военно-исторические зарисовки.

#1
3 апреля 1857 года Великобритания и Франция объявили войну Китаю, официально развязав так называемую Вторую опиумную войну, хотя фактически боевые действия начались еще в предыдущем году. Реальной причиной было желание английских наркоторговцев расширить свои привилегии в Китае, в частности, получить право на легальную торговлю опиумом по всей территории страны. После поражения Китая в Первой опиумной войне такую торговлю разрешили в нескольких приморских городах, но англичане хотели большего.
Ну а формальным поводом для войны стал арест китайскими властями 12 британских контрабандистов с торгового судна "Эрроу". И хотя китайцы в ответ на английскую ноту протеста выразили готовность отпустить задержанных, на решение Великобритании атаковать Китай это уже не повлияло. У французов тоже нашелся повод - в Китае казнили французского католического миссионера Огюста Шапделейна, обвиненного в шпионаже и подрывной деятельности.

В конце октября 1856 года, то есть за пять месяцев до объявления войны, английская эскадра подвергла бомбардировке город Гуанчжоу. В результате обстрела было сожжено пять тысяч домов и погибли тысячи мирных жителей. В декабре 1857 года Гуанчжоу был захвачен и разграблен англо-французским десантом. Оккупация города продолжалась четыре года.
В мае 1858 года англо-французские войска, почти не встречая отпора, захватили форты Дагу, где им досталось 248 орудий, и город Тяньцзинь в Северном Китае. В июне того же года китайская делегация заключила в Тяньцзине мирный договор, согласно которому иностранцы получали право свободно перемещаться по ранее закрытым для них районам Китая, еще 11 китайских городов объявлялись открытыми для внешней торговли, в том числе - опиумом, англо-французские суда могли беспрепятственно плавать по реке Янцзы, а кроме того, китайцы обязались выплатить обоим агрессорам контрибуцию - по восемь миллионов лян (160 тонн) серебра каждому.
Условия договора вызвали возмущение в Пекине. Под давлением патриотично настроенных чиновников и царедворцев император Сяньфэн отказался его подписывать. В ответ на это англо-французская эскадра в 1859 году снова подошла по реке Байхэ к оставленным союзниками фортам Дагу, но оказалось, что китайцы значительно усилили их укрепления, вновь установили пушки и перегородили реку железными цепями и вбитыми в дно сваями. В итоге повторный штурм фортов провалился. Потеряв более 400 человек и четыре паровые канонерки, союзники отступили.
Летом 1860 года англичане и французы, собрав значительные силы, предприняли третье вторжение в Северный Китай с целью заставить императора принять Тяньцзиньский договор. Объединенная эскадра насчитывала 173 боевых и транспортных корабля, силы десанта - 12300 англичан и 7600 французов. 21 августа после ожесточенного штурма левобережный форт Дагу был захвачен, а правобережный вывесил белый флаг. Союзникам это обошлось в 57 убитых и 340 раненых, китайцы потеряли убитыми и ранеными более 2000 человек.
На следующий день союзники вновь заняли Тяньцзинь и развернули наступление на Пекин. 21 сентября китайско-маньчжурские войска, прикрывавшие город, были разгромлены в сражении у моста Балицяо. Маньчжурскую конницу, пытавшуюся атаковать, союзники буквально смели картечью и ураганным огнем из винтовок. До рукопашной дело не дошло. В битве погибло трое французов, два англичанина и более 3000 китайцев. Примечательно, что китайская артиллерия тоже вела огонь, пока канониров не перебили снайперы, но ни один ее снаряд не долетел до противника.
До Пекина оставалось всего 60 километров, однако союзная армия, отягощенная огромными обозами с награбленным, только 6 октября вошла в город, из которого еще за неделю до этого бежал императорский двор. Первым делом союзники разграбили, а потом взорвали "в назидание" императорский летний дворец Юань Минь Юань.
Понимая, что дальнейшее сопротивление бесполезно, император 18 октября подписал Пекинский договор, условия которого были еще тяжелее, чем у Тяньцзиньского трактата, поскольку он дополнительно предусматривал передачу англичанам полуострова Коулун, объявление Тяньцзиня зоной свободной торговли и разрешение на вывоз иностранцами без согласования с местными властями китайских рабочих-кули.
Англичане и французы потеряли во Второй опиумной войне всего около 500 человек убитыми и 2300 ранеными. Потери китайской армии только убитыми составляли примерно 22000 человек без учета мирных жителей, которых вообще никто не считал. В этой связи нельзя не вспомнить, что закончившаяся несколькими годами ранее Крымская война, которую та же коалиция вела против России, обошлась ей более чем в 120 тысяч погибших. Контингент задействованных сил, не считая турок, превышал 600 тысяч, а результаты победы в этой войне были гораздо скромнее. До начала выдвижения Китая в ведущие мировые державы оставалось еще более 100 лет...


Карикатура из английского журнала "Панч" за 1860 год. Как говорится, без комментариев.


Еще один английский пропагандистский рисунок, изображающий "незаконное вторжение" китайских таможенников на судно контрабандистов "Эрроу". Примечательно, что на рисунке один из китайцев срывает британский флаг, хотя, по утверждению китайцев, "Эрроу" шел без флага.


Современная китайская диорама, изображающая оборону Гуанчжоу от англо-французской эскадры. Вдали виден горящий и тонущий корабль, однако в реале китайская береговая артиллерия не смогла нанести потерь нападавшим.


Подписание Тяньцзиньского трактата.

Китайские и монголо-маньчжурские солдаты времен Второй опиумной войны. Второй слева в первом ряду - офицер.


Китайский фитильный мушкет. Такие ружья состояли на вооружении пехоты империи Цин еще в середине 19 века. По уровню развития ручного огнестрельного оружия Китай отставал от Европы почти на три столетия.


Китайская полевая пушка эпохи Опиумных войн.


Обмундирование британских пехотинцев - участников войны с Китаем. Слева-направо: офицер - командир батальона, сержант на фоне одного из фортов Дагу и старший сержант с пленным китайцем. Автор этой картинки явно слабо разбирался в иероглифах.


Основное оружие английской пехоты - капсюльная дульнозарядная винтовка "Энфилд" образца 1853 года и та же винтовка образца 1857 года, переделанная под казенное заряжание.


Англичане и французы штурмуют форты Дагу. На правой картине изображена геройская смерть юного лейтенанта Чаплина, погибшего за право английских наркодилеров беспрепятственно травить китайцев опиумом.


Перестрелка китайского форта с англо-французской эскадрой глазами тогдашнего китайского живописца.


Одна из артиллерийских позиций форта Дагу после его захвата союзниками. Слева видны штурмовые лестницы.


Последствия битвы у моста Балицяо в изображении французского художника XIX века.


Китайские орудия на городской стене Пекина, захваченные англо-французскими войсками.


Башня бога литературы (библиотека) Летнего дворца китайских императоров за несколько дней до того как ее взорвали англо-французские интервенты.

 
#2
6 марта 1836 года мексиканская армия под командованием генерала Антонио Лопеса де Санта-Анны захватила техасский форт Аламо. Этот старый полуразрушенный форт обороняли 189 техасских ополченцев и американских добровольцев, сражавшихся за независимость англоязычного Техаса от испаноязычной Мексики. В армии Санта-Анны, отправленной на подавление "сепаратистского мятежа", было, по разным данным, от 2400 до 2500 солдат и офицеров.
Осада Аламо началась 23 февраля и продолжалась 13 дней. Все это время артиллерия почти непрерывно громила форт, однако у мексиканцев имелись только легкие полевые орудия, малоэффективные против каменных построек. Тем не менее, в конце концов стены форта рухнули в двух местах. Решив, что дальше держать осаду нет смысла, Санта-Анна послал своих солдат на приступ.

Техасские артиллеристы, у которых не было картечи, дали залп по наступавшим, набив свои пушки гвоздями, подковами, столовыми ножами и вилками, дверными петлями, в общем, любым железом, которое им удалось собрать. Этот залп скосил десятки солдат, но не остановил остальных. Обе стороны дрались отчаянно, мексиканцы пленных не брали, да техасцы и не пытались сдаваться, хотя соотношение сил не оставляло им никакой надежды. Каким-то чудом защитникам удалось отбить первый штурм, но уже через 15 минут Санта-Анна, чтобы не терять темпа и не давать врагу передышки, вновь скомандовал атаку.
Через проломы в стенах и с помощью лестниц мексиканцы под плотным ружейным огнем проникли во внутренний двор форта. Когда дело дошло до рукопашной, им на руку сыграло то, что у большинства их противников ружья не имели штыков. Техасцы пытались использовать свои мушкеты как дубины и драться ножами, но против разъяренных солдат регулярной армии, обученных штыковому бою, такие аргументы не действовали.
Сражение длилось ровно час: в 5.30 утра прозвучал первый сигнал к атаке, а в 6.30 стрельба и крики стихли. Все защитники форта были убиты, включая командира гарнизона полковника Уильяма Тревиса, его заместителя полковника Джеймса Боуи (в его честь взял свой псевдоним известный рок-певец Дэвид Боуи, настоящая фамилия которого Джонс), а также легендарного американского путешественника, следопыта и охотника Дэви Крокетта. В живых остались только женщины, дети, двое слуг - негров и солдат-мексиканец, которого техасцы держали в плену.
Хотя данные о потерях мексиканцев сильно варьируются, все историки сходятся на том, что захват форта обошелся им очень недешево. По минимальной оценке (официальный рапорт Санта-Анны) они потеряли 70 человек убитыми и 300 - ранеными. По максимальной - свыше 200 убитыми и более 400 ранеными. Эти потери серьезно ослабили мексиканскую армию, но Санта-Анна был уверен, что остальные повстанцы, узнав о трагичной судьбе гарнизона Аламо, испугаются и сложат оружие или убегут в США. Однако он ошибся, техасцы не испугались и вскоре жестоко отомстили ему за своих погибших.


Современная реконструкция форта Аламо в том виде, как он выглядел на момент начала осады. В правом верхнем углу - руины церкви, среди которых погибли его последние защитники.


Полковник Тревис проводит смотр своего войска. Слева за стенами форта виден кавалерийский авангард армии Санта-Анны.


Типажи техасских повстанцев: 1 - доброволец-охотник из Алабамы, 2 - "серый" ополченец из Нового Орлеана, 3 - бывший военнослужащий армии США. На правом рисунке - ополченец из отряда "Кровавый меч" капитана Уильяма Брауна и знамя этого отряда с надписью "независимость".


Слева - солдаты различных батальонов мексиканской армии генерала Санта-Анны, а справа - сам генерал в парадном мундире.


Оружие техасских повстанцев. Сверху вниз - английское кремневое ружье Баркера, капсюльная охотничья винтовка и кремневый карабин "Браун Бесс".


