Поэзия

День назывался "первым сентября".
Детишки шли, поскольку - осень, в школу.
А немцы открывали полосатый
шлагбаум поляков. И с гуденьем танки,
как ногтем - шоколадную фольгу,
разгладили улан.
Достань стаканы
и выпьем водки за улан, стоящих
на первом месте в списке мертвецов,
как в классном списке.
Снова на ветру
шумят березы, и листва ложится,
как на оброненную конфедератку,
на кровлю дома, где детей не слышно.
И тучи с громыханием ползут,
минуя закатившиеся окна.

Иосиф Бродский
 
А дни любви - обыденные дни,
Обыденны минуты вдохновений -
Из тех же самых состоят мгновений,
Из той же ткани сотканы они.

Бесстрастны времена больших утрат,
Которые грозятся быть зловещи, -
Но в комнатах стоят все те же вещи
И близкие негромко говорят.

К молчанию приравнивая крик,
Приравнивая к таинству прозренье,
Не ведает, не знает удивленья -
Внутри, в средине, пуст - застывший миг.

И, видно, быт - сродни небытию,
Где в мякоти секунд мертвы приметы
И где хранят привычки и предметы
Невозмутимость вещую свою.

На этом неподвижном рубеже
Предчувствий голоса слабей и глуше,
И верится, любовь согреет душу, -
А между тем - не холодно душе.

На этой грани нет прочнее уз,
Чем повседневья властная истома,
И чудится, печаль еще бездонна, -
А на губах - ее негорький вкус,

И - ни причин, ни сил на волшебство -
Лишь "до" и "после", только "впредь" и "прежде":
Наивная восторженность надежды
И памяти бессильной хвастовство...

Игорь Хариф