ситуацию». Нужен был лишь «крепкий как сталь» приказ, говорил чуть позже один из участников восстания, ведь сотни «красных бойцов» уже были готовы «оказать сопротивление и выступить против правительства с оружием в руках». Здесь не случайно использован эпитет стали. Сталь была тогда в моде, как и все советское. Очень распространенная израильская фамилия Пелед означает в переводе с иврита «Сталин». Но последовал «плач» недавнего героя «Алталены» – Менахем Бегин призвал революционные силы повернуть оружие против арабских армий и вместе со сторонниками Бен-Гуриона отстоять независимость и суверенитет Израиля.

5-280x400.jpg.jpg

ИНТЕРБРИГАДЫ ПО-ЕВРЕЙСКИ

В непрерывной войне за свое существование, Израиль всегда вызывал симпатии и солидарность со стороны евреев (и не евреев), живущих в разных странах мира. Одним из примеров такой солидарности явилась добровольная служба иностранных волонтеров в рядах израильской армии и участие их в боевых действиях. Все это началась в 1948 г., сразу после провозглашения еврейского государства. По израильским данным, приблизительно 3500 добровольцев из 43 стран прибыли тогда в Израиль и приняли непосредственное участие в боевых действиях в составе частей и соединений Армии обороны Израиля – Цва Хагана Ле-Исраэль (сокращенно АОИ или ЦАХАЛ). По странам исхода добровольцы разделились следующим образом: примерно 1000 добровольцев прибыли из США, 250 – из Канады, 700 – из Южной Африки, 600 – из Великобритании, 250 – из Северной Африки, по 250 – из Латинской Америки, Франции и Бельгии. Были также группы добровольцев из Финляндии, Австралии, Родезии и России.

Это были неслучайные люди – военные профессионалы, ветераны армий антигитлеровской коалиции, с бесценным опытом, полученном на фронтах недавно завершившейся Второй мировой войны. Не всем из них довелось дожить до победы – 119 иностранных добровольцев погибли в боях за независимость Израиля. Многим из них посмертно было присвоено очередное воинское звание, вплоть до бригадного генерала.

История каждого добровольца читается как авантюрный роман и, к сожалению, мало известна широкой публике. Особенно это касается тех людей, которые в далекие 20-е годы прошлого века начали вооруженную борьбу против англичан с единственной целью – создать еврейское государство на территории подмандатной Палестины. В авангарде этих сил шли наши соотечественники. Именно они в 1923 г. создали военизированную организацию БЕЙТАР, которая занялась военной подготовкой бойцов для еврейских отрядов в Палестине, а также для защиты еврейских общин в диаспоре от арабских банд погромщиков. БЕЙТАР – это аббревиатура ивритских слов Брит Трумпельдор («Союз Трумпельдора»). Так она была названа в честь офицера русской армии, георгиевского кавалера и героя русско-японской войны Иосифа Трумпельдора.

В 1926 г. БЕЙТАР вошел во Всемирную организацию сионистов-ревизионистов, которую возглавлял Владимир Жаботинский. Наиболее многочисленные боевые формирования БЕЙТАРа были в Польше, прибалтийских странах, Чехословакии, Германии и Венгрии. На сентябрь 1939 г. командование ЭЦЕЛя и БЕЙТАРа планировало проведение операции «Польский десант» – до 40 тыс. бойцов БЕЙТАРа из Польши и прибалтийских стран должны были быть переброшены на морских судах из Европы в Палестину, чтобы на завоеванном плацдарме создать еврейское государство. Однако начавшаяся Вторая мировая война перечеркнула эти планы.

Раздел Польши между Германией и СССР и последующий ее разгром нацистами нанесли тяжелый удар по формированиям БЕЙТАРа – вместе со всем еврейским населением оккупированной Польши его члены оказались в гетто и в лагерях, а те из них, кто очутился на территории СССР, нередко становились объектом преследований НКВД за излишний радикализм и самоуправство. Руководитель польского БЕЙТАРа Менахем Бегин, будущий израильский премьер, был арестован и отправлен отбывать срок в воркутинские лагеря. Вместе с тем, тысячи бейтаровцев геройски сражались в рядах Красной Армии. Многие из них воевали в составе сформированных в СССР национальных частей и соединений, где особенно был высок процент евреев. В литовской дивизии, латышском корпусе, в армии Андерса, в чехословацком корпусе генерала Свободы были целые подразделения, в которых команды подавались на еврейском языке. Известно, что два воспитанника БЕЙТАРа, сержант Калманас Шурас из литовской дивизии и надпоручик Антонин Сохор из чехословацкого корпуса за свои подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза.

При создании государства Израиль в 1948 г. нееврейская часть населения была освобождена от несения обязательной воинской службы наравне с евреями. Считалось, что неевреям будет невозможно выполнять свой воинский долг в силу их глубоких родственных, религиозных и культурных связей с арабским миром, объявившим тотальную войну еврейскому государству. Однако уже в ходе палестинской войны в ряды ЦАХАЛа добровольно вступили сотни бедуинов, черкесов, друзов, арабов-мусульман и христиан, решивших навсегда связать свою судьбу с еврейским государством.

Черкесы в Израиле – это мусульманские народы Северного Кавказа (в основном, чеченцы, ингуши и адыги), проживающие в деревнях на севере страны. Они призывались как в боевые части ЦАХАЛа, так и в пограничную полицию. Многие из черкесов стали офицерами, а один дослужился до чина полковника израильской армии. «В войне за независимость Израиля черкесы примкнули к евреям, которых было тогда всего 600 тысяч, – против 30 миллионов арабов, и с тех пор никогда не изменяли союзу с евреями», – сказал Аднан Хархад, один из старейшин черкесской общины.

ПАЛЕСТИНА: ОДИННАДЦАТЫЙ СТАЛИНСКИЙ УДАР?

До сих пор продолжаются дискуссии: зачем арабам понадобилось вторгаться в Палестину? Ведь было ясно, что положение на фронте для евреев, хотя и оставалось достаточно серьезным, все же значительно улучшилось: территория, отведенная еврейскому государству ООН, была уже почти полностью в руках евреев; евреи захватили около сотни арабских деревень; Западная и Восточная Галилея была частично под контролем евреев; евреи добились частичного снятия блокады Негева и деблокировали «дорогу жизни» из Тель-Авива в Иерусалим.

Дело в том, что у каждого арабского государства был свой расчет. Король Трансиордании Абдалла хотел захватить всю Палестину – в особенности Иерусалим. Ирак хотел получить выход к Средиземному морю через Трансиорданию. Сирия зарилась на Западную Галилею. Влиятельное мусульманское население Ливана давно с жадностью поглядывало на Центральную Галилею. А Египет, хотя у него и не было территориальных притязаний, носился с идеей стать признанным лидером арабского мира. Ну и, конечно, помимо того, что у каждого из вторгшихся в Палестину арабских государств были свои основания для «похода», всех их привлекала перспектива легкой победы, и эту сладкую мечту искусно поддерживали англичане. Естественно, что без такой поддержки вряд ли арабы согласились бы пойти на открытую агрессию.

Арабы проиграли. Разгром арабских армий в Москве расценили как поражение Англии и были этому несказанно рады, считали, что позиции Запада подорваны на всем Ближнем Востоке. Сталин не скрывал, что его замысел блестяще осуществлен.