Пушка техасцев на изящном самодельном лафете.


"Фирменное" холодное оружие техасцев - нож Боуи, названный так по фамилии своего изобретателя - полковника Джеймса Боуи, погибшего при штурме Аламо.


Защитники Аламо ведут огонь по наступающим мексиканским войскам.


Кульминация битвы: мексиканцы прорвались в форт и вступили в рукопашную схватку. Человек, замахнувшийся ружьем на офицера с саблей, - Дэви Крокетт. На картине он выглядит довольно молодо, хотя в тот момент ему было уже 49 лет.


Современный вид Аламо. Бревенчатое заграждение на переднем плане - новодел, сооруженный для съемок художественного фильма про оборону форта.
 
#3


На снимке - воины суданского племени хадендоуа, что переводится как "дети львов". Этот народ вместе с другими суданскими племенами более 30 лет противостоял Британской империи, стремившейся покорить их страну. Англичане за характерные прически прозвали хадендоуа "фуззи-вуззи", то есть "кудряшками" или "волосатиками".
24 ноября 1899 года у городка Умм Дивайкарат состоялось последнее крупное сражение англо-суданской войны, в котором английские войска под командованием полковника Реджинальда Уингейта разбили суданских ополченцев, возглавляемых халифом Аблдаллой ибн Мухаммедом.
У Абдаллы было примерно десять тысяч воинов, у Уингейта - около восьми тысяч британских и колониальных солдат. Но англичане имели магазинные винтовки, картечницы Гатлинга и пулеметы Максима, а суданцы - мечи, щиты и копья. Только у некоторых из них были фитильные и кремневые карамультуки.

Тем не менее, халиф решил атаковать. Под грохот барабанов и громкие воинственные крики суданцы устремились на врага, но были сметены пулеметным огнем. Лишь немногим удалось приблизиться на дальность эффективного выстрела из кремневых ружей, а до английских позиций не добежал никто. Разгром суданцев довершила британская кавалерия. В битве погибло не менее тысячи суданцев, в том числе и сам халиф Абдалла, еще около трех тысяч попало в плен. Англичане потеряли трех человек убитыми и 23 - ранеными.
После этого сражения суданцы перешли к партизанской борьбе и оказывали сопротивление захватчикам еще много лет. Полный контроль над их страной англичане установили только в 1916 году.




Суданцы атакуют. Эти образы можно было бы отнести к шестнадцатому или семнадцатому векам, но они относятся к концу девятнадцатого, когда в Европе уже ездили на метро, пользовались электрическим освещением и телефонной связью.


Традиционный суданский меч каскара. Некоторые историки считают, что такие мечи начали делать в Северной Африке под влиянием крестоносцев.


Британские артиллеристы в Судане с митральезами Гатлинга.


Английская пулеметная батарея, участвовавшая в сражении при Умм Дивайкарате.


Одна из английских канонерок, поддерживавших огнем действия британских войск у берегов Нила.


Британские солдаты - участники войны против Судана. Слева - лейтенант кавалерии с Маузером и рядовой Сигнального корпуса возле гелиографа, справа - риссальдар 10-го Бенгальского конного полка и солдат 2-го батальона шотландских хайлендеров. Обратите внимание на накладную плетеную "юбку" к тропическому пробковому шлему и на кольчужные "погоны", защищавшие плечи от сабельных ударов.

Сержант 1-го батальона Нортхэмпширского пехотного полка, рядовой Бомбейского саперного батальона и двое кавалеристов.


Суданские воины - дервиши. В память о своем духовном лидере - имаме Махди, который проповедовал нестяжательство и всегда ходил в заплатанной одежде, они носили на рубахах большие и яркие фальшивые заплаты, причем цвет заплат означал принадлежность к тому или иному подразделению. В центре левого рисунка изображена командирская нагрудная нашивка, которую носит негр-копейщик.


Слева - воин хадендоуа и всадник на верблюде с бросковыми копьями. Оба украшены "заплатами" дервишей.
Справа - знатный конный воин в полных доспехах и пехотинец одного из суданских племен.


Финал битвы при Умм Дивайкарате.


Слева - захваченный в плен под Дивайкаратом эмир Махмуд Ахмад в окружении английской колониальной пехоты.
Справа - суданский воин-дервиш конца XIX века в полном "обмундировании" с копьем, дротиками и мечом-каскарой.
 

Олег Грановский

Модератор
Команда форума
#4
Карикатура из английского журнала "Панч" за 1860 год. Как говорится, без комментариев.
У меня есть комментарий. Кистень обычно имел 1 шар да ещё и с шипами. Бывало конечно и 2, и 3 - но опять же с шипами. А на картинке - без, да и шары великоваты.

Скорее всего художник просто ламмер в оружии, но может есть скрытый смысл: дело в том, что опиум поставляли на продажу в виде шаров, промерно такого размера, как на картинке. Если так, то картинка говорит "Европа опиумом по Китаю."
 
#5
21 июля 1861 года у речушки Булл Ран состоялось первое сражение американской гражданской войны. Незадолго до этого федеральная армия под командованием 42-летнего генерала Макдауэлла вторглась в штат Вирджиния и начала наступление на Ричмонд, столицу мятежной Конфедерации южных штатов. Южане встретили ее, заняв оборону на холмах у Булл Рана.


Полевые укрепления конфедератов в Вирджинии.

Численность обеих армий была примерно равной - у Макдауэлла - 35 тысяч человек, а у южан - около 33 тысяч. Но непосредственно в бою участвовало примерно по 18 тысяч с каждой стороны, остальные просто не успели добраться до места битвы, прежде чем она закончилась.
Макдауэлл очень спешил дать бой, поскольку большинство в его армии составляли наемники, заключившие в начале войны контракт всего на три месяца (правительство США поначалу было уверено, что ему удастся быстро подавить мятеж), а к концу июля срок их контракта истекал. Кадровых солдат и офицеров, а также тех, кто поступил в армию по идейным соображением, чтобы бороться за восстановление единства страны, было относительно немного, и это далеко не лучшим образом сказывалось на моральном состоянии армии Севера. Южане, напротив, были хорошо мотивированы, поскольку они считали, что воюют за свободу и независимость.


Понтонный мост, наведенный северянами через Булл Ран.

Сражение началось утром, когда северяне форсировали реку и атаковали южан на холме Мэтьюз, но атака была отбита. Затем федералы еще трижды штурмовали холм, постепенно наращивая силы, но каждый раз их отбрасывали орудийными и ружейными залпами. Однако примерно к полудню бригаде северян под командованием полковника Шермана удалось зайти с фланга и заставить противника отступить.
Макдауэлл уже торжествовал победу, но южане, откатившись на километр, закрепились на следующем холме Генри. В этот момент к ним на подмогу пришла бригада генерала Джексона. Северянам пришлось начинать все заново. Полки и бригады пять раз ходили на приступ холма Генри, но ни одна из атак не увенчалась успехом. Южане дрались отчаянно, бросаясь в штыки, когда враг вплотную приближался к их позициям. За этот бой Джексон получил прозвище Стоунуолл - "каменная стена".
К двум часам дня командующий армии Юга генерал Борегар понял, что противник выдыхается. Приказав своим солдатам "Орите как бешеные!" он бросил их в контратаку. Одновременно кавалерия южан атаковала и захватила вражеские артиллерийские батареи. Не выдержав мощного натиска, северяне после короткой рукопашной схватки обратились в бегство. Южане были слишком утомлены многочасовым боем и не преследовали их, только это спасло федеральные войска от полного уничтожения.


Схема битвы при Булл Ране, которое южане называли сражением при Манассасе по названию близлежащего городка. Красным и малиновым цветом отмечены конфедераты, синим и голубым - юнионисты.

Тем не менее, к вечеру 21 июля армия Макдауэлла, полностью утратила боеспособность. Генерал с ближайшей телеграфной станции отбил паническую телеграмму: "Сражение проиграно, остановить бегущих не удается, спасайте Вашингтон". Однако в планы южан не входил перенос войны на вражескую территорию. Они решили ограничиться защитой собственных земель, надеясь, что янки, получив хороший урок, откажутся от продолжения войны. Но они недооценили упорства северян, которые воевали еще почти четыре года и в конце концов "додавили" мятежников...
Северяне потеряли при Булл Ране 460 человек убитыми, 1124 - ранеными и 1312 - пленными. Кроме того они лишились 28 орудий и более 5000 ружей. Это говорит о том, что многие солдаты побросали свое оружие при отступлении. У южан было убито 387 человек, ранено - 1582, 13 солдат пропали без вести.


Солдаты армии Севера в обмундировании времен сражения при Булл Ран. Слева - направо: "ирландские зуавы", капрал нью-йоркской милиции, волонтер из штата Род-Айленд. В начале гражданской войны армия США представляла собой довольно пестрое зрелище. Единой униформы не существовало, буквально все полки и даже батальоны имели собственные мундиры разнообразных фасонов и цветов. Правда, большинство из них в той или иной мере копировало тогдашнюю французскую форму с ее характерными кепи.


Армия Юга выглядела более единообразно, большинство солдат и офицеров носило однотонные серые мундиры, хотя иногда встречались синие и даже красные. Слева - кавалеристы из Северной Каролины, справа - генерал Джексон со своим адъютантом и солдаты одного из пехотных полков. Как и северяне, они носят кепи.


Атака северян на холм Генри, рисунок нью-йоркского из журнала "Харперс Мэгэзин" за 1861 год.


Контратака южан. Заметьте, что тогдашнее знамя Конфедерации было похоже на флаг США, только количество красных и белых полос на нем гораздо меньше. В боях это сходство порой вызывало путаницу вплоть до стрельбы по своим. Знаменитый флаг конфедератов с синим Андреевским крестом на красном фоне, который почему-то любят современные байкеры, появился позже.


Федералы под зеленым знаменем "ирландских зуавов" пытаются отразить контратаку конфедератов. Обращает на себя внимание яркое разноцветье мундиров. Видно, что в бою перемешались солдаты из разных частей и подразделений.


Конница южан лихим сабельным ударом обращает в бегство "зуавов Нью-Йорка", носивших красные рубахи и фески с кистями.


Бегство северян-артиллеристов, бросивших свои орудия. Справа вверху видна атакующая с фланга кавалерия южан.


Палатка генерала Джексона на холме Генри рядом с руинами разрушенной артогнем северян усадьбы вдовы Генри, из-за которой холм получил свое название.


Отступление федеральной армии из Вирджинии.


Памятник погибшим в сражении при Булл Ране, возведенный по окончании гражданской войны.


Одна из археологических находок на месте битвы - револьвер "Ремингтон".
 
