Вопросы о Холокосте

IMG-20200116-WA00042.jpg

Вчера вечером группа футболистов и президент футбольного клуба "Челси" Брюс Бак пригласили гостей и болельщиков на открытие памятной росписи, посвященной еврейским футболистам и британским военнопленным, которые были отправлены в нацистские лагеря, автором которой стал уличный художник Соломон Соуза.

Настенная картина 12x7 метров писалась Соузой на стене внешней стороны Западной трибуны стадиона "Стэмфорд Бридж".

01527045.jpg
Полузащитник "Челси" Рубен Лофтус-Чик и капитан команды, испанский баск Сезар Аспиликуэта.


Это событие является частью кампании "Скажи нет антисемитизму" и финансируется владельцем клуба Романом Абрамовичем.

2ee09ee73a29546e54d2f7e6584186ce.jpg

Выступая на этом мероприятии, Сезар Аспиликуэта сказал: "Я очень горжусь тем, что участвовал в этой кампании в качестве капитана клуба. Это еще один шаг вперед в искоренении антисемитизма и расизма, и это очень много значит для всех нас."

"Эта фреска символизирует трех человек, которые любили футбол и мечтали о футболе, и то, что с ними случилось, больше ни с кем не случится. Эта работа заставит людей задуматься и, самое главное, осознать проблемы, с которыми мы все еще сталкиваемся."


Защитник женской команды "Челси" Асанте прокомментировала: "Роспись очень красивая, и это замечательная дань уважения трем мужчинам и их наследию, чтобы мы все помнили, что произошло."

"Речь идет о том, чтобы донести до всех, что мы не допустим нетерпимости и дискриминации в любой форме. Чтобы любой фанат или игрок, являющийся частью этого клуба, поддержал это сообщение, и это очень сильная позиция футбольного клуба "Челси"."

crn2BrfD00g.jpg

Асанте, Аспиликуэта, Лофтус-Чик, Брюс Бак и ведущий.

Лофтус-Чик добавил: "Это удивительная картина, и мне было приятно встретиться с Соломоном. Это еще один отличный способ продвижения кампании против антисемитизма."

"Здорово, что "Челси" делает такие вещи, и я очень горжусь тем, что играю в этом клубе и посещаю подобные мероприятия. Футбол может оказать огромное влияние в таких проблемных сферах, как дискриминация, как в Англии, так и во всем мире, поэтому наша задача - поддерживать подобные кампании и распространять эти идеи."

""Челси" - один из крупнейших клубов в мире, поэтому влияние, которое мы можем оказать на антисемитизм и расизм, огромно, и все игроки с гордостью поддерживают идею."



На граффити Соуза изобразил трех еврейских футболистов — Юлиуса Хирша, Арпада Вейса и Рона Джонса.

zz.jpg

Хирш стал первым футболистом–евреем, представлявшем сборную Германии и сыгравшем 7 международных матчей за Германию в период с 1911 по 1913 год. Хирш ушел из футбола в 1923 году. 1 марта 1943 года был депортирован в Освенцим. Дата его смерти неизвестна.

Арпад Вейс был венгерским футболистом и менеджером, который играл за Törekvés SE в Венгрии и был членом венгерской команды на летних Олимпийских играх 1924 года в Париже. Выйдя на пенсию в 1926 году в качестве игрока, Вейс поселился в Италии и стал помощником тренера клуба Alessandria, а затем перешел в миланский Internazionale Milano. Вейс и его семья были вынуждены покинуть Италию и нашли убежище в Нидерландах, где он получил работу тренера в ФК «Дордрехт». В 1942 году Вейс и его семья были депортированы в Освенцим. Жена Вейса Елена и его дети Роберто и Клара были убиты нацистами по прибытии в лагерь. Сам Вейс умер в январе 1944 года.