Соглашение о перемирии с Египтом было подписано 24 февраля 1949 г. Передовая линия последних дней боев превратилась в линию перемирия. Сектор побережья у Газы остался в руках египтян. Никто не оспаривал у израильтян контроля над Негевом. Осажденная египетская бригада вышла из Фалуджи с оружием в руках и вернулась в Египет. Ей были оказаны все воинские почести, почти все офицеры и большинство солдат получили государственные награды как «герои и победители» в «великой битве с сионизмом». 23 марта в одном из приграничных селений было подписано перемирие с Ливаном: израильские войска оставили эту страну. С Иорданией соглашение о перемирии было подписано на о. Родос 3 апреля, и, наконец, 20 июля на нейтральной территории между позициями сирийских и израильских войск было подписано соглашение о перемирии с Дамаском, согласно которому Сирия вывела свои войска из ряда приграничных с Израилем районов, которые оставались демилитаризованной зоной. Все эти соглашения однотипны: они содержали взаимные обязательства ненападения, определили демаркационные линии перемирия с особой оговоркой, что эти линии не должны рассматриваться в качестве «политических или территориальных границ». Соглашения не упоминали о судьбе арабов Израиля и арабских беженцев из Израиля в соседние арабские страны.

Документы, цифры и факты дают определенное представление о роли советского военного компонента в становлении Государства Израиль. Никто не помогал евреям оружием и солдатами-иммигрантами, кроме как Советский Союз и страны Восточной Европы. До сих пор в Израиле можно нередко услышать и прочитать, что еврейское государство выстояло в «палестинской войне» благодаря «добровольцам» из СССР и других социалистических стран. На деле же Сталин не дал «зеленый свет» добровольческим порывам советской молодежи. Зато сделал все для того, чтобы в течение полугода мобилизационные возможности малонаселенного Израиля смогли «переварить» огромное количество поставленного вооружения. Молодые люди «близлежащих» государств – Венгрии, Румынии, Югославии, Болгарии, в меньшей степени, Чехословакии и Польши – составили тот призывной контингент, который позволил создать полностью укомплектованную и хорошо вооруженную Армию обороны Израиля.

В целом под израильским контролем оказались 1300 км2 и 112 населенных пунктов, отводившихся решением ООН арабскому государству в Палестине; под арабским контролем оказались 300 км2 и 14 населенных пунктов, решением ООН предназначенных еврейскому государству. Фактически, Израиль занял территории на треть больше, чем было предусмотрено в решении Генеральной ассамблеи ООН. Таким образом, по условиям достигнутых с арабами соглашений, за Израилем осталось три четверти Палестины. Вместе с тем часть территории, отводившейся палестинским арабам, перешла под контроль Египта (сектор Газа) и Трансиордании (с 1950 г. – Иордания), в декабре 1949 г. аннексировавшей территорию, которая получила название Западного берега. Иерусалим был разделен между Израилем и Трансиорданией. Большое число палестинских арабов бежало из районов военных действий в более безопасные места в секторе Газа и на Западном берегу, а также в соседние арабские страны. Из первоначального арабского населения Палестины лишь около 167 тыс. человек остались на территории Израиля. Главной победой Войны за независимость явилось то, что уже во второй половине 1948 г., когда еще в полном разгаре шла война, сто тысяч иммигрантов прибыли в новое государство, которое сумело обеспечить их и жильем, и работой.

7908a1202b53487a424920978a4.jpg 5109088326_88504f6d6b.jpg 1_wm.jpg

В Палестине, и особенно после создания Государства Израиль, были исключительно сильные симпатии к СССР как к государству, которое, во-первых, спасло еврейский народ от уничтожения во время Второй мировой войны, а, во-вторых, оказало огромную политическую и военную помощь Израилю в его борьбе за независимость. В Израиле по-человечески любили «товарища Сталина», и подавляющее большинство взрослого населения просто не хочет слышать никакой критики в адрес Советского Союза. «Многие израильтяне боготворили Сталина, – писал сын знаменитого разведчика Эдгара Бройде-Треппер. – Даже после доклада Хрущева на ХХ съезде портреты Сталина продолжали украшать многие государственные учреждения, не говоря уже о кибуцах».


https://topwar.ru/3231-sovetskaya-vojna-za-nezavisimost-izrailya.html
 
Советская война за независимость Израиля


Суровая зима начала 1947 г. сопровождалась в Англии самым серьезным в истории страны топливным кризисом. Промышленность практически остановилась, англичане отчаянно мерзли. Британское правительство, как никогда, желало хороших отношений с арабскими странами – экспортерами нефти. 14 февраля министр иностранных дел Бевин объявил о решении Лондона передать вопрос о подмандатной Палестине в ООН ввиду того, что английские предложения о мире были отвергнуты как арабами, так и евреями. Это был жест отчаяния.

«ТЕПЕРЬ МИРА ЗДЕСЬ НЕ БУДЕТ»

6 марта 1947 г. советник МИД СССР Борис Штейн передал первому заместителю министра иностранных дел Андрею Вышинскому записку по палестинскому вопросу: «До настоящего времени СССР не сформулировал своей позиции по вопросу о Палестине. Передача Великобританией вопроса о Палестине на обсуждение Объединенных Наций представляет для СССР возможность впервые не только высказать свою точку зрения по вопросу о Палестине, но и принять эффективное участие в судьбе Палестины. Советский Союз не может не поддержать требования евреев о создании собственного государства на территории Палестины».

Посмотреть вложение 73054

Вячеслав Молотов, а затем и Иосиф Сталин согласились. 14 мая Андрей Громыко, постоянный представитель СССР при ООН, озвучил советскую позицию. На спецсессии Генеральной ассамблеи он, в частности, сказал: «Еврейский народ перенес в последней войне исключительные бедствия и страдания. На территории, где господствовали гитлеровцы, евреи подверглись почти полному физическому истреблению – погибло около шести миллионов человек. То обстоятельство, что ни одно западноевропейское государство не оказалось в состоянии обеспечить защиту элементарных прав еврейского народа и оградить его от насилия со стороны фашистских палачей, объясняет стремление евреев к созданию своего государства. Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления».

«Раз уж Сталин твердо решил дать евреям свое государство, глупо было бы Соединенным Штатам сопротивляться!» – заключил президент США Гарри Трумэн и дал указание «антисемитскому» Госдепу поддержать в ООН «сталинскую инициативу».

В ноябре 1947 г. была приняла резолюцию №181(2) о создании на территории Палестины двух независимых государств: еврейского и арабского сразу же после вывода британских войск (14 мая 1948 г.) В день принятия резолюции сотни тысяч палестинских евреев, обезумевших от счастья, вышли на улицы. Когда ООН принимала решение, Сталин долго курил трубку, а затем произнес: «Все, теперь мира здесь не будет». «Здесь» – это на Ближнем Востоке.

Арабские страны не приняли решение ООН. Они были невероятно возмущены советской позицией. Арабские компартии, которые привыкли бороться против «сионизма – агентуры британского и американского империализма», просто растерялись, видя, что советская позиция изменилась до неузнаваемости.

Посмотреть вложение 73056 Посмотреть вложение 73057

Но Сталина реакция арабских стран и местных компартий не интересовала. Ему было гораздо важнее закрепить, в пику англичанам, дипломатический успех и по возможности присоединить будущее еврейское государство в Палестине к создаваемому мировому лагерю социализма.