#6


160 лет назад, 25 октября 1854 года (13 октября по старому стилю) состоялась Балаклавская битва - единственное полевое сражение англо-французской и российской армий в Крымской войне, в котором российские потери оказались значительно меньшими, чем у противника. Однако, несмотря на это, назвать его нашей победой нельзя, поскольку в итоге русская армия отступила, так и не достигнув своей главной цели - лагерей союзников под Балаклавой.
На Западе это сражение известно, в основном, благодаря самоубийственной атаке легкой кавалерийской бригады лорда Кардигана на русские позиции с целью отбить захваченные перед этим 10 английских пушек. Сдача врагу артиллерии считалась позором, поэтому британский главнокомандующий генерал Раглан приказал Кардигану немедленно вернуть орудия во что бы то ни стало, хотя его предупреждали, что риск слишком велик, а успех весьма сомнителен.
Англичане атаковали вдоль долины, которая насквозь простреливалась русскими с трех сторон. Несмотря на большие потери, им удалось достичь артиллерийских позиций и даже на короткое время вернуть пушки, но конники генерала Рыжова нанесли контрудар и после ожесточенной схватки обратили противника в бегство. Отступать британцам пришлось по той же долине, вновь проскакав ее из конца в конец под ураганным огнем.
Авантюра Раглана обошлась им в 118 солдат и офицеров убитыми, 113 - ранеными и 58 - пленными. Наблюдавший за атакой французский генерал Боске сказал: "Великолепно, но так не воюют. Это было безумие".

Всего же союзники потеряли 305 человек убитыми (122 англичанина, 13 французов и 170 турок), 496 - ранеными и более 150 - пленными. Наши потери - 131 убитый, 481 раненый и 15 пропавших без вести.
К сожалению, несмотря на успешное отражение атаки, захват редутов и значительный численный перевес российской армии (примерно 15 тысяч человек против четырех с половиной тысяч) командовавший ею генерал Липранди не довел дело до полной победы, приказав войскам остановиться на Федюхиных высотах и у села Комары, а в дальнейшем отвел их за Черную речку, тем самым сведя на нет результаты сражения. Возможно, он опасался, что к врагу подойдут подкрепления и отрежут его армию от Севастополя.
Скрыть или затушевать разгром бригады Кардигана было невозможно, так как она являлась элитным соединением и в ней одномоментно погибли десятки отпрысков благородных семейств. Однако пропаганда сумела представить произошедшее как великий подвиг и триумф британского духа, акцентируя внимание не на самодурстве Раглана и бездарном планировании атаки, а на мужестве, отваге и самопожертвовании кавалеристов.
Такое восприятие Балаклавской битвы сохранялось в английском обществе довольно долго, однако в середине ХХ века оно начало меняться, о чем свидетельствует едко-сатирический фильм "Атака легкой бригады", снятый в 1968 году режиссером Тони Ричардсоном по сценарию Чарльза Вуда и Джона Осборна. Атака Кардигана там показана как абсолютная бессмыслица и трагифарс, а британские генералы - как кичливые фанфароны, без колебаний отправляющие людей на смерть ради показухи и личных амбиций.


Карта-схема Балаклавского сражения.


Английский палаточный лагерь под Балаклавой, до которого русская армия так и не добралась.


"Тонкая красная линия" - шотландские гвардейцы генерала Кэмпбелла отражают атаку русской кавалерии у Кадыкиоя. Картина Роберта Гибба.


Так выглядела атака легкой бригады со стороны русских позиций. Видно, что англичане атакуют в "огневом мешке", под обстрелом с фронта и с обоих флангов, а в левом нижнем углу русская кавалерия концентрируется для контратаки.


Англичане отбивают пушки, чтобы через несколько минут снова их потерять. Впереди на лихом коне и в ярко-красных рейтузах - сам лорд Кардиган, которому посчастливилось выжить в этом побоище.


Возвращение уцелевших солдат легкой бригады. Картина английской художницы-баталистки Элизабет Томсон-Батлер.


Офицеры бригады Кардигана, пережившие Балаклавскую баталию.


Еще трое английских кавалеристов - участников сражения.

Ну и в дополнение, как обычно, - образцы оружия и униформы противоборствующих сторон.

Дульнозарядная капсюльная винтовка "Энфилд" образца 1853 года - основное оружие британской пехоты в Балаклавском бою.


Русское гладкоствольное пехотное ружье образца 1847 года и нарезной карабин-штуцер.


Английские пехотинцы и кавалеристы в обмундировании времен Крымской войны.


Русская пехота и кавалерия, защищавшая Крым в 1854 году.
Слева направо: унтер-офицер 33-го Московского полка, гренадер 24-го Днепровского полка, подполковник 9-го Архангелогородского полка, штабс-капитан 32-го Казанского егерского полка, рядовой 34-го Тарутинского егерского полка и фельдфебель 23-го Украинского егерского полка.


Барабанщик 32-го Суздальского полка, барабанщик 19-го Томского егерского полка, трубач 4-го отдельного стрелкового батальона, подпоручик 1-го Московского драгунского полка, рядовой 2-го сборного уланского полка и майор 10-го резервного эскадрона одесских улан.
 
#7
Пожалуй, из всех военных конфликтов, в которых участвовал СССР за свою почти 70-летнюю историю, советско-маньчжурский инцидент 1929 года наилучшим образом подходит под вынесенную в заголовок предвоенную доктрину РККА, рухнувшую 22 июня 1941-го. Даже в скоротечном польском походе, который на фоне последовавших за ним Советско-финской и Великой Отечественной войн, считался у нас почти бескровным, погибло в несколько раз больше советских солдат, чем в продолжавшейся почти три месяца необъявленной войне с Маньчжурией за контроль над проходящей по ее территории Китайско-Восточной железной дорогой (КВЖД).

Как известно, КВЖД была построена Российской империей на китайской территории в 1897-1903 годах, чтобы кратчайшим путем соединить центральную часть страны с Дальним Востоком. Она считалась российской собственностью, обслуживали и охраняли ее русские. По Мукденскому соглашению от 20 сентября 1924 г. дорога получила статус совместного советско-китайского предприятия.
Но 10 июля 1929 года войска губернатора Маньчжурии Чжана Сюэляна, который фактически царствовал в этой провинции и не подчинялся центральному правительству Китая, захватили КВЖД, взяв в заложники около 200 советских рабочих и служащих.
Попытки советского руководства уладить конфликт дипломатическим путем ни к чему не привели и СССР начал готовиться к военному решению проблемы. Вдоль советско-маньчжурской границы разместилась сформированная по приказу от 6 августа 1929 г. Особая Дальневосточная армия (ОДВА) под командованием В.К Блюхера. Кроме "традиционных" родов войск - пехоты, кавалерии и артиллерии, в нее входили танки и боевая авиация. В дополнение к трем авиаотрядам в Чите, Спасске и Хабаровске из европейской части страны перебросили еще три эскадрильи.
ОДВА разделили на две группы - Приморскую и Забайкальскую. По плану они наносили удары навстречу друг другу вдоль линии КВЖД. Приморская группа должна была взаимодействовать с Амурской военной флотилией, которой предстояло двигаться по реке Сунгари. Каждой группе выделили для поддержки авиацию. Приморской группе придали 19-й отдельный авиаотряд "Дальневосточный ультиматум", 5-ю истребительную и 40-ю эскадрильи. Забайкальской группе достались 6-й и 25-й отдельные авиаотряды, а также 26-я эскадрилья. У Амурской флотилии имелся 68-й отдельный речной авиаотряд, стоявший в Хабаровске.
Почти все авиачасти были вооружены советскими двухместными многоцелевыми бипланами Р-1 в колесном или поплавковом вариантах (МР-1), только 5-я аэ летала на голландских истребителях "Фоккер" С.XI. Партию таких машин приобрели в Нидерландах в 1923 году. На Дальнем Востоке их имелось 13 штук, причем все они были порядком изношены.
"Сухопутных" Р-1 в ОДВА имелось 68 штук, а "водоплавающих" - 10. Пять из них базировались на гидроавиатранспорте "Амур" - несамоходной барже с ангаром, небольшой авиаремонтной мастерской и казармой для личного состава.


Гидроавиатранспорт "Амур", переоборудованный в 1928 году из списанной канонерской лодки "Вихрь".

Китайцы могли противопоставить этому несколько десятков зенитных пушек, пулеметы и кое-какую авиацию. Отец Чжан Сюэляна, бывший диктатор Маньчжурии Чжан Цзолинь сумел создать в своей вотчине довольно приличные, по китайским меркам, военно-воздушные силы. У него имелось около 30 самолетов английского и французского производства. После гибели Чжан Цзолиня в теракте, организованном советскими спецслужбами, эти ВВС достались по наследству его сыну, который, кстати, сам имел летное образование.
По оценкам советской разведки, в зоне будущих военных действий на двух аэродромах находились примерно 15 самолетов противника, в основном одномоторных французских бипланов "Бреге-14", "Бреге-19" и "Потэз-25".



В августе 1929 года советская авиация начала интенсивную воздушную разведку над территорнией Маньчжурии, выявляя состояние дорожной сети, расположение гарнизонов и оборонительных сооружений. Границу разбили на два участка: к югу от копей Мут работал 19-й отряд, к северу - 40-я эскадрилья. По самолетам иногда стреляли из винтовок, но неорганизованно и неточно.
В результате к началу советского наступления у командования ОДВА имелись достаточно достоверные сведения о сосредоточении группировок китайских войск, пропускной способности дорог и уточненные карты местности. По всем выявленным оборонительным рубежам и укреплениям подготовили схемы и фотопланшеты.
У 68-го отряда была задача - вести разведку в интересах Амурской флотилии. Гидропланы уточняли карты проток и положение судоходных фарватеров, отслеживали нахождение кораблей и судов в портах. Сунгарийская флотилия китайцев состояла из нескольких канонерок германской и японской постройки, вооруженных колесных пароходов (бывших русских буксиров, угнанных в свое время белогвардейцами) и баржи-плавбатареи "Дун-И".



На этой стадии советское руководство, видимо, еще сохраняло надежду на мирное урегулирование конфликта. Наркомат иностранных дел бомбардировал китайцев нотами. Военные тоже вносили свою лепту. Интенсивная воздушная разведка над китайской территорией рассматривалась и как своего рода демонстрация силы. Эту же цель отчасти преследовали и систематические упражнения в бомбометании на полигонах рядом с границей. Таким способом "убивали двух зайцев" - и китайцев устрашали, и повышали боевую готовность.
Но надежды на бескровный возврат КВЖД и освобождение заложников не оправдались. ОДВА и Амурская флотилия приготовились наступать. Наконец, решение было принято. 8 сентября 1929 г. советские войска перешли границу и атаковали станцию Пограничная. Пехоту и кавалерию поддерживал 19-й авиаотряд. Он совершил два налета на оборонительные рубежи китайцев и саму станцию. Первый вылет, рано утром, совершили пять Р-1. Две машины обстреливали и бомбили укрепления, три - нанесли удар по составам на путях. К вечеру налет повторили; на этот раз на бомбометание вылетели два звена по три самолета. В связи с отсутствием у противника средств ПВО экипажи работали с высоты 600 - 700 м. Всего сбросили 43 бомбы; у Пограничной впервые применили новые 82-килограммовые фугасные бомбы АФ-82. В отчете ВВС ОДВА написано, что они "полностью оправдали себя, как мощное средство разрушения".