Рон Джонс, известный как «Вратарь из Освенцима», был британским военнопленным, которого в 1942 году отправили в лагерь вермахта для британских военнопленных E715, бывший частью Освенцима. Джонс был членом Футбольной лиги Освенцима и был назначен вратарем валлийской команды. В 1945 году Джонс был вынужден присоединиться к «маршу смерти» заключенных по всей Европе. Вместе с 230 другими пленными из числа солдат союзников он прошел 900 миль из Польши в Чехословакию, а затем в Австрию, где они были освобождены американскими войсками. «Марш смерти» пережили менее 150 человек. После войны Джонс вернулся в Ньюпорт и более 30 лет был волонтером акции «Маковый призыв» (акция в память о погибших в мировых войнах), вплоть до своей смерти в возрасте 102 лет в 2019 году.

«Я рад, что меня пригласили в «Челси» и поручили создать этот проект», – сказал Соуза. «Моя бабушка, Лизелотта Соуза, бежала от нацистов в 1939 году из Роттердама и приехала в Великобританию, поэтому этот проект очень много значит для меня и моей семьи»

Во время работы над граффити Соузе помогал Кристиан Пулишич, американский футболист хорватского происхождения, первый сезон играющий за "Челси". Пока Соломон вырисовывал детали, Кристиан жал на гашетку распылителя-пульверизатора.

GCXXhR_Fhzc.jpg

Осмотрев свои художества, Пулишич сказал: "Это потрясающе - стать причастным к созданию подобной работы и это то, чего я никогда не забуду. Футбол - это удивительная платформа для людей во всем мире, и такой огромный клуб, как "Челси", действительно может сделать заявление и помочь людям понять, что это на самом деле означает.

У нас есть владелец, который очень увлечен этим, и это здорово, что мы можем сделать такое заявление с помощью данной картины и показать миру, что это очень важно и что мы хотим, чтобы это изменилось."
 
Ханука в Киле
Подсвечник-менора в иудейский праздник Ханука стоит на подоконнике квартиры раввина Акивы Боруха Познера в германском городе Киль. Напротив его дома штаб-квартира местного отделения НСДАП. На дворе 1931 год.

scale_1200.jpg

Жена раввина сделал на снимке надпись:

"Ханука, 5692. "Иудее конец" - так говорит флаг. "Иудея будет жить вечно" - так отвечают огни”
Раввин Познер вовремя понял к чему идет дело и в 1933 году уехал из Германии, а в 1934 году переселился в Палестину. Из 500 членов кильской общины, благодаря его прозорливости, не успели уехать только 8 человек.
 
EQI2NjPh.jpg

Первая фотография вам наверняка известна, ее все знают, – она сделана 13 июня 1936 года, в день, когда с гамбургской верфи, принадлежавшей компании «Blohm & Voss», сошел корабль «Хорст Вессель». Знаменитой эту фотографию сделал человек, обведенный для наглядности кружочком. Его зовут Август Ландмессер, – и он единственный из стоящих в толпе, чья правая рука не поднята в нацистском салюте – предположительно в момент выхода к публике тогдашнего лидера (т. е. «Führer») и рейхсканцлера Германии Адольфа Гитлера. У него есть на это причины.

Он нет, не член запрещенной в 1933 году Коммунистической партии Германии, не политический активист – и даже, по всей видимости, не то чтобы антифашист, – по крайней мере, никаких недвусмысленных свидетельств на этот счет у нас нет. Он – муж женщины со второго снимка, ее зовут Ирма Э́клер. И отец – пока еще только одной из девочек со снимка, старшей, Ингрид. Это она стоит, держась за его руки и глядя в воду. Вторая фотография сделана в конце лета 1937 года.

В 1931 году Ландмессер вступил в НСДАП, в надежде, что так он скорее получит работу, – а в 1935-м его исключили из партии, после помолвки с Ирмой – она была еврейкой. Чуть меньше, чем через год после того, как была сделана первая фотография, Ландмессеры с двухлетней Ингрид попытались сбежать в Данию, но неудачно. В июле 1937 года (Ирма была беременна второй девочкой) его осудили согласно тогдашнему закону об осквернении расы – однако в мае 1938-го оправдали на том основании, что, вроде бы, ни он, ни Ирма не знали, что последняя была еврейкой, – с вынесением предупреждения: если он не откажется от семьи, то будет осужден на многолетние каторжные работы.