Для этого в СССР было подготовлено правительство «для евреев Палестины». Премьером нового государства должен был стать Соломон Лозовский, член ЦК ВКП(б), бывший заместитель наркома иностранных дел, директор Совинформбюро. Дважды Герой Советского Союза танкист Давид Драгунский утверждался на должность министра обороны, военно-морским министром становился Григорий Гильман, старший офицер разведуправления ВМФ СССР. Но в конечном итоге было создано правительство от международного Еврейского агентства во главе с его председателем Бен-Гурионом (выходцем из России); и уже готовое к вылету в Палестину «сталинское правительство» распустили.

Принятие резолюции о разделе Палестины послужило сигналом к началу арабо-еврейского вооруженного конфликта, который продолжался до середины мая 1948 г. и явился своеобразной прелюдией к первой арабо-израильской войне, получившей в Израиле название «Война за независимость».

Американцы наложили эмбарго на поставки оружия в регион, англичане продолжали вооружать своих сателлитов-арабов, евреи оставались ни с чем: их партизанские отряды могли обороняться лишь самодельными ружьями и похищенными у англичан винтовками и гранатами. Тем временем становилось ясно, что арабские страны не позволят решению ООН вступить в силу и попытаются уничтожить палестинских евреев еще до провозглашения государства. Советский посланник в Ливане Солод после беседы с премьер-министром этой страны докладывал в Москву, что глава ливанского правительства высказал мнение всех арабских стран: «если понадобится, то арабы будут бороться за сохранение Палестины в течение двухсот лет, как это было во время крестовых походов».

В Палестину хлынуло оружие. Началась засылка «исламских добровольцев». Военные руководители палестинских арабов Абделькадер аль-Хусейни и Фаузи аль-Кавкаджи (недавно верно служившие фюреру) повели широкое наступление на еврейские поселения. Их защитники отступали к прибрежному Тель-Авиву. Еще чуть-чуть, и евреи будут «сброшены в море». И, бесспорно, такое бы случилось, если бы не Советский Союз.

СТАЛИН ГОТОВИТ ПЛАЦДАРМ

По личному распоряжению Сталина уже в конце 1947 г. в Палестину начали поступать первые партии стрелкового оружия. Но этого явно не хватало. 5 февраля представитель палестинских евреев через Андрея Громыко убедительно просил увеличить поставки. Выслушав просьбу, Громыко без дипломатичных уверток деловито поинтересовался, есть ли возможность обеспечить разгрузку оружия в Палестине, ведь там еще находится почти 100-тысячный британский контингент. Это была единственная проблема, которую должны были решить евреи в Палестине, все остальное брал на себя СССР. Такие гарантии были получены.

Оружие палестинские евреи получали главным образом через Чехословакию. Причем вначале в Палестину отправляли трофейное немецкое и итальянское оружие, а также произведенное в Чехословакии на заводах «Шкода» и «ЧЗ». Прага на этом хорошо зарабатывала. Аэродром в Ческе-Будеевицах был основной перевалочной базой. Советские инструкторы переучивали американских и британских пилотов-добровольцев – ветеранов недавней войны – на новые машины. Из Чехословакии (через Югославию) они затем совершали рискованные рейсы на территорию самой Палестины. С собой везли разобранные самолеты, в основном немецкие истребители «мессершмиты» и английские «спитфайры», а также артиллерию и минометы.

Один американский пилот рассказывал: «Машины были загружены под завязку. Но ты знал – если сядешь в Греции, отберут самолет и груз. Сядешь в любой арабской стране – просто убьют. Но когда ты приземляешься в Палестине, тебя ждут бедно одетые люди. У них нет оружия, но оно им нужно, чтобы выжить. Эти не позволят себя убить. Поэтому утром ты готов лететь вновь, хотя понимаешь, что каждый полет может оказаться последним».

Поставки оружия на Святую землю нередко обрастали детективными подробностями. Вот одна из них.

Югославия предоставила евреям не только воздушное пространство, но и порты. Первым загрузился транспортник «Бореа» под панамским флагом. 13 мая 1948 г. он доставил в Тель-Авив пушки, снаряды, пулеметы и примерно четыре миллиона патронов – все это было спрятано под 450-тонным грузом лука, крахмала и банок с томатным соусом. Судно уже готово было пришвартоваться, но тут британский офицер заподозрил контрабанду, – и под конвоем британских военных кораблей «Бореа» двинулся в Хайфу для более тщательного досмотра. В полночь британский офицер взглянул на часы. «Мандат закончился, – сказал он капитану «Бореа». – Вы свободны, продолжайте свой путь. Шалом!» «Бореа» стал первым судном, разгрузившимся в свободном еврейском порту. Вслед из Югославии прибыли и другие транспортники с аналогичной «начинкой».

На территории Чехословакии обучали не только будущих израильских летчиков. Там же, в Ческе-Будеевицах, готовили танкистов и десантников. Полторы тысячи пехотинцев Армии обороны Израиля учили в Оломоуце, еще две тысячи – в Микулове. Из них сформировали часть, которая первоначально называлась «Бригадой имени Готвальда» в честь лидера чехословацких коммунистов и руководителя страны. Бригаду перебросили в Палестину через Югославию. Медицинский персонал учили в Вельке-Штребне, радистов и телеграфистов – в Либерце, электромехаников – в Пардубице. Советские политруки проводили политзанятия с молодыми израильтянами. По «просьбе» Сталина Чехословакия, Югославия, Румыния и Болгария отказались поставлять оружие арабам, что они делали сразу же после окончания войны чисто по коммерческим соображениям.

В Румынии и Болгарии советские специалисты готовили офицерские кадры для Армии обороны Израиля. Здесь же началась подготовка советских воинских подразделений для переброски в Палестину для помощи еврейским боевым отрядам. Но оказалось, что флот и авиация не смогут обеспечить стремительную десантную операцию на Ближнем Востоке. К ней нужно было готовиться, в первую очередь готовить принимающую сторону. Вскоре Сталин это понял и занялся строительством «ближневосточного плацдарма». А уже подготовленные бойцы, по воспоминаниям Никиты Хрущева, грузились на корабли для отправки в Югославию, чтобы спасти «братскую страну» от зарвавшегося Тито.

Посмотреть вложение 73055

НАШ ЧЕЛОВЕК В ХАЙФЕ

Вместе с оружием из стран Восточной Европы в Палестину прибыли военные-евреи, имевшие опыт участия в войне против Германии. Секретно отправлялись в Израиль и советские офицеры. Появились большие возможности и у советской разведки. По свидетельству генерала госбезопасности Павла Судоплатова, «использование офицеров советской разведки в боевых и диверсионных операциях против британцев в Израиле было начато уже в 1946 г.» Они вербовали агентуру среди евреев, уезжающих в Палестину (в основном, из Польши). Как правило, это были поляки, а также советские граждане, которые, воспользовавшись родственными связями, а кое-где и подделав документы (в том числе и национальность), выезжали через Польшу и Румынию в Палестину. Соответствующие органы были прекрасно осведомлены об этих ухищрениях, но получили директиву закрывать на это глаза.

Правда, если быть точным, то первые советские «спецы» прибыли в Палестину вскоре после Октябрьской революции. В 1920-х годах по личному указанию Феликса Дзержинского первые еврейские силы самообороны «Исраэль шойхет» создавал резидент ЧК Лукачер (оперативный псевдоним «Хозро»).