Гидросамолет МР-1 возле ангара.

Действительно, согласно тому же отчету, летчиками были "до основания" разрушены здания станции, телеграфа, билетной кассы и военной комендатуры. На путях они разбили и подожгли состав из десяти вагонов, повредили бронепоезд и личный вагон командующего китайским гарнизоном.
Следующий удар нанесла Амурская флотилия. Крупные силы противника сосредотачивались у города Лахасусу в устье Сунгари. Вдоль берега были отрыты окопы, в порту стояли корабли Сунгарийской флотилии, на берегах размещались артбатареи. С укреплениями начальник штаба ОДВА Лапин ознакомился лично, совершив над ними полет в задней кабине Р-1. Такие же ознакомительные полеты совершили командующий флотилией Озолин и начальник штаба 2-й дивизии.
12 октября 40-я эскадрилья в составе 15 самолетов атаковала китайские корабли, сбросив на них бомбыи АФ-82, АФ-32 и АФ-16.
Через несколько минут по Лахасусу открыли огонь мониторы и канонерки Амурской флотилии. Совместными усилиями была уничтожена китайская канонерская лодка, три вооруженных парохода (в том числе один - только авиацией) и серьезно повреждена плавбатарея "Дун-И", впоследствии захваченная советским десантом.


Гидропланы 68-го речного авиаотряда на берегу Амура.

Пока моряки расстреливали вражеские корабли и береговые батареи, самолеты отправили преследовать суда, уходившие вверх по реке. Команду одиного из пароходов при обстреле из пулеметов с высоты всего 20-30 метров охватила паника, матросы начали прыгать в воду, а рулевой выбросил судно на берег.
Вскоре Лахасусу был захвачен моряками и высаженными флотилией частями 2-й Приамурской стрелковой дивизии. Комендант гарнизона вместе с сотней своих подчиненных сдался в плен. Красноармейцы захватили 12 орудий и 15 пулеметов, четыре баржи и два катера.
Потерь в этой операции советская авиация не имела, только три самолета получили пулевые пробоины.
Потеряв Лахасусу, китайцы попытались перекрыть реку Сунгари, чтобы воспрепятствовать дальнейшему продвижению советской флотилии. Буксиры начали подгонять баржи, груженые камнем, которые затем топили на фарватере. Авиации поставили задачу не дать закончить эту работу. 30 октября на бомбардировку буксиров и барж вылетели восемь МР-1.
Гидропланы встретил сильный зенитный огонь с канонерской лодки "Киан-Хен", поэтому первый удар советские летчики нанесли по ней. Канонерка получила прямое попадание среднюю часть корпуса. Взрыв пробил днище, началось поступление воды, с которым не справлялись отливные насосы. Капитан поспешил отвести корабль в тыл, но через некоторое время "Киан-Хен" лег на грунт.
Затем летчики переключили свое внимание на буксиры и баржи, затопив один пароход и заставив еще один выброситься на мель. Заграждение осталось незавершенным.
Через проход у левого берега проследовали корабли Амурской флотилии с двумя полками пехоты. Утром 31 октября они появились у городаа Фугдин. Высадку десанта предварила бомбардировка города гидропланами 68-го отряда. От взрывов загорелись склады, тюрьма и полицейское управление. Один из самолетов обнаружил обоз и сбросил на него бомбы, уничтожив несколько повозок. Другой экипаж атаковал отряд кавалерии примерно в 300 сабель и разогнал его осколочными бомбами и пулеметным огнем. В порту летчики потопили вооруженный пароход.
В этот же день советские ВВС понесли первую потерю. Возвращаясь из Фугдина, пилот Ветров обратил внимание на перегрев двигателя. Оказалось, что течет пробитый пулей радиатор. Пришлось садиться в гавани Лахасусу, не дотянув несколько километров до плавбазы. При посадке поплавки попали на отмель и самолет скапотировал. Летчики выпали из кабины в ледяную воду. К счастью, рядом проплывал монитор "Ленин", команда которого спасла экипаж, но разбитый гидроплан пришлось списать.


Личный состав 68-го речного авиаотряда, принимавший участие в боях с "белокитайцами". В центре, в фуражке и кителе с тремя галунами на рукаве - командир отряда Эдуард Лухт.

Корабли Амурской флотилии успешно высадили десант в Лахасусу. Утром 1 ноября противник капитулировал. Самолеты 68-го отряда с плавбазы "Амур" отправили на разведку. Назад вернулись все машины, кроме одной. На долю ее экипажа выпало немало приключений.
Пилот Пузанов с летнабом Кобусовым получили задание сфотографировать полузатонувший на мелководье "Киан-Хен". Взлет прошел тяжело - поплавки обледенели, вес возрос, и самолет с трудом оторвался от воды. Пузанов решил спрямить дорогу и пошел не по реке, а по кратчайшему пути - над сушей. Вдруг мотор стал перегреваться, но садиться было некуда - внизу заснеженная степь. Кончилось тем, что самолет приземлился (именно приземлился - на поплавках!) возле китайской деревни Киделя.
Экипаж пешком вышел к реке и стал ждать - не проплывет ли мимо советское судно. Ночью появился буксир, тащивший плавбазу "Амур". Авиаторы начали палить из наганов, чтобы привлечь к себе внимание, но с кораблей их так и не заметили. Лишь на следующий день неудачников подобрал буксир "Коммунист".
На этом неприятности не кончились. На вражеской территории бросили боевой самолет! Летчикам пришлось вернуться к месту посадки с моряками из команды буксира. Аэроплан вскоре нашли, но оказалось, что с него кто-то уже снял курсовой пулемет, просто вырубив топором кусок деревянного лафета, а заодно "свистнул" из кабины часы и компас. Поскольку вручную дотащить гидроплан до воды было невозможно, авиаторам оставалось только забрать фотоаппарат, турельный пулемет и сжечь машину. Пузанов и Кобусов потом еще долго писали объяснительные о том, как они утратили ценное казенное имущество...
После взятия Фугдина кампания на Сунгари завершилась, поскольку начавшийся ледостав заблокировал реку гораздо более надежно, чем китайские заслоны. 6 ноября Амурская флотилия вернулась на базу.
 
#8


Забайкальская группа войск была значительно мощнее Приморской. Она включала три стрелковые дивизии, кавалерийскую бригаду и ряд других частей и подразделений. Силы противника тоже были значительнее.
Подчиненные группе 26-ю эскадрилью, 25-й и 6-й отряды (всего 31 самолет) разместили на аэродроме Даурия. Там уже стояла настоящая зима. Вылетевший из Читы 6-й отряд под командованием Маслюженко перед посадкой обнаружил, что внизу - толстый слой снега. Но вылетали машины на колесах! Положение спас командир стоявшей рядом 5-й Кубанской бригады К.К. Рокоссовский, который спешно выгнал на летное поле два кавалерийских полка. Лошади копытами утоптали площадку, и все шесть самолетов благополучно сели.
Место оказалось "не очень". Воду и дрова доставляли по железной дороге, условия жизни личного состава были, мягко говоря, спартанские. Горючего для самолетов завезли в расчете на три дня боев, бомб и патронов - на неделю. Аэродром находился в 75 км от штаба группы, с которым наладили телеграфную связь, и в 80 км от линии фронта.


Командующий ОДВА В.К. Блюхер и один из его "орлов" - летчик-богатырь с бомбами весом 82 и 32 кг.


Р-1 летчика Н.А. Соколова из отряда "Дальневосточный ультиматум". Самолет построен на пожертвования рабочих и служащих Амурской области.


Экипаж Н.А. Соколова с техником и мотористом. На борту виден синхронный пулемет "Виккерс", а на турели у летнаба - "Льюис" в авиационном исполнении.

21-я дивизия должна была блокировать гарнизон станции Маньчжурия, 36-я, поддержанная танковой ротой, наносила удар с севера между Маньчжурией и Чжайланором (Далайнором), отсекая друг от друга две китайские бригады. 35-я дивизия шла на Чжайланор и одновременно отрезала противнику пути отхода на Хайлар. Тем временем Приморская группа должна была возобновить наступление и взять город Мишаньфу.
17 ноября началось наступление. Целями для бомбометания стали укрепления близ Чжайланора, крепость Либенсян, военный городок и радиостанция. После авианалета и артподготовки части ОДВА пошли вперед. Десять танков МС-1 прорвали оборону китайцев и ушли вперед, перерезав железную дорогу между станцией Маньчжурия и Чжайланором. Там их догнала наша пехота. В другом месте к дороге вышла 5-я кавалерийская бригада и захватила эшелон. К утру Манчжурия и Чжайланор попали в окружение.
На следующий день авиация продолжила нанесение ударов по Манчжурии, Чжайланору и станции Цаган, где сосредотачивались резервы китайцев. Работу летчиков осложняла низкая облачность, порой приходилось снижаться до 40-50 метров.
Одна из бомбардировок обернулась конфузом. Три экипажа, летавшие на разведку, сообщили, что видели у станции Ваньтунь колонну войск численностью до двух дивизий. Срочно подняли в воздух шесть Р-1 с бомбами. Они нашли цель: внизу действительно двигалась длинная серая лента. Экипажи произвели бомбометание с высоты 1200 м и "добились хороших попаданий". Затем следовало проштурмовать колонну пулеметами, но, снизившись, летчики обнаружили, что под ними не китайские солдаты, а огромное стадо овец, которых монголы угоняли из района военных действий. Оправдываясь, экипажи потом говорили, что с высоты бараны и овцы очень похожи на китайцев в защитной форме.
А вот настоящую опасность из-за погоды чуть не проворонили. Китайцы сосредоточились под Чжайланором, собираясь пойти на прорыв из окружения. Наконец, их заметили и несколько самолетов поднялись для преследования уходящей пехоты. Один отряд пытался уйти в восточном направлении. Пилот Чайкин, возвращаясь с разведки, обнаружил его и пулеметным огнем пригнал прямо к цепи "мототачанок" - грузовиков АМО Ф-15 с пулеметами в кузовах, которые устроили китайцам горячий прием.
19 ноября погода еще более ухудшилась. Лишь отдельные, самые опытные, экипажи отправлялись на разведку. Зато над Чжайланором впервые появился китайский самолет. Он сбросил вымпел с запиской, который упал на позициях красноармейцев. Сообщение гласило: "Держитесь, к вам на помощь идут две бригады". Китайское командование еще не знало, что командир чжайланорского гарнизона уже убит, а его подчиненные капитулировали.
Наши разведчики тоже с трудом отличали, где внизу свои войска, а где - чужие, порой сбрасывая вымпелы с разведданными в расположении противника. Радиосвязи с наземными частями не было. На всю кавбригаду имелась лишь одна радиостанция, да и та неисправная.
К концу третьего дня операции в Даурии кончился бензин. Военным пришлось реквизировать топливо в авиакомпании "Добролет". Расход бомб превышал расчетный. Не всегда успевали подвозить продовольствие: на завтрак летчикам давали только хлеб с маслом и чай, а скудный обед объединяли с ужином.