Как свидетельствует вторая фотография, и после суда Август Ландмессер не просто не отказался от своей жены, но продолжал появляться с ней на публике, как ни в чем ни бывало. Может быть, он был очень мужественным человеком, а может, очень беспечным, – этого мы не знаем. В июле 1938 года, его снова арестовали и отправили в концлагерь Бёргермор, в Нижней Саксонии. Это там пятью годами раньше появилась на свет «Lagerlied von Börgermoor» (по-русски она называется «Песня болотных солдат»), которую исполняли потом в Бухенвальде, Равенсбрюке, Заксенхаузене и Освенциме.

Ирму определили в гамбургскую тюрьму Фюльсбюттель, затем в концлагерь Ораниенбург, потом в женский концлагерь Лихтенбург и, наконец, в Равенсбрюк. До января 1942 года от нее приходили редкие письма, а затем, видимо, ее отправили в Центр эвтаназии в Бернбурге (NS-Tötungsanstalt Bernburg), где и убили. Официальная дата смерти – 28 апреля. Августа, тем временем, в январе 1941 года выпустили из тюрьмы. Он работал диспетчером в транспортной компании до февраля 1944-го, когда его забрали в штрафбат, а потом пропал без вести где-то в Хорватии осенью того же года.

Обеих девочек забрали в детдом, Ингрид разрешили пожить с бабушкой, а младшую, Ирен, в 1941-м отдали приемным родителям. Старшую тоже – но уже после войны, бабушка умерла в 1953 году. За два года до ее смерти, летом 1951-го, брак Августа Ландмессера и Ирмы Э́клер был признан сенатом Гамбурга, и девочки получили возможность носить фамилию отца. Ингрид этой возможностью воспользовалась, а Ирен – нет. В 1991 году она опознала отца на снимке слева, а в 1996-м – опубликовала книгу об истории своей семьи. На обложке – имя автора: Ирен – Э́клер, не Ландмессер.

То есть эта история – не об одиноком герое, не об отчаянном сопротивлении, не о том, как один человек выходит против целого народа – и побеждает. Не о Давиде и Голиафе. Конечно, и тут можно извлечь некоторый урок – на тот счет, что чем яростнее то или иное государство выступает за воображаемые семейные и прочие традиционные ценности, тем легче оно разрушает настоящие, не воображаемые семьи. Тем охотнее превращает детей в беспомощных сирот – для которых, в свою очередь, очень охотно становится единственным благодетелем.

Но история эта – она о том, как один мужчина любил одну женщину, и ее убили; а их детей у него отняли, и он ничего не смог сделать, а потом и сам погиб, неизвестно за что, неизвестно как.

История – она, к сожалению, не состоит из нравоучительных рассказов о том, что такое хорошо и что такое плохо. А состоит она из совершенно случайных судеб миллионов совершенно случайных людей, о которых нам иногда – очень редко – удается узнать что-то такое, от чего нам становится не совсем все равно.

www.facebook.com/inliberty/photos/a.4008...7426/?type=1&fref=nf
 
Судья Конрад Морген по прозвищу «Бладхаунд» славился своей принципиальностью.

Сын машиниста паровоза, он изучал международное право в Гааге, Франкфурте и Риме, состоял в национал-либеральной Deutsche Volkspartei, а когда та слилась с НСДАП, автоматически оказался нацистом. Так же вышло с членством в СС, куда 24-летнего Моргена записали при реорганизации какой-то патриотической молодежной структуры: отказаться от нового партбилета и молний ему, как он сам потом объяснял, было неловко. Защитившись, работал окружным судьей в Шецине на тогдашней границе с Польшей, впрочем, его скоро уволили (вроде бы он из принципа вынес оправдательный приговор в деле о нарушении расовой чистоты). С началом войны оказался в юридическом управлении СС в Кракове, где так следил за законностью, что его разжаловали в капралы и сослали на передовую.

В 43-м следственная группа, изучавшая финансовые злоупотребления в Бухенвальде, столкнулась с проблемой юрисдикции — чтоб допрашивать эсэсовсцев, нужен был дознаватель с эсэсовскими нашивками. Тут кто-то вспомнил про принципиального Моргена: того личной директивой Гиммлера вынули из танка под Минском, повысили до штурбманфюрера и бросили на чистку рядов.