Итак, стратегия Москвы предусматривала усиление тайной деятельности в регионе, в особенности против интересов США и Великобритании. Вячеслав Молотов считал, что осуществить эти планы возможно, только сосредоточив всю деятельность разведки под контролем одного ведомства. Был создан Комитет информации при Совете министров СССР, куда вошли служба внешней разведки Министерства государственной безопасности, а также Главное разведывательное управление Генерального штаба ВС СССР. Комитет подчинялся непосредственно Сталину, а возглавлялся Молотовым и его замами.

В конце 1947 г. начальник управления по Ближнему и Дальнему Востоку Комиинформа по информации Андрей Отрощенко созвал оперативное совещание, на котором сообщил, что Сталин поставил задачу: гарантировать переход будущего еврейского государства в лагерь ближайших союзников СССР. Для этого необходимо нейтрализовать связи населения Израиля с американскими евреями. Подбор агентов для этой «миссии» был возложен на Александра Короткова, возглавлявшего в Комиинформе отдел нелегальной разведки.

Павел Судоплатов писал, что выделил для тайных операций троих офицеров-евреев: Гарбуза, Семенова и Колесникова. Первые два обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и фаустпатронов, захваченных у немцев.

Люди Судоплатова занимались специфической деятельностью – готовили тот самый плацдарм для возможного вторжения советских войск. Их больше всего интересовали израильские военные, их организации, планы, военные возможности, идеологические приоритеты.

И пока в ООН шли диспуты и кулуарные переговоры о судьбе арабского и еврейского государств на территории Палестины, СССР начал ударными сталинскими темпами строить новое еврейского государство. Начали с главного – с армии, разведки, контрразведки и полиции. Причем не на бумаге, а на деле.

Еврейские территории напоминали военный округ, поднятый по тревоге и срочно приступивший к боевому развертыванию. Пахать было некому, все готовились к войне. По приказу советских офицеров среди поселенцев выявлялись люди требуемых военных специальностей, доставлялись на базы, где они на скорую руку проходили проверку по линии советской контрразведки, а потом срочно вывозились в порты, где в тайне от англичан шла разгрузка судов. В результате в танки, только что поставленные с борта на пирс, садился полный экипаж и гнал боевую технику к месту постоянной дислокации или прямо к месту боев.

Спецназ Израиля создавался с нуля. Непосредственное участие в создании и обучении коммандос приняли лучшие офицеры НКВД-МГБ, («сталинские соколы» из отряда «Беркут», 101-й разведшколы и управления «С» генерала Судоплатова), имевшие опыт оперативной и диверсионной работы: Отрощенко, Коротков, Вертипорох и десятки других. Помимо них, в Израиль в срочном порядке командировали двух генералов от пехоты и авиации, вице-адмирала ВМФ, пять полковников и восемь подполковников, и, само собой, младших офицеров для непосредственной работы на местах.

Среди «младших» были в основном бывшие солдаты и офицеры с соответствующей «пятой графой» в анкете, которые высказали желание репатриироваться на историческую родину. В результате, капитан Гальперин (родился в Витебске в 1912 г.) стал основателем и первым руководителем разведки Моссад, создал службу общественной безопасности и контрразведки «Шин Бет». В историю Израиля и его спецслужб «почетный пенсионер и верный наследник Берии», второй человек после Бен-Гуриона, вошел под именем Исер Харел. Офицер «Смерша» Ливанов основал и руководил внешней разведкой «Натива Бар». Принял иудейское имя Нехимия Леванон, под которым и вошел в историю израильской разведки. Капитаны Никольский, Зайцев и Малеваный «поставили» работу спецназа Армии обороны Израиля, два офицера ВМФ (имена не удалось установить) создали и обучили подразделение морского спецназа. Теоретическая подготовка регулярно подкреплялась практическими занятиями – рейдами по тылам арабских армий и зачистками арабских деревень.

Некоторые из разведчиков попадали в пикантные ситуации, случись они в другом месте, тяжелых последствий не миновать. Так, один советский агент внедрился в ортодоксальную еврейскую общину, а сам не знал даже основ иудаизма. Когда это обнаружилось, он был вынужден признаться, что является кадровым чекистом. Тогда совет общины постановил: дать товарищу надлежащее религиозное образование. Причем авторитет советского агента в общине резко вырос: СССР – братская страна, рассудили поселенцы, какие могут быть от нее секреты?

Выходцы из Восточной Европы охотно шли на контакт с советскими представителями, рассказывали все, что знали. Евреи-военные особенно симпатизировали Красной Армии и Советскому Союзу, не считали зазорным делиться с советскими разведчиками секретной информацией. Обилие источников информации создавало у сотрудников резидентуры обманчивое ощущение своего могущества. «Они, – цитируем отечественного историка Жореса Медведева, – намеревались тайно управлять Израилем, а через него еще и влиять на американскую еврейскую общину».

Советские спецслужбы активно действовали как в левых и прокоммунистических кругах, так и в правых подпольных организациях ЛЕХИ и ЭЦЕЛЬ. К примеру, житель Беэр-Шевы Хаим Бреслер в 1942-1945 гг. находился в Москве в составе представительства ЛЕХИ, занимался поставками оружия и тренировал боевиков. У него сохранились фотографии военных лет с Дмитрием Устиновым, тогдашним министром вооружений, позже министром обороны СССР и членом Политбюро ЦК КПСС, с видными разведчиками: Яковом Серебрянским (работал в Палестине в 1920-е годы вместе с Яковом Блюмкиным), генералом госбезопасности Павлом Райхманом и другими людьми. Знакомства были довольно значимыми для человека, занесенного в список героев Израиля и ветеранов ЛЕХИ.

«ИНТЕРНАЦИОНАЛ» ПЕЛИ ХОРОМ

В конце марта 1948 г. палестинские евреи распаковали и собрали первые четыре трофейных истребителя «Мессершмит-109». В этот день египетская танковая колонна, а также палестинские партизаны находились всего в нескольких десятках километров от Тель-Авива. Если бы они захватили город, дело сионистов было бы проиграно. Войск, способных прикрыть город, в распоряжении палестинских евреев не было. И в бой отправили все, что было, – эти четыре самолета. Из боя вернулся один. Но увидев, что у евреев появилась авиация, египтяне и палестинцы испугались и остановились. Они не решились взять фактически беззащитный город.

По мере приближения даты провозглашения еврейского и арабского государств страсти вокруг Палестины накалялись не на шутку. Западные политики наперебой советовали палестинским евреям не спешить с провозглашением собственного государства. Американский Госдеп предупредил еврейских лидеров, что, если на еврейское государство нападут арабские армии, на помощь Соединенных Штатов рассчитывать не следует. Москва же настойчиво советовала – провозгласить еврейское государство сразу же после того, как последний английский солдат покинет Палестину.

Арабские страны не желали появления ни еврейского государства, ни палестинского. Иордания и Египет собирались поделить Палестину, где на февраль 1947 г. проживало 1 млн. 91 тыс. арабов, 146 тыс. христиан и 614 тыс. евреев, между собой. Для сравнения: в 1919 г. (за три года до британского мандата) здесь проживало 568 тыс. арабов, 74 тыс. христиан и 58 тыс. евреев. Соотношение сил было таково, что арабские страны не сомневались в успехе. Генеральный секретарь Арабской лиги обещал: «Это будет война на уничтожение и грандиозная резня». Палестинским арабам было приказано временно покинуть свои дома, чтобы случайно не попасть под огонь наступающих арабских армий.