Летчики и наземный персонал 6-го авиаотряда на аэродроме в Хайларе.

Большие проблемы создала ранняя морозная зима. При 15 градусах мороза приборы в открытой кабине Р-1 начинали врать, а при 25 градусах они просто переставали работать. При этой же температуре замерзали аэрофотоаппараты. Много времени отнимал запуск двигателей. Воду из радиаторов и масло из картеров приходилось сливать, а перед обратной заливкой - греть в полевых кухнях. Чтобы иметь хотя бы несколько машин в постоянной боевой готовности, авиаторы были вынуждены каждые 15-20 минут заводить на них моторы для прогрева.
20 ноября китайцы, окруженные на станции Маньчжурия, решили идти на прорыв. Они сформировали три колонны, которые двинулись в разных направлениях. Авиация своевременно засекла их перемещение и это позволило вовремя выставить заслоны. Три Р-1 с аэродрома Даурия отправились на штурмовку. Согласно отчету ВВС ОДВА, в результате атаки этого звена противник понес огромные потери. Уцелевшие солдаты частично разбежались, частично вернулись на уже захваченную красноармейцами станцию и сдались в плен.
23 ноября одиночный Р-1 сбросил бомбы на китайский аэродром в Хайларе, повредив два самолета на стоянках. Вскоре Хайлар был взят, а 28 ноября туда перебазировались самолеты 26-й эскадрильи.
В тот же день эскадрилья и 6-й авиаотряд отправились бомбить станцию Бухэду. Над целью наших летчиков встретил интенсивный зенитный огонь. Самолет пилота Портнова и летнаба Иванова получил попадание в мотор и совершил вынужденную посадку на вражеской территории. Авиаторы успели сжечь машину, прежде чем подбежавшие китайцы захватили их в плен, о чем наши узнали из радиоперехвата. Дальнейшую судьбу Портнова и Иванова выяснить не удалось, вероятно, они были убиты.
На обратном пути группа рассыпалась в облачности. Самолеты возвращались звеньями, парами и поодиночке. Большая часть машин благополучно добралась до Хайлара, но экипажи летчиков Мочалова и Цатурова пропали без вести. 1 декабря пропавшие самолеты были обнаружены сгоревшими примерно в 40 километрах от Хайларского аэродрома, однако людей возле них не было. Лишь через день на блуждавших по заснеженной степи летчиков случайно наткнулись пехотинцы. Оказалось, что авиаторы потеряли ориентировку, выработали горючее и сели в неизвестном месте, полагая, что вокруг них вражеская территория. Согласно инструкции, они сожгли самолеты и пешком пошли на север, в сторону советско-китайской границы, хотя на самом деле обе машины приземлились в глубоком тылу советских войск.


Аварийная посадка Р-1 "Продработник" из 40-й эскадрильи имени Ленина.


Авиаторы ВВС ОДВА позируют на аэродроме с фугасными бомбами АФ-32, АФ-82 (одна штука) и осколочными ОФ-8 с штыревыми взрывателями для подрыва над землей. Вскоре эти бомбы были сброшены на Маньчжурию.

Одновременно с Забайкальской группой 17 ноября возобновила наступление Приморская группа. Перед ней поставили задачу овладеть городом Мишаньфу. С воздуха наши части поддерживали 40-я эскадрилья (15 самолетов Р-1), один отряд 5-й истребительной эскадрильи (семь "Фоккеров" D.XI) и 19-й авиаотряд (восемь Р-1). Все они базировались на аэродроме Камень-Рыболов. Летчикам предписывалось вести разведку и штурмовать вражеские войска на поле боя. Бомбить населенные пункты им запретили, чтобы не настраивать местное население против Красной армии.


Летчики 5-й истребительной эскадрильи на фоне "Фоккера".


"Фоккер" D.XI А.И. Никашина. Обратите внимание на фотопулемет, укрепленный перед ветровым стеклом кабины.

16 ноября шесть экипажей 19-го отряда получили приказ разбомбить аэродром у города Муданьцзян. Несмотря на стрельбу китайских зенитчиков, налет оказался успешным и на следующий день его повторили в том же составе. В результате двух авиаударов был разрушен ангар и казарма, а непосредственно на летном поле наши уничтожили один и повредили два самолета.
В тот же день с утра четыре звена 40-й эскадрильи атаковали китайскую кавалерию на северной окраине Мишаньфу, сбрасывая серии по четыре бомбы с высоты около 1000 м.Через два часа летчики 19-го отряда атаковали китайские войска у переправы через реку Мурень. Семь "Фоккеров" прикрывали 9-ю кавалерийскую бригаду, но китайские самолеты в небе так и не появились. Не встретив воздушного противника, истребители проштурмовали вражеский кавалерийский полк, пытавшийся контратаковать в районе Мишаньфу и рассеяли его пулеметным огнем.
С рассвета 18 ноября самолеты вылетели на разведку, выявив, что противник отступает по всему фронту. Летчики нередко сочетали разведку со штурмовкой. Так, звено 40-й эскадрильи нанесло очень результативный бомбовый удар по крупному отряду из примерно 1000 пехотинцев и 2000 всадников. Семь Р-1 и шесть истребителей поддержали атаку красноармейцев в районе деревни Сионидза. Противник в панике бежал за Мурень, понеся большие потери. Очень эффективным оружием против живой силы оказались небольшие осколочные бомбы АО-8, каждая из которых при удачном попадании выводила из строя от пяти до десяти солдат и офицеров противника. Низкий разлет осколков давал большой процент ранений в ноги.
На следующий день Чжан Сюэлян через своего министра иностранных дел Цай Юйшеня обратился к советскому руководству с просьбой прекратить боевые действия и начать переговоры. Москва ответила согласием, но на условиях немедленного освобождения заложников и точного соблюдения Мукденского договора о совместном владении КВЖД. Маньчжурский диктатор, понимая, что продолжение войны не сулит ему ничего, кроме разгрома, принял эти условия.
22 декабря в Хабаровске были подписаны документы о восстановлении статус-кво на КВЖД, освобождении всех захваченных китайцами советских граждан и обмене военнопленными. В этот же день начался вывод советских войск из Маньчжурии, завершившийся к 1 января 1930 года. Самолеты тоже перегнали на места постоянного базирования.
В конфликте на КВЖД Красная армия потеряла 281 человека убитыми, умершими от ран и пропавшими без вести. ВВС РККА лишились пяти самолетов и двоих летчиков. Потери противника точно установить невозможно, поскольку учет убыли личного состава в маньчжурской армии был налажен из рук вон плохо. По разным оценкам они составляли от 1000 до 2500 человек только убитыми, примерно в столь же широких пределах варьируется и количество раненых. Количество попавших в плен китайцев известно более точно - 8550 человек. Любопытно, что 1440 из них написали заявления с просьбами оставить их в СССР и дать советское гражданство, а 27 китайских солдат за время пребывания в лагере военнопленных успели вступить в комсомол.
Можно лишь гадать, чем вызвана пассивность маньчжурской авиации в ходе конфликта, поскольку китайские источники не содержат никакой информации на этот счет. Быть может, летчики и авиатехники просто оказались не готовыми к ведению боевых действий в условиях суровой зимы. К тому же, насколько мне известно, у китайских самолетов не было лыж, а летать на колесах с заснеженных ВПП невозможно.
 
#9
Нелетательные аппараты Российской Империи
Сейчас нередко пишут, что в предвоенном Советском Союзе средства, выделяемые на создание новых образцов вооружений и военной техники, зачастую расходовались нерационально и что значительные суммы улетали в трубу "безоткатных" авантюр Курчевского, воздушно-десантных фантазий Гроховского и прочих дорогостоящих провальных разработок, вроде калининского семимоторного колосса К-7.
Отчасти с этим можно согласиться, однако надо заметить, что в дореволюционной России картина в целом была ничуть не лучше. Более того, в начале ХХ века казенные средства порой с удивительной щедростью выделялись на откровенно безграмотные и даже абсурдные прожекты. Для меня остается загадкой, как это сочеталось с высоким интеллектуальным и образовательным уровнем тогдашней военной элиты, о котором любят вспоминать историки, ностальгирующие по царским временам.
Вот лишь несколько ярких примеров из области авиации и воздухоплавания, поскольку эта тематика мне наиболее знакома.

1) "Самолет Сверчкова". По-моему, одного взгляда на это сооружение достаточно, чтобы понять, что летать оно не сможет никогда и ни при каких условиях. Тем не менее, "самолет" строился в 1909 году на средства Главного инженерного управления российской армии (ГИНЖУ), в том же году экспонировался на выставке новейших изобретений и даже получил на ней медаль! Однако когда дело дошло до испытаний, аппарат, естественно, не только не взлетел, но даже не сдвинулся с места.





2) "Аэромобиль" Татаринова. На левом рисунке изображен этот "аэромобиль" в том виде, в котором его обнаружила проверочная комиссия, посетившая мастерскую изобретателя Татаринова, чтобы выяснить судьбу 50 тысяч рублей казенных денег, выделенных на постройку аппарата. На правой картинке показано, как должен был выглядеть готовый "аэромобиль" по замыслу его создателя. Но он так и не был достроен, поскольку все деньги Татаринов умудрился потратить, а новых субсидий ему не дали ввиду очевидной бредовости проекта. Впрочем, возмещения убытков от него тоже не потребовали.



3) "Гатчинские конструкции". В 1909 году братья Райт предложили российскому военному ведомству купить у них 10 аэропланов, однако чиновники в погонах предложение отвергли, решив, что наши офицеры-воздухоплаватели сами с усами и по приказу начальства сделают самолеты не хуже американских. Не беда, что аэропланов они в глаза не видели, а представление о том, как должен выглядеть летательный аппарат тяжелее воздуха, имели самое смутное.
Вскоре была составлена смета, выделены деньги и работа закипела - началась постройка сразу пяти самолетов по проектам штабс-капитанов Голубева, Гебауэра, Шабского, капитана Агапова и бывшего начальника ГИНЖУ генерала Вернандера. Но в результате самолеты Голубова, Агапова и Вернандера остались недостроенными, самолет Шабского не смог оторваться от земли, а самолет Гебауэра (на снимке внизу) развалился еще при выруливании на стартовую позицию.