Georg-Konrad-Morgen1.jpg

Морген сперва вцепился мертвой хваткой в коменданта Бухенвальда Коха (мужа популярной Ильзы), но дело быстро разрослось — расследование длилось 18 месяцев, в качестве фигурантов в нем возникли комендант Собибора Глобочник, будущий герой «Списка Шиндлера» Амон Гёт и еще около двухсот офицеров СС.

Моргену, понятно, угрожали, давили через начальство, пытались лишить полномочий; в какой-то момент его полевой офис в Аушвице сгорел, свидетели умирали от несварения и проч. В 44-м — видимо, в качестве последнего китайского предупреждения — пропал его помощник гауптштурмфюрер Путч, работавший по делу Гёта.

В итоге Морген с третьей попытки добился ареста и смертного приговора для Коха — за убийство по личным мотивам 2-х заключенных (еще два случая доказать не удалось). Глобочника еще раньше убрали из системы лагерей на повышение — ловить партизан на Адриатике, где тот спился, дезертировал и покончил с собой. Гёта зимой 45-го сняли с должности и от греха подальше засунули в сумасшедший дом, там его через пару месяцев приняли американцы. В общей сложности Морген арестовал и отправил под суд 5 лагерных комендантов и полсотни человек рангом пониже.

В Нюрнбрерге Моргена несколько раз вызывали свидетелем защиты, в том числе — на важном процессе по признанию СС преступной организацией. Там английский судья спросил Моргена не кажется ли тому абсурдной идея расследования 4-х убийств и кражи вещей, учитывая, что совершены они были в лагере смерти.

Морген ответил, что когда в 1943-м комендант люблинского лагеря смерти Вирт сказал ему, что уничтожает евреев, он, конечно, решил, что Вирт сочиняет, чтоб отвлечь внимание от нарушений устава и странностей в бухгалтерии. Убедившись, что это не выдумка и не солдатский юмор, Морген квалифицировал происходящее, как преступление на государственном уровне, но так как служебные полномочия не позволяли ему арестовать Гитлера, решил продолжить работу в рамках возможностей.

Остаток жизни Морген проработал юристом в родном Франкфурте, умер в 1982-м. Его нюрнбергские показания (особенно фрагмент про то, что в Бухенвальде было очень нарядно и чистенько), любят цитировать отрицатели Холокоста, как доказательство того, что с законностью в Рейхе на самом деле было ок.

Источники: The Trial of German Major War Criminals, Case for SS, Session 197, August 7, 1946; Herlinde Pauer-Studer, J. David Velleman “The Conscience of a Nazi Judge”.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Морген,_Георг_Конрад
 
Roddie Waring Edmonds
мастер-сержант 442-го пехотного полка армии США, удостоенный звания "Праведник мира" за спасение евреев в "Штатлаг 9А".

Master_Sgt_Roddie_W._Edmonds-WWII.jpg

27 января 1945 года немецкий комендант лагеря майор Зигман приказал всем евреям-военнопленным сообщить о своём происхождении. Будучи старшим по званию унтер-офицером в американской части лагеря, Эдмондс знал, что нацисты уничтожают евреев, и понимал, что его сослуживцам грозит смертельная опасность. На следующее утро он приказал всем своим людям, независимо от того являются ли они евреями, сделать шаг вперед и выйти из строя. Увидев, что около тысячи заключенных демонстративно стоят в одном ряду перед казармами, майор Зигман заявил, что «они все не могут быть евреями!», на что Эдмондс ответил: «мы все евреи». Тогда комендант приставил пистолет к голове Эдмондса, требуя выдачи евреев, однако Эдмондс заявил, что «согласно Женевской конвенции, мы должны сообщить только своё имя, звание и личный номер. Если вы убьёте меня, вам придётся убить всех нас, и после войны вас будут судить за военные преступления», после чего Зигман развернулся и ушёл.

В результате этой акции неповиновения Эдмондс спас более 200 еврейских американских солдат, которые до конца войны остались в плену вместе с другими военнослужащими.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Эдмондс,_Родди
 
Сверху Снизу