В Москве считали, что не пожелавшие оставаться в Израиле арабы должны обосноваться в соседних странах. Было и другое мнение. Его озвучил постоянный представитель Украинской ССР в СБ ООН Дмитрий Мануильский. Он предложил «переселить палестинских арабов-беженцев в советскую Среднюю Азию и создать там арабскую союзную республику или автономную область». Забавно, не правда ли! Тем более, что опыт массовых переселений народов у советской стороны имелся.

В ночь на пятницу 14 мая 1948 г., под салют семнадцати пушек, британский верховный комиссар Палестины отплыл из Хайфы. Срок действия мандата закончился. В четыре часа дня в здании музея на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве было провозглашено Государство Израиль (в числе вариантов названия фигурировали также Иудея и Сион.) Будущий премьер-министр Давид Бен-Гурион, после того как уговорил испуганных (после предупреждения США) министров голосовать за провозглашение независимости, обещая приезд двух миллионов евреев из СССР в течение двух лет, зачитал подготовленную «русскими экспертами» Декларацию независимости.

Массовую волну евреев ждали в Израиле кто с надеждой, а кто со страхом. Советские граждане – отставники израильских спецслужб и ЦАХАЛ, ветераны израильской Компартии и бывшие лидеры многочисленных общественных организаций в унисон утверждают, что действительно в послевоенных Москве и Ленинграде, других крупных городах СССР усиленно распространялись слухи о «двух миллионах будущих израильтян». На самом же деле советские власти планировали такое количество евреев направить в другую сторону – на Север и Дальний Восток.

Советский Союз 18 мая первым признал еврейское государство де-юре. По случаю приезда советских дипломатов около двух тысяч человек собралось в здании одного из самых больших кинотеатров Тель-Авива «Эстер», на улице стояло еще около пяти тысяч человек, которые слушали трансляцию всех выступлений. Над столом президиума повесили большой портрет Сталина и лозунг «Да здравствует дружба между Государством Израиль и СССР!». Хор рабочей молодежи исполнил еврейский гимн, затем гимн Советского Союза. «Интернационал» пел уже весь зал. Затем хор исполнил «Марш артиллеристов», «Песнь о Буденном», «Вставай, страна огромная».

Посмотреть вложение 73058 Посмотреть вложение 73059

Советские дипломаты заявили в Совете Безопасности ООН: так как арабские страны не признают Израиль и его границы, то и Израиль может их не признавать.

ЯЗЫК ПРИКАЗА – РУССКИЙ

В ночь на 15 мая армии пяти арабских стран (Египта, Сирии, Ирака, Иордании и Ливана, а также «прикомандированные» подразделения от Саудовской Аравии, Алжира и ряда других государств) вторглись в Палестину. Духовный вождь мусульман Палестины Амин аль-Хусейни, который всю Вторую мировую войну был заодно с Гитлером, обратился к своим последователям с наставлением: «Я объявляю священную войну! Убивайте евреев! Убивайте их всех!». «Эйн брера» (нет выбора) – так объясняли израильтяне свою готовность сражаться даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. И в самом деле, выбора у евреев не было: арабы желали не уступок с их стороны, они хотели истребить их всех, по сути, объявляя второй Холокост.

Советский Союз «при всем сочувствии к национально-освободительному движению арабских народов» официально осудил действия арабской стороны. Параллельно были даны указания всем силовым ведомствам оказать израильтянам всю необходимую помощь. В СССР началась массовая пропагандистская кампания в поддержку Израиля. Государственные, партийные и общественные организации стали получать массу писем (в основном от граждан еврейской национальности) с просьбой отправить их в Израиль. Активно включился в этот процесс Еврейский антифашистский комитет (ЕАК).

Сразу же после арабского вторжения ряд зарубежных еврейских организаций обратились лично к Сталину с просьбой оказать прямую военную поддержку молодому государству. В частности, особый упор делался на важности посылки «еврейских летчиков-добровольцев на бомбардировщиках в Палестину». «Вы, человек, доказавший свою прозорливость, можете помочь, – говорилось в одной из телеграмм американских евреев на имя Сталина. – Израиль заплатит вам за бомбардировщики». Здесь же отмечалось, что, к примеру, в руководстве «реакционной египетской армии» имеется более 40 английских офицеров «в ранге выше капитана».

Очередная партия «чехословацких» самолетов прибыла 20 мая, а уже через 9 дней был нанесен массированный воздушный удар по врагу. С этого дня израильские ВВС захватили господство в воздухе, что в значительной степени повлияло на победоносное завершение Войны за независимость. Четверть века спустя, в 1973 г., Голда Меир писала: «Как бы радикально ни изменилось советское отношение к нам за последующие двадцать пять лет, я не могу забыть картину, которая представлялась мне тогда. Кто знает, устояли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупить в Чехословакии»?

Сталин знал, что советские евреи будут проситься в Израиль, и отдельные (нужные) из них получат визу и уедут, чтобы строить там новое государство по советским лекалам и вести работу против недругов СССР. Но массовой эмиграции граждан социалистической страны, страны-победительницы, особенно ее славных воинов, он не мог допустить.

Сталин считал (и небезосновательно), что именно Советский Союз спас более двух миллионов евреев от неминуемой гибели в годы войны. Казалось, евреи должны быть благодарны, и не ставить палки в колеса, не вести линию вразрез политике Москвы, не поощрять эмиграцию в Израиль. Вождя буквально взбесило сообщение о том, что 150 офицеров-евреев официально обратились к правительству с просьбой направить их добровольцами в Израиль для оказания помощи в войне с арабами. В пример другим, все они были строго наказаны, некоторые расстреляны. Не помогло. Сотни военнослужащих при помощи израильских агентов бежали из групп советских войск в Восточной Европе, другие использовали транзитный пункт во Львове. При этом все они получали поддельные паспорта на вымышленные фамилии, под которыми в дальнейшем воевали и жили в Израиле. Именно поэтому в архиве «Махала» (израильского союза воинов-интернационалистов) совсем мало имен советских добровольцев, уверен известный израильский исследователь Михаэль Дорфман, который занимался проблемой советских добровольцев в течение 15 лет. Он уверенно заявляет, что их было много, и они чуть было не построили «ИССР» (Израильскую Советскую Социалистическую Республику). Он все еще надеется завершить российско-израильский TВ-проект, прерванный из-за дефолта в середине 1990-х годов, и в нем «рассказать очень интересную, а, возможно, и сенсационную историю участия советских людей в деле становления израильской армии и спецслужб», в которых «было много бывших советских военнослужащих».

Менее известны широкой общественности факты мобилизации добровольцев в Армию обороны Израиля, которая проводилась израильским посольством в Москве. Изначально сотрудники израильской дипмиссии предполагали, что вся деятельность по мобилизации демобилизованных офицеров-евреев проводилась с одобрения правительства СССР, и списки убывших и готовых убыть в Израиль советских офицеров израильский посол Голда Меерсон (с 1956 г. – Меир) иногда передавала лично Лаврентию Берии. Однако позже эта деятельность стала одной из причин «обвинения Голды в предательстве», и она вынуждена была оставить должность посла. При ней успели уехать в Израиль около двухсот советских военнослужащих. Те, которые не успели, не были репрессированы, хотя большинство из них были демобилизованы из армии.

Сколько советских военных выехало в Палестину до и в ходе Войны за независимость – доподлинно неизвестно. По данным израильских источников, легальными или нелегальными каналами воспользовались 200 тыс. советских евреев. Из них «несколько тысяч» – военнослужащие. Во всяком случае, основным языком «межнационального общения» в израильской армии был русский. Он же занимал второе (после польского) место во всей Палестине.

Первым советским резидентом в Израиле в 1948 г. стал Владимир Вертипорох, направленный на работу в эту страну под псевдонимом Рожков. Вертипорох позже признавался, что ехал в Израиль без особой уверенности в успехе своей миссии: во-первых, он недолюбливал евреев, а во-вторых, резидент не разделял уверенности руководства, что Израиль можно сделать надежным союзником Москвы. Действительно, опыт и интуиция не обманули разведчика. Политические акценты резко сменились после того, как стало ясно, что израильское руководство переориентировало политику своей страны на тесное сотрудничество с Соединенными Штатами.

Руководство во главе с Бен-Гурионом с момента провозглашения государства опасалось коммунистического переворота. Действительно, такие попытки были, и они жестоко пресекались израильскими властями. Это и расстрел на рейде Тель-Авива десантного судна «Алталена», названного позже «израильским крейсером «Аврора», и восстание моряков в Хайфе, которые считали себя последователями дела матросов броненосца «Потемкин», и некоторые другие инциденты, участники которых не скрывали своих целей – установление советской власти в Израиле по сталинскому образцу. Они слепо верили в то, что дело социализма побеждает во всем мире, что «социалистический еврейский человек» уже почти сформировался и что условия войны с арабами создали «революционную ситуацию». Нужен был лишь «крепкий как сталь» приказ, говорил чуть позже один из участников восстания, ведь сотни «красных бойцов» уже были готовы «оказать сопротивление и выступить против правительства с оружием в руках». Здесь не случайно использован эпитет стали. Сталь была тогда в моде, как и все советское. Очень распространенная израильская фамилия Пелед означает в переводе с иврита «Сталин». Но последовал «плач» недавнего героя «Алталены» – Менахем Бегин призвал революционные силы повернуть оружие против арабских армий и вместе со сторонниками Бен-Гуриона отстоять независимость и суверенитет Израиля.

Посмотреть вложение 73061

ИНТЕРБРИГАДЫ ПО-ЕВРЕЙСКИ

В непрерывной войне за свое существование, Израиль всегда вызывал симпатии и солидарность со стороны евреев (и не евреев), живущих в разных странах мира. Одним из примеров такой солидарности явилась добровольная служба иностранных волонтеров в рядах израильской армии и участие их в боевых действиях. Все это началась в 1948 г., сразу после провозглашения еврейского государства. По израильским данным, приблизительно 3500 добровольцев из 43 стран прибыли тогда в Израиль и приняли непосредственное участие в боевых действиях в составе частей и соединений Армии обороны Израиля – Цва Хагана Ле-Исраэль (сокращенно АОИ или ЦАХАЛ). По странам исхода добровольцы разделились следующим образом: примерно 1000 добровольцев прибыли из США, 250 – из Канады, 700 – из Южной Африки, 600 – из Великобритании, 250 – из Северной Африки, по 250 – из Латинской Америки, Франции и Бельгии. Были также группы добровольцев из Финляндии, Австралии, Родезии и России.

Это были неслучайные люди – военные профессионалы, ветераны армий антигитлеровской коалиции, с бесценным опытом, полученном на фронтах недавно завершившейся Второй мировой войны. Не всем из них довелось дожить до победы – 119 иностранных добровольцев погибли в боях за независимость Израиля. Многим из них посмертно было присвоено очередное воинское звание, вплоть до бригадного генерала.

История каждого добровольца читается как авантюрный роман и, к сожалению, мало известна широкой публике. Особенно это касается тех людей, которые в далекие 20-е годы прошлого века начали вооруженную борьбу против англичан с единственной целью – создать еврейское государство на территории подмандатной Палестины. В авангарде этих сил шли наши соотечественники. Именно они в 1923 г. создали военизированную организацию БЕЙТАР, которая занялась военной подготовкой бойцов для еврейских отрядов в Палестине, а также для защиты еврейских общин в диаспоре от арабских банд погромщиков. БЕЙТАР – это аббревиатура ивритских слов Брит Трумпельдор («Союз Трумпельдора»). Так она была названа в честь офицера русской армии, георгиевского кавалера и героя русско-японской войны Иосифа Трумпельдора.

В 1926 г. БЕЙТАР вошел во Всемирную организацию сионистов-ревизионистов, которую возглавлял Владимир Жаботинский. Наиболее многочисленные боевые формирования БЕЙТАРа были в Польше, прибалтийских странах, Чехословакии, Германии и Венгрии. На сентябрь 1939 г. командование ЭЦЕЛя и БЕЙТАРа планировало проведение операции «Польский десант» – до 40 тыс. бойцов БЕЙТАРа из Польши и прибалтийских стран должны были быть переброшены на морских судах из Европы в Палестину, чтобы на завоеванном плацдарме создать еврейское государство. Однако начавшаяся Вторая мировая война перечеркнула эти планы.

Раздел Польши между Германией и СССР и последующий ее разгром нацистами нанесли тяжелый удар по формированиям БЕЙТАРа – вместе со всем еврейским населением оккупированной Польши его члены оказались в гетто и в лагерях, а те из них, кто очутился на территории СССР, нередко становились объектом преследований НКВД за излишний радикализм и самоуправство. Руководитель польского БЕЙТАРа Менахем Бегин, будущий израильский премьер, был арестован и отправлен отбывать срок в воркутинские лагеря. Вместе с тем, тысячи бейтаровцев геройски сражались в рядах Красной Армии. Многие из них воевали в составе сформированных в СССР национальных частей и соединений, где особенно был высок процент евреев. В литовской дивизии, латышском корпусе, в армии Андерса, в чехословацком корпусе генерала Свободы были целые подразделения, в которых команды подавались на еврейском языке. Известно, что два воспитанника БЕЙТАРа, сержант Калманас Шурас из литовской дивизии и надпоручик Антонин Сохор из чехословацкого корпуса за свои подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза.

При создании государства Израиль в 1948 г. нееврейская часть населения была освобождена от несения обязательной воинской службы наравне с евреями. Считалось, что неевреям будет невозможно выполнять свой воинский долг в силу их глубоких родственных, религиозных и культурных связей с арабским миром, объявившим тотальную войну еврейскому государству. Однако уже в ходе палестинской войны в ряды ЦАХАЛа добровольно вступили сотни бедуинов, черкесов, друзов, арабов-мусульман и христиан, решивших навсегда связать свою судьбу с еврейским государством.

Черкесы в Израиле – это мусульманские народы Северного Кавказа (в основном, чеченцы, ингуши и адыги), проживающие в деревнях на севере страны. Они призывались как в боевые части ЦАХАЛа, так и в пограничную полицию. Многие из черкесов стали офицерами, а один дослужился до чина полковника израильской армии. «В войне за независимость Израиля черкесы примкнули к евреям, которых было тогда всего 600 тысяч, – против 30 миллионов арабов, и с тех пор никогда не изменяли союзу с евреями», – сказал Аднан Хархад, один из старейшин черкесской общины.

ПАЛЕСТИНА: ОДИННАДЦАТЫЙ СТАЛИНСКИЙ УДАР?

До сих пор продолжаются дискуссии: зачем арабам понадобилось вторгаться в Палестину? Ведь было ясно, что положение на фронте для евреев, хотя и оставалось достаточно серьезным, все же значительно улучшилось: территория, отведенная еврейскому государству ООН, была уже почти полностью в руках евреев; евреи захватили около сотни арабских деревень; Западная и Восточная Галилея была частично под контролем евреев; евреи добились частичного снятия блокады Негева и деблокировали «дорогу жизни» из Тель-Авива в Иерусалим.

Дело в том, что у каждого арабского государства был свой расчет. Король Трансиордании Абдалла хотел захватить всю Палестину – в особенности Иерусалим. Ирак хотел получить выход к Средиземному морю через Трансиорданию. Сирия зарилась на Западную Галилею. Влиятельное мусульманское население Ливана давно с жадностью поглядывало на Центральную Галилею. А Египет, хотя у него и не было территориальных притязаний, носился с идеей стать признанным лидером арабского мира. Ну и, конечно, помимо того, что у каждого из вторгшихся в Палестину арабских государств были свои основания для «похода», всех их привлекала перспектива легкой победы, и эту сладкую мечту искусно поддерживали англичане. Естественно, что без такой поддержки вряд ли арабы согласились бы пойти на открытую агрессию.

Арабы проиграли. Разгром арабских армий в Москве расценили как поражение Англии и были этому несказанно рады, считали, что позиции Запада подорваны на всем Ближнем Востоке. Сталин не скрывал, что его замысел блестяще осуществлен.

Соглашение о перемирии с Египтом было подписано 24 февраля 1949 г. Передовая линия последних дней боев превратилась в линию перемирия. Сектор побережья у Газы остался в руках египтян. Никто не оспаривал у израильтян контроля над Негевом. Осажденная египетская бригада вышла из Фалуджи с оружием в руках и вернулась в Египет. Ей были оказаны все воинские почести, почти все офицеры и большинство солдат получили государственные награды как «герои и победители» в «великой битве с сионизмом». 23 марта в одном из приграничных селений было подписано перемирие с Ливаном: израильские войска оставили эту страну. С Иорданией соглашение о перемирии было подписано на о. Родос 3 апреля, и, наконец, 20 июля на нейтральной территории между позициями сирийских и израильских войск было подписано соглашение о перемирии с Дамаском, согласно которому Сирия вывела свои войска из ряда приграничных с Израилем районов, которые оставались демилитаризованной зоной. Все эти соглашения однотипны: они содержали взаимные обязательства ненападения, определили демаркационные линии перемирия с особой оговоркой, что эти линии не должны рассматриваться в качестве «политических или территориальных границ». Соглашения не упоминали о судьбе арабов Израиля и арабских беженцев из Израиля в соседние арабские страны.

Документы, цифры и факты дают определенное представление о роли советского военного компонента в становлении Государства Израиль. Никто не помогал евреям оружием и солдатами-иммигрантами, кроме как Советский Союз и страны Восточной Европы. До сих пор в Израиле можно нередко услышать и прочитать, что еврейское государство выстояло в «палестинской войне» благодаря «добровольцам» из СССР и других социалистических стран. На деле же Сталин не дал «зеленый свет» добровольческим порывам советской молодежи. Зато сделал все для того, чтобы в течение полугода мобилизационные возможности малонаселенного Израиля смогли «переварить» огромное количество поставленного вооружения. Молодые люди «близлежащих» государств – Венгрии, Румынии, Югославии, Болгарии, в меньшей степени, Чехословакии и Польши – составили тот призывной контингент, который позволил создать полностью укомплектованную и хорошо вооруженную Армию обороны Израиля.

В целом под израильским контролем оказались 1300 км2 и 112 населенных пунктов, отводившихся решением ООН арабскому государству в Палестине; под арабским контролем оказались 300 км2 и 14 населенных пунктов, решением ООН предназначенных еврейскому государству. Фактически, Израиль занял территории на треть больше, чем было предусмотрено в решении Генеральной ассамблеи ООН. Таким образом, по условиям достигнутых с арабами соглашений, за Израилем осталось три четверти Палестины. Вместе с тем часть территории, отводившейся палестинским арабам, перешла под контроль Египта (сектор Газа) и Трансиордании (с 1950 г. – Иордания), в декабре 1949 г. аннексировавшей территорию, которая получила название Западного берега. Иерусалим был разделен между Израилем и Трансиорданией. Большое число палестинских арабов бежало из районов военных действий в более безопасные места в секторе Газа и на Западном берегу, а также в соседние арабские страны. Из первоначального арабского населения Палестины лишь около 167 тыс. человек остались на территории Израиля. Главной победой Войны за независимость явилось то, что уже во второй половине 1948 г., когда еще в полном разгаре шла война, сто тысяч иммигрантов прибыли в новое государство, которое сумело обеспечить их и жильем, и работой.

Посмотреть вложение 73051 Посмотреть вложение 73052 Посмотреть вложение 73053

В Палестине, и особенно после создания Государства Израиль, были исключительно сильные симпатии к СССР как к государству, которое, во-первых, спасло еврейский народ от уничтожения во время Второй мировой войны, а, во-вторых, оказало огромную политическую и военную помощь Израилю в его борьбе за независимость. В Израиле по-человечески любили «товарища Сталина», и подавляющее большинство взрослого населения просто не хочет слышать никакой критики в адрес Советского Союза. «Многие израильтяне боготворили Сталина, – писал сын знаменитого разведчика Эдгара Бройде-Треппер. – Даже после доклада Хрущева на ХХ съезде портреты Сталина продолжали украшать многие государственные учреждения, не говоря уже о кибуцах».


https://topwar.ru/3231-sovetskaya-vojna-za-nezavisimost-izrailya.html
Плюсанул, хотя далеко не совсем согласен.
 
Еврей, который взорвал яхту Гитлера

Семьдесят лет назад, в разгар Войны за независимость, Элиягу Рика вызвали в «арабский отдел» ПАЛЬМАХа. Он увидел на столе разложенные карты и аэрофотоснимки бейрутскго порта. Там особо выделялись очертания большого судна. Это была «Игрис», частная яхта, принадлежавшая Гитлеру. «Ее нужно потопить» – таков был приказ.
Рика, которому на тот момент исполнилось 18 лет, репатриировался в Израиль из Дамаска за четыре года до описываемых событий. Из-за характерной внешности и знания арабского языка он служил в спецподразделении, известном также под названием «мистаарвим» (букв., «псевдоарабы»), – секретном подразделении, участвовавшем во всевозможных диверсиях против арабов. Теперь, невзирая на молодость, Рика должен был выполнить самое сложное задание.
«Игрис», сошедшая с немецких стапелей в 1934 году, использовалась Гитлером и другими высокопоставленными нацистскими бонзами, как в частных, так и в государственных целях. Эта яхта была в длину 135 метров и весила три с половиной тонны. С началом Второй мировой войны «Игрис» превратили в военный корабль, а после разгрома нацистов продали богатому купцу из Ливана. В 1948 году израильская разведка обнаружила это судно, пришвартовавшееся в бейрутском порту.
В ЦАХАЛе опасались, что «Игрис» могут продать Египту, и решили ее затопить.

«Если бы египетский флот действительно пополнился этим судном, наши военно-морские силы вряд ли смогли бы ему противостоять», – признал впоследствии главком ВМФ Израиля, контр-адмирал Шломо Харэль.
Можно только представить себе, какая сложнейшая задача была возложена на Элиягу Рика, которому в этом году исполнилось 88 лет. На встрече в Тель-Авиве он поведал, чем была символична проведенная операция.
«День, выбранный для ее проведения – 29 ноября 1948 года был приурочен к годовщине резолюции ООН, ко дню победы еврейского народа над Гитлером. Но, даже, лежа в могиле, фюрер не хотел соглашаться с существованием Государства Израиль, отправив, словно загробный привет, свою яхту, которая могла причинить вред нашей стране. Я считаю, что удостоился высочайшей привилегии, чтобы выполнить возложенную на меня миссию», – сказал Рика.
Сегодня, оглядываясь назад, можно с уверенностью сказать, что эта миссия была самоубийственной. Рика сам признает, что «намеченная операция представляла собой одну большую опасность, а успех ее осуществления зависел только от большой удачи». Несмотря на свой юный возраст, отсутствие опыта и профессиональной подготовки для морских диверсий, Рика отправили на лодке к «Игрису», чтобы установить там взрывные устройства.
Прежде чем отправить молодого человека на столь рискованное задание, его снабдили фальшивым удостоверением личности израильского араба и придумали ему легенду, по которой он бежал в Бейрут вместе с потоком палестинских беженцев, устремившихся в Ливан после того, как ЦАХАЛ вошел в Хайфу. В вещах, которые были с ним, тщательно запрятали две мины, начиненные пятью килограммами взрывчатки каждая.
В день, выбранный для проведения операции, в хайфском порту Рика поднялся на борт судна, которым командовал Харэль.
«Мы покинули Хайфу и взяли курс на Бейрут, – рассказывал Харэль в интервью для документального проекта «Толдот Исраэль» (он скончался в этом месяце в возрасте 98 лет). – Бедный парень. Он был худой, тонкий и маленький, и маялся морской болезнью в течение нескольких часов, пока мы были в пути».
Когда судно, наконец, подошло к берегам Бейрута, Рика сел в резиновую лодку, которую спустили на воду, и на ней добрался до берега. Чуть позже он присоединился к своим товарищам из секретного подразделения, которые ждали его в городе, а затем довели до исходной точки, где он должен был начать выполнение своей миссии.
«Условия ее выполнения были катастрофическими, если не сказать больше, – вспоминает Рика, – все от начала до конца таило в себе смертельную опасность. Район, в котором стояло судно, освещался прожекторами, так же, как и сам корабль. Меня в любой момент могли заметить». Друзья-«мистаарвим» снабдили его таблетками амфетамина на случай, если силы его покинут, – он должен был вернуться в Израиль в тот же день, а также бутылкой рома, из которой он должен был глотнуть, прежде чем войти в воду.
Бутылка рома выскользнула из рук и разбилась прямо на берегу. Один из механизмов, приводящих в действие мины, сломался. Тем не менее, Рика решил отправиться в путь.
«К счастью, никто не заметил мою странную фигуру в купальном костюме с ластами, в камуфляжной сетке, с минами, прикрепленными к груди», — говорит он.
Рика поплыл к кораблю, который находился примерно в полукилометре от берега. Вдруг, буквально в нескольких метрах от него, прошла рыбацкая лодка. «Я затаил дыхание. Те, кто находился в лодке, каким-то чудом меня не заметили», – вспоминает Рика.
Вначале он оцарапался о морские водоросли, прилипшие к днищу корабля, а затем прикрепил мины, установив таймер, и поспешил обратно к берегу. «Только бы корабль не взорвался, пока я плыву», – молился он. Уже выходя из моря, оглядываясь по сторонам, Рика вдруг заметил двух арабов, идущих по берегу и разговаривающих друг с другом. И снова он затаил дыхание, «но арабы, беседуя, прошли мимо, не обратив на меня внимания» – улыбается Рика.
Он благополучно вернулся в Израиль, но радость возвращения была омрачена тем фактом, что из Ливана не поступило никаких сообщений о взрыве на «Игрисе». Через неделю Рику вновь отправили в Бейрут, чтобы все же уничтожить судно, но в последний момент операцию отменили из-за боязни, что мины, установленные там ранее, могут взорваться, когда он будет устанавливать новые.
Но 17 декабря взрывное устройство все же сработало, едва ли не расколов корабль. Ливанская пресса сообщала, что пламя, охватившее судно, достигло тридцати метров в высоту. В Ливане были те, кто считал, что корабль наткнулся на плавучую мину. Согласно другой версии, в «Игрис» попала торпеда, выпущенная подводной лодкой. Никто не мог даже предположить, что речь идет о диверсии, осуществленной израильтянами. В любом случае, продажа яхты Египту была сорвана.
«Рика осуществил одну из самых дерзких операций в Войне за независимость, не будучи опытным бойцом или офицером морского спецназа», – так считал Харэль. По его словам, «по сравнению с сегодняшними военно-морскими операциями, та операция нисколько не уступает с точки зрения планирования, масштаба и успеха».
Однако сам Рика даже сейчас, спустя семьдесят лет, до сих пор не очень понимает, почему именно его выбрали для выполнения столь сложного задания.
«По-видимому, мои командиры посчитали, что если бы в ходе операции возникли какие-либо проблемы, у меня было бы больше шансов справиться с ними, чем у других людей», – считает он, добавив, что, даже будучи ребенком, в Сирии, он вел себя довольно смело, не боясь стычек со своими арабскими соседями.
После того, как операция с яхтой Гитлера была успешно завершена, Рика выполнял секретные разведывательные миссии в рамках спецподразделения 131 – в Египте, Ливане, Иордании и Европе, а затем работал в Моссаде.
Только в 1965 году ЦАХАЛ рассекретил операцию, в которой принимал участие Рика. «Благодаря дерзкой операции ВМФ Израиля, корабль Гитлера был взорван и поставлен на якорь в порту Бейрута», – сообщили армейские источники газете «Давар», назвавшей эту операцию «одной из самых ярких во время Войны за независимость».
А что же случилось с кораблем?
Несмотря на взрыв, экипажу удалось предотвратить его затопление, впоследствии его отремонтировали и отправили в США. Там, в Нью-Джерси «Игрис» стал туристической достопримечательностью, за знакомство с которой еще и взимали определенную плату.
В начале пятидесятых годов прошлого века «Игрис» демонтировали, а его различные части разошлись по коллекционерам. В частности, гальюн с этой яхты, который в СМИ окрестили «сортиром Гитлера», был снят с судна и помещен в местный гараж для пользования клиентами. Несколько лет назад он снова пересек море, отправившись в Великобританию, где его приобрел человек, коллекционирующий военные реликвии.
Офер Адерет, «ХаАрец», М.К. К.В.
На фото: вид Бейрута. Фото: Piotr Chrobot, Unsplash
 
Сверху Снизу