"Гатчинская эпопея" закончилась тем, что Агапов в 1910 году, забросив свой проект триплана, просто и без затей скопировал французский биплан "Соммер", чертежи которого ему удалось раздобыть. Получившийся аппарат нормально летал и в течение двух лет использовался в Гатчинской авиашколе для обучения пилотов.


4) Дирижабль "Гигант". Крупнейший дирижабль, спроектированный и построенный в Российской империи, из-за грубых ошибок в расчетах сложился пополам при первой же попытке взлета. После аварии не восстанавливался.


Полный размер

5) "Святогор". 13 марта 1916 года вышел на испытания гигантский аэроплан авиаконструктора В.А. Слесарева "Святогор" - самый крупный летательный аппарат, построенный в царской России. К сожалению, конструкция его была неудачна, а судьба - незавидна.
Как известно, Святогор это богатырь-великан из древнерусских былин, умерший от натуги, пытаясь на спор с другим богатырем Микулой Селяниновичем поднять суму, в которой была заключена "вся тяжесть земная".
Неизвестно, о чем думал августейший шеф российской авиации великий князь Александр Михайлович, приказавший назвать "Святогором" новый тяжелый бомбардировщик, но это символичное название оказалось пророческим. Несмотря на все усилия Слесарева и огромные денежные средства, вложенные в проект, "Святогор" так и не смог оторваться от земли.
Слесарев, пользовавшийся покровительством великого князя, получил диплом инженера в Германии и считал себя большим знатоком авиации, хотя до постройки "Святогора" ни одного самолета не спроектировал. Создателя "Ильи Муромца" Игоря Сикорского он презрительно называл дилетантом.
Однако никакой диплом не может заменить инженерного таланта и практических навыков. Слесарев ошибочно полагал, что двух моторов общей мощностью всего в 400 лошадиных сил будет достаточно для полетов огромного аэроплана с размахом в 36 метров и массой более шести с половиной тонн.
Вдобавок он применил на "Святогоре" ущербную "немецкую" схему силовой установки с размещением двигателей в фюзеляже и ременными приводами к винтам, укрепленным между крыльями. На испытаниях ремни часто рвались, проскальзывали и не обеспечивали в должной мере передачу мощности от моторов к пропеллерам.
Вот как описывает испытания "Святогора" очевидец этих событий летчик Сергей Никольской:
"В кабину «Святогора» зашли штабс-капитан Горшков (летчик-испытатель, прим. авт.), Слесарев, механик и моторист. Заработали моторы. Штабс-капитан уверенно повел машину.
«Святогор» выкатился из ангара и побежал по аэродрому.
Сперва корабль шел против ветра. Аэродром закончился, а самолет все ехал и не взлетал.
Горшков развернул аппарат по ветру и снова повел его на взлет.
И снова «Святогор» не оторвался от земли.
Четыре раза пробовал Горшков поднять аппарат в воздух. Затем повернулся к Слесареву и попросту объявил ему: Ваша корова не полетит! Позвольте откланяться".
Горшков оказался прав. Все последующие попытки взлета выглядели точно так же. Слесарев заменил ременные передачи цепными, но и это не дало результата - энерговооруженность аэроплана была слишком мала. Все закончилось тем, что в ноябре при очередной пробежке "Святогор" сломал шасси. Поскольку бесперспективность проекта была уже очевидна, денег на ремонт машины не выделили, ее просто оттащили на край летного поля, где она постепенно сгнила.
Судьба самого Слесарева оказалась не менее печальной. В 1921 году в возрасте 37 лет он был застрелен в собственной петроградской квартире. Согласно официальной версии его убила из ревности бывшая любовница некая Ксения Троц.


Постройка "Святогора" на петроградском авиазаводе Лебедева.


"Святогор" на Комендантском аэродроме. Размеры машины впечатляют.


Разработчики и участники постройки "Святогора" на его фоне. Четвертый справа (в светлом костюме) - В.А. Слесарев.

В общем, никакого превосходства инженерно-конструкторской мысли, а также организации и финансирования НИОКР в "царский" период не просматривается, а успехи дореволюционного авиастроения в сравнении с послереволюционным выглядят, мягко говоря, не очень впечатляюще.
По сути дела единственным большим достижением тогдашнего российского авиапрома являлись четырехмоторные самолеты Сикорского, однако и они уже в 1916 году морально устарели, а ничего более совершенного им на смену создать не удалось.
 
#10
Наша форма номер восемь...
...что достали, то и носим.

Как выглядели и во что одевались авиаторы Красного воздушного флота времен Гражданской войны? Ответ на этот вопрос дает следующая фотоподборка.

Начало гражданского противостояния красные летчики встретили в дореволюционном обмундировании, которое со временем изнашивалось, а новое ему на замену поступало далеко не всегда. Приходилось искать себе одежду самостоятельно, зачастую смешивая форменные элементы с предметами гражданской одежды или полностью переодеваясь в "гражданку".
Первый снимок сделан на аэродроме Свияжск в августе 1918 года, во время битвы за Казань. Второй слева в летном комбинезоне - командир 1-й Советской боевой авиагруппы И.У. Павлов среди своих сослуживцев. Двое из них в обычных армейских фуражках и гимнастерках (естественно, уже без погон), а моторист, стоящий справа, надел кепку и пиджак. До революции такое отступление от формы было бы немыслимо, но в 1918 году за этим уже никто не следил.


Личный состав 29-го авиаотряда РККВФ у самолета "Бикодрон", Восточный фронт, лето 1919 г. На снимке сложно найти хотя бы двух авиаторов, одетых одинаково. Кожаные и матерчатые куртки, тужурки, плащи, гимнастерки, френчи сочетаются с фуражками и картузами самых разных фасонов и цветов. Вдобавок ни у кого нет знаков различия.


Еще более колоритно выглядят летчики и техники 34-го авиаотряда Южного фронта, напоминающие скорее ватагу босяков, чем регулярное воинское подразделение (мужик, лежащий на первом плане, реально босой). Некоторые без головных уборов и, опять-таки, ни у кого нет никаких отличительных признаков принадлежности к Красной армии.


Групповой снимок служащих Одессского авиадивизиона РККВФ, май 1919 г. Здесь пестроту и разнообразие предметов гардероба кое-где дополняют белые флотские фуражки.


Одно из "элитных" подразделений Красного воздушного флота - так называемый Авиаотряд международной связи, созданный весной 1919 года для полетов в Венгрию, где незадолго до этого произошла революция (впоследствии подавленная). Однако даже в этом отряде большинство летчиков одето кто во что горазд. Только у двоих есть кожаные комбинезоны и еще у двоих - летные шлемы, но один из них надел шлем в нелепом сочетании с длиннополым гражданским пальто и валенками.


Красвоенлет Шевцов (слева), судя по снимку, воевал в цивильном костюме, пришив на левый рукав маленькую авиационную эмблему.


А красвоенлет Жемчужин (справа) под кожаной курткой носил жилетку от костюма, надетую прямо на голое тело.
Кстати, этот парень "прославился" тем, что в 1919 году он совместно с летчиком Павловичем и летнабом Лейландом разбомбил пасхальный крестный ход в Новочеркасске.


Главнокомандующий военно-воздушными силами РСФСР А.В.Сергеев (в расстегнутой шинели поверх кожаной куртики и в кепке с клапанами) среди летчиков Славненской авиагруппы Польского фронта, май 1920 г. Слева от Сергеева в щегольском пиджаке, пилотке дореволюционного образца и белой рубашке с галстуком стоит командир 4-го истребительного авиадивизиона первый советский ас А.Д. Ширинкин. На лацкане его пиджака прикреплен орден Красного знамени.


Группа летчиков Первой конной армии Буденного возле захваченного у деникинцев аэроплана De Havilland D.H.9. Обратите внимание на клетчатый картуз у авиатора справа.


И наконец, единственная фотография, на которой изображены красные летчики, одетые в единое обмундирование, впрочем, даже на ней в центре строя кто-то "отсвечивает" белой гимнастеркой. Это торжественное построение первых послереволюционных выпускников Московской авиашколы, закончивших курс обучения в 1919 году.
 
#11
Изображениями обнаженных красоток на бортах фюзеляжей своих самолетов издавна славятся американские военные летчики. Командование ВВС США не препятствует такого рода творчеству, разумно полагая, что оно никак не снижает боеготовность летного персонала, а наоборот, в какой-то мере способствует снятию стресса и уменьшению психологической нагрузки.
Однако мало кто знает, что "первооткрывателями" в этом деле были вовсе не американцы, а российские авиаторы. Во времена Первой мировой войны, когда Америка еще считалась весьма пуританской страной, они первыми принялись рисовать фривольные картинки на перкалевой обшивке своих "Ньюпоров". Впрочем, началось это уже после падения монархии в России, когда народ, в том числе и военный, опьянел от внезапно наступившей свободы.
Летчикам больше не запрещали малевать на самолетах что угодно, и "что угодно" не заставило себя ждать.
Самый ранний дошедший до нас фотоснимок с подобным сюжетом датирован августом 1917 года. На нем мы видим истребитель "Ньюпор-23" из 22-го корпусного авиаотряда Западного фронта с соблазнительной русалкой на борту. Всего несколькими месяцами ранее появление такого рисунка на самолете Императорского Воздушного флота было немыслимо.



После октябрьской революции новые власти поначалу тоже закрывали глаза на "гламурные" картинки авиаторов, которые зачастую соседствовали с революционной символикой, а иногда и сочетались с ней. Например, вот эта русалка на "Ньюпоре-17" начальника авиации 9-й Армии Южного фронта И.И. Семенова как бы преподносит летчику ленту с красной звездой.


Пока одни красвоенлеты пугали окружающих "натюрмортами" из костей, http://vikond65.livejournal.com/3350.htmlдругие более или менее удачно воспроизводили на своих аэропланах мировые шедевры эротической живописи, такие как эта Венера Урбинская кисти Тициана.


Быть может, кто-то из читателей этого блога сможет определить, какая картина послужила источником вдохновения для автора рисунка на борту "Ньюпора-17" из 43-го разведывательного авиаотряда Туркестанского фронта? Интересно, что снимок сделан в 1920 году на аэродроме Бухары, где тогда базировался 43-й отряд. Вероятно, пилота этой машины нисколько не волновала реакция местного мусульманского населения на его "красавицу".
PS. По подсказке ув. aviator_bob, рисунок воспроизводит картину французского художника 19 века Жюля Жозефа Лефевра "Мария Магдалина в гроте"


Еще один распространенный античный сюжет - стреляющая из лука обнаженная богиня Диана - украшал "Ньюпор-24бис" из 3-го артиллерийского авиаотряда, захваченный поляками 19 апреля 1919 года в Вильно, прямо на железнодорожной платформе. Позже истребитель включили в состав 5-го авиадивизиона польских ВВС.


На "Ньюпоре-24бис" красвоенлета Попова из 44-го разведывательного отряда Западного фронта застыла в скорбной позе мускулистая особа, слегка прикрытая только собственными волосами. В октябре 1919 года Попов дезертировал на этой машине в Польшу, фотография сделана уже там. Обратите внимание, что советские опознавательные знаки закрашены белой краской, однако произведение искусства осталось в неприкосновенности


В отличие от тех пилотов, которые старались украсить свои самолеты привлекательными женскими образами, летчик 15-го разведывательного отряда Южного фронта А.К. Петренко зачем-то нарисовал на "Ньюпоре" силуэт довольно мерзкой голой ведьмы или демонессы.


В начале 1920-х годов рисунки в стиле "ню" исчезли с советских самолетов как не соответствующие передовой рабоче-крестьянской морали. Единственным известным мне исключением является вот эта ленд-лизовская "Аэрокобра" с наклеенной на двери кабины страницей из какого-то американского журнала, на которой изображена дама в купальнике. К сожалению, снимок не атрибутирован и принадлежность машины неизвестна. Фото предоставлено Алексеем Калиновским.
 
#12
Черепа на небесах

Переходим к самому интересному разделу, посвященному, как вы наверняка уже догадались, российской авиации. Борцам за отстаивание российских приоритетов в любых областях человеческой деятельности можно смело вносить в свою копилку еще один факт: именно у нас на заре авиации разрисовывание самолетов черепами приобрело наиболее широкий размах. В этом деле российские авиаторы превзошли всех своих коллег из других стран. Ведь именно у нас во время Первой мировой войны "веселый Роджер" впервые стал эмблемой не только отдельных пилотов, но и целых авиаотрядов. И хотя по общему количеству боевых самолетов в те годы Россия сильно отставала от Англии, Франции, Германии и США, по числу машин с черепами она безусловно лидировала.

В конце 1916 года череп с костями стал отличительным знаком 19-го корпусного авиаотряда Юго-западного фронта, на базе которого весной 1917-го была сформирована первая в России боевая (истребительная) авиагруппа. На самолетах рядовых пилотов авиагруппы рули поворота красили в черный цвет, а на его фоне белой краской изображали "адамову голову". Самолеты командира группы ротмистра Козакова и его заместителя есаула Шангина отличались обратным порядком цветов эмблемы - черный череп на белом фоне. На снимке их истребители видны слева, в дальнем конце строя.


Один из наиболее выдающихся асов авиагруппы прапорщик Иван Смирнов свои первые победы одержал на французском истребителе "Моран-Солнье". На фотографии он справа, а слева - пленный немецкий летчик Альфред Хефт, которого Смирнов подбил и принудил к посадке на нашей территории. Всего за годы войны Смирнов одержал 10 подтвержденных воздушных побед.


Осенью 1917 года 19-й корпусной отряд возглавил поручик Борис Губер, который богато разукрасил свой самолет георгиевским вымпелом, эмблемой "инь-ян" на дисках колес и собственным именем, написанным на английский манер. Также обращает на себя внимание белая окантовка руля поворота.


А подпоручик Краузе из 8-го истребительного отряда скопировал понравившуюся ему эмблему 19-го корпусного, дополнив ее картинно развевающимися "дредами".


Прапорщик Михайлов из 22-го корпусного отряда не мог похвастать боевыми успехами, зато он отметился рекордным количеством черепов на его "Ньюпоре". Что интересно, на этой машине он летал уже после октябрьской революции в составе Красного воздушного флота, но еще до того, как в качестве официальной эмблемы РККВФ осенью 1918 года стали использовать красные пятиконечные звезды.


До введения звезд многие советские авиаотряды изобретали и наносили на свои самолеты собственные опознавательные знаки. Самым брутальным в этом отношении выглядел 1-й Костромской авиаотряд, воевавший на Северном фронте. На крыльях его аэропланов были красные круги с вписаннами в них белыми черепами.


Когда в начале 1919 года от летчиков Костромского отряда, переименованного в 18-й разведывательный, потребовали заменить круги на звезды, они подчинились приказу, но в центре новых опознавательных знаков еще долго продолжали рисовать привычные эмблемы.


Красвоенлет Ларичев из 34-го авиаотряда Южного фронта в 1918 году, поддавшись моде, изобразил черепа на бортах своего "Ньюпора-21", правда, художественные достоинства его рисунков сложно назвать выдающимися. Гораздо более интересны оригинальные опознавательные знаки - звезды своеобразной формы на белых кругах в широкой черной обводке. При этом "хвостовая" звезда скопирована с раннего образца красноармейской кокарды для головных уборов, включавшей в себя скрещенные молот и плуг.


Красвоенлет Карпухин из того же отряда, придумывая эмблему для своего "Ньюпора-17", проявил гораздо больше фантазии, однако этот "Ньюпор" летал недолго. После аварии, запечатленной на снимке, его списали, но сам Карпухин отделался ушибами.

...и вскоре нанес аналогичный рисунок на борт своей новой машины - захваченного у деникинцев истребителя Сопвич "Кэмел".


Если бы кто-то решил провести конкурс на самый живописный самолет Гражданской войны, одним из претендентов на первое место наверняка стал бы "Ньюпор-24бис" красвоенлета Яна Южака из 39-го Железного (это официальное наименование) авиаотряда Восточного фронта. Его целиком покрывал четырехцветный камуфляж, состоящий из двух оттенков зеленого, светло-коричневого и черного цветов. Звезды на крыльях были нарисованы "рельефно" на белых кругах в красной окантовке. На бортах фюзеляжа Южак или кто-то по его просьбе нарисовал дразнящегося крылатого дьявола, а на руле поворота - череп с косой.
Впрочем, несмотря на столь претенциозную раскраску, ни одной воздушной победы за Южаком не числится.


Достойную конкуренцию Южаку мог составить "Ньюпор-24" командира 15-го разведотряда Южного фронта Казимира Рудзита, украшенный скелетом с косой, обвитым лентой и романтично порхающим среди стрекоз.


в начале 1920 годов "адамовы головы" полностью исчезли с советских самолетов. В нынешней российской авиации эта символика тоже не встречается, в отличие, например, от США, где Jolly Roger является эмблемой эскадрильи VF-103.
 
Последнее редактирование:
#13
Суп на колесах

Дельный, что и говорить,
Был старик тот самый,
Что придумал суп варить
На колесах прямо.

(А. Твардовский, "Теркин на привале")

Не знаю, о каком старике писал поэт или этого старика он ввел просто для рифмы, но факт состоит в том, что полевые походные кухни, готовящие для солдат горячую пищу прямо на марше, были разработаны в России и впервые введены в обиход именно в российской армии. Это один из немногих реальных приоритетов РИ в области военного строительства.
Накануне русско-турецкой войны 1877-78 годов было изготовлено и направлено в Дунайскую армию 10 походных кухонь, сконструированных в 1873 году купцом Юлианом Паричко.


Походная кухня 4-й бригады Дунайской армии, гравюра из журнала "Нива" за 1877 год. К сожалению, фотографий и чертежей этого агрегата пока не найдено.

Однако, как это нередко бывало, из-за косности и "пофигизма" высшего военного руководства полезное начинание не получило распространения. И еще 20 лет подавляющее большинство российских батальонов и полков возило в обозах медные котлы, а на привалах разводило под ними костры, чтобы приготовить пищу. Солдатам же, уставшим с дороги, приходилось часами ждать, когда их накормят.
Но в 1896 году к идее походных кухонь вернулись, объявив конкурс на лучшую конструкцию. В результате в 1898 году на снабжение русской армии был принят "походный очагъ" системы Михаила Боголюбского. Он представлял собой кастрюлю-скороварку с герметичной крышкой на винтовых замках, сблокированную с дровяной топкой и установленную на одноконную двуколку.





Нововведение опробовали в боевых условиях в 1900 году во время Маньчжурского похода русской армии на подавление "боксерского" восстания в Китае. На снимке внизу - один из "очагов", участвовавших в этом походе.



Попутно надо заметить, что российские коронованные особы и их приближенные гораздо раньше начали пользоваться преимуществами мобильной кухни. В многочисленных царских охотах, на которых ради забавы истреблялось безумное количество животных, августейшую публику сопровождало сооружение, выглядевшее куда более солидно, чем двуколки Боголюбского. Фактически это была рессорная карета с навесом и многоконфорочной печью для приготовления различных изысканных блюд. Внизу - снимки, сделанные в царских охотничьих угодьях в Беловежской пуще в 1897 году.





В 1904 году "очаг" Боголюбова был усовершенствован полковником Турчаниновым. "Военно-походную кухню-самовар" Турчанинова запустили в серийное производство во время русско-японской войны и тогда же она начала поступать в войска. Напомню, что ни в одной армии мира, кроме русской, походных кухонь в то время еще не было.
"Самовар" Турчанинова имел над топкой один, а позднее - два котла и выпускался в четырехколесном, либо облегченном двухколесном варианте. Эта кухня оказалась настолько удачной, что ее клепали почти без изменений вплоть до 1941 года.


"Самовар" Турчанинова на четырехколесном шасси. На передней оси установлены ящики для различных кухонных принадлежностей (ножей, топоров, черпаков, шумовок, разделочных досок и т.д.). Гравюра из Военной энциклопедии Сытина 1916 года.


Та же установка на двухколесном шасси. Ящик для принадлежностей смонтирован спереди, сбоку видна бутыль с растительным маслом или уксусом.


Во время Первой мировой войны походные кухни Турчанинова выпускал Сормовский вагонный завод. На этой фотографии 1915 года новенькая кухня стоит во дворе завода перед отправкой в действующую армию.


Русские солдаты с котелками и повар с черпаком возле походной кухни в зимнем лесу на Юго-западном фронте Первой мировой.
 
#14
Первой после России ими заинтересовалась Германия, чьи представители бывали на Маньчжурском фронте русско-японской войны и привозили оттуда благожелательные отзывы об этой новинке.
В 1906 году в Германии объявили конкурс на лучший образец походной кухни, в котором приняли участие изделия нескольких немецких фирм и специально закупленная для изучения "кухня-самовар" Турчанинова. В 1907 году прошли сравнительные испытания. По их результатам на снабжение германской армии был принят один из собственных образцов. В отличие от российской кухни он имел не два, а три котла, да еще и отдельную духовку для выпечки. Немецкие солдаты прозвали этот агрегат "гуляшканоне" - "гуляшная пушка" за его сходство с артиллерийской упряжкой. В 1909 году свою полевую кухню, также трехкотловую, ввели в австрийской армии. А для солдат всех остальных европейских армий еду в полевых условиях продолжали готовить на кострах.

Положение изменилось с началом Первой мировой войны, когда походные кухни спешно внедрили и запустили в серийное производство французы, англичане и ряд других стран Европы, а также британские доминионы и США.


Немецкая "гуляшканоне" по пути на фронт, снимок 1914 года.

Полевая кухня австро-венгерской армии.


Такая же кухня, захваченная русскими солдатами в Галиции и использованная по назначению. На боку ящика для принадлежностей сохранилась австрийская маркировка.


Турки тоже старались идти в ногу со временем. Кстати, эти турецкие походные кухни с одним большим котлом-скороваркой весьма похожи на раннюю версию двухколесного "самовара" Турчанинова, только без ящика.


Канадская походная кухня британского образца. Судя по надписи на фото, этот экземпляр был презентован 95-му батальону канадских экспедиционных сил в Европе ассоциацией бизнесменов города Ривердэйл.


Походная кухня и повара 10-го кавалерийского полка армии США, 1918 год.


Американские интервенты на Дальнем Востоке возле походной кухни другого типа. Ящик для принадлежностей гораздо крупнее (возможно, в нем также возили продукты). Перед печью приделан цилиндрический бак для воды. Котлы не вставлены в корпус, а стоят сверху на конфорках. Очевидно, что такая кухня могла работать только на стоянке, а не в дороге, поскольку от тряски котлы бы с нее сваливались.


Гораздо более "продвинутый" образец походной кухни, внедренный в армии США в конце Первой мировой войны. Как видно на снимке, это закрытый деревянный фургон на рессорном шасси с автомобильными колесами. При плохой погоде работа поваров в таком фургоне была куда более комфортной, чем под открытым небом.
 
#15
"Илья Муромец" по-немецки
Можно с ходу назвать немало технических новинок, пришедших в Россию с Запада. Но гораздо менее известны обратные примеры копирования в так называемых передовых странах российских изобретений. Один из таких примеров - попытка воспроизвести в Германии "Илью Муромца" - первый в мире тяжелый четырехмоторный бомбардировщик.
Эта попытка связана с именем шведского инженера-изобретателя Виллехада Форссмана, работавшего в годы Первой мировой войны на немецкой фирме "Сименс-Шуккерт Верк" (SSW). В 1914 году, узнав о российском летающем гиганте и увидев фотографии этой машины, он загорелся идеей сделать нечто примерно такое же, но лучше. Однако получилось не лучше, а хуже, поскольку Форссман не обладал гениальной интуицией разработчика "Муромца" Игоря Сикорского.

Самолет Форссмана, построенный в начале 1915 года, на первый взгляд, точно копировал конструктивную схему "Ильи-Муромца" - четырехмоторный биплан с очень короткой носовой частью фюзеляжа (почти на уровне передней кромки крыла) и двигателями, установленными в ряд на нижнем крыле. При такой компоновке машина обладала запредельно задней центровкой, делавшей ее крайне неустойчивой в полете и очень сложной в управлении.
Сикорский успешно решил эту проблему, снабдив "Муромец" крупным стабилизатором с несущим профилем, то есть его самолет фактически являлся не бипланом, а трипланом-тандемом. Форссману такая мысль в голову не пришла, в результате его аэроплан вообще не имел стабилизатора, чью роль играл относительно небольшой руль высоты.
Кроме того, Сикорский, по его собственным словам, чисто интуитивно придал крыльям "Муромца" очень большое удлинение (отношение длины к ширине), обеспечившее им высокое аэродинамическое качество. Форссман же и тут не угадал - крылья его машины были гораздо короче и обладали меньшей подъемной силой.






Бомбардировщик Форссмана в сборочном цехе авиазавода "Сименс-Шуккерт" и "Илья Муромец". Как говорится, сходство очевидно.

Первые же полеты "Форссмана" весной 1915 года выявили нестабильность машины по всем трем осям, плохую управляемость и крайне низкие летные данные. Конструктор попытался исправить положение, приделав к носу самолета "балкон" и уложив в него центровочный груз (в дальнейшем предполагалось оборудовать там стрелковую точку).





Однако это почти не дало положительного эффекта. В очередном полет бомбовоз перевернулся при посадке.


Фирма расторгла контракт с Форссманом, но чтобы отбить вложенные в проект деньги и все же продать самолет военным, она предложила инженеру Харальду Вольфу восстановить и радикально переделать машину, приведя ее в соответствие с требованиями ВВС.
Основные переделки заключались в удлинении носовой части фюзеляжа и установке сдвоенного вертикального оперения. Это должно было улучшить продольную и путевую устойчивость. Кроме того, двигатели приподняли на пилонах над нижним крылом и тщательно закапотровали, чтобы снизить аэродинамическое сопротивление и повысить эффективность винтов. Кабину пилота для улучшения аэродинамики накрыли прозрачным колпаком.





Летная демонстрация самолета закупочной комиссии ВВС состоялась в октябре 1915 года. В этом полете испытатель Бруно Штеффен попал в зону турбулентности, которая едва не опрокинула машину. Пилоту с огромным трудом удалось ее выровнять, поскольку эффективность элеронов была явно недостаточной. Вдобавок на посадке один за другим заглохли все двигатели. Свое благополучное приземление Штеффен расценивал как чудо и в дальнейшем наотрез отказался летать на "Форссмане".
Тем не менее, руководству фирмы "Сименс-Шуккерт" все же как-то удалось "впарить" самолет военным, которые приняли его в качестве учебно-тренировочного, не рискнув отправить на фронт. В этом качестве "Форссман" совершил еще несколько полетов, но очень скоро проявился его очередной фатальный дефект - слишком низкая прочность фюзеляжа. При грубой посадке аэроплан просто сломался пополам.


Наверняка все, кому предстояло на нем летать, вздохнули с облегчением, узнав об этом инциденте. Можно считать большим везением, что "Форссман" никого из них не угробил. Разумеется, о восстановлении речь уже не шла, неудачную машину сразу списали в утиль.
Других попыток скопировать гигант Сикорского немцы не предпринимали. Все остальные германские тяжелые бомбардировщики строились по иным компоновочным и аэродинамическим схемам.


Чертеж самолета Форссмана в том виде, как он выглядел до первой аварии.

Длина самолета - 16,5 м.
Размах верхнего крыла - 24 м.
Сухой вес - 3250 кг.
Взлетный вес с полной нагрузкой - 5200 кг.
Двигатели: 2х200 л.с + 2х110 л.с.
Скорость максимальная - 115 км/ч
Потолок - 2000 м.
 
#16
гигантский бомбардировщик "Линке-Хофман" (Linke-Hofmann) R.II, разработанный в 1918 году, незадолго до окончания Первой мировой войны. Внешне он выглядит как одномоторный самолет, но на самом деле его винт вращали четыре двигателя, установленные в фюзеляже попарно и работавшие через сложную систему зубчатых передач на один общий вал.
"Линке-Хофман" не успел принять участие в боях, его прототип впервые поднялся в воздух в январе 1919-го, через два месяца после подписания перемирия. Несмотря на оригинальную схему силовой установки, он неплохо летал, поднимая до четырех тонн полезной нагрузки, но на заключительном этапе испытаний - потерпел аварию при посадке и более не восстанавливался. А недостроенный второй прототип был уничтожен по требованию держав-победительниц, запретивших Германии развивать военную авиацию, хотя немцы просили разрешить закончить его в виде пассажирского лайнера.





"Линке-Хофманн" был целиком построен из дерева и обшит полотном, только передняя часть фюзеляжа имела фанерное покрытие. Размах верхнего крыла - 42 метра (на 13 метров больше, чем у "Ильи Муромца", и на 10 метров больше, чем у американских "Летающих крепостей" времен Второй мировой войны). Длина фюзеляжа - 20,3 м, диаметр винта - 6,9 м, взлетная масса - 12 тонн.
Максимальная скорость - 130 км/ч, продолжительность полета - 9 часов, потолок - 3200 м, экипаж - 6 человек, вооружение - 3 пулемета.



Фюзеляж "Линке-Хофмана" в процессе сборки. Подкосные балки по бокам предназначены для установки радиаторов.


Для уменьшения габаритов хвостового оперения оно было сделано по бипланной схеме с тремя килями.


Чертеж "Линке-Хофмана"

Компоновочная схема фюзеляжа. Видны двигатели, бензобаки (внизу), маслобаки (вверху) и кабина экипажа. Нарисованный пунктиром предмет под днищем фюзеляжа - выдвижная пулеметная гондола для отражения атак истребителей снизу и обстрела наземных целей.


Силовая установка бомбардировщика и кабина пилота. Четыре шестицилиндровых двигателя "Майбах" развивали суммарную мощность более 1000 лошадиных сил, правда, честь ее терялась в передачах. Один и даже два мотора можно было отключить в полете для экономии топлива. Механик имел доступ к двигателям и мог устранять мелкие неполадки прямо в воздухе.


Колесо шасси со сложным пружинным амортизатором. Сверху видны подвешенные под крылом бомбы.


Предположительный вариант окраски первого прототипа, реконструкция по черно-белым фотографиям
 
#17
Черепа на небесах
Сейчас уже сложно определить, кто из пилотов первым украсил свой самолет широкой улыбкой "веселого Роджера", но скорее всего это был французский летчик Шарль Нунжессер (Charles Nungesser), который еще в 1915 году нарисовал череп с костями на лобовой панели гондолы своего "Вуазена".


В 1916 году Нунжессер пересел на истребитель "Ньюпор", на борту которого он изобразил более сложную композицию из черепа, гроба и двух погребальных свечей. Неизвестно, помогла ли она ему, но до конца Первой мировой войны Нунжессер получил 17 ранений и одержал 43 воздушные победы, став третьим по результативности асом Франции.


В дальнейшем "готичный" рисунок в неизменном виде сопровождал Шарля Нунжессера на протяжении всей его летной карьеры вплоть до того момента, когда он в 1927 году на пару с другим французским ветераном Франсуа Коли попытался совершить рекордный перелет через Атлантику на самолете "Левассер" PL-8. Экипаж пропал вести, так что картинка в конце концов все-же оказалась пророческой...


Другому "черепоносцу" из авиации союзников - итальянскому принцу Фалько Руффо ди Калабриа (Fulco Ruffo di Calabria) повезло больше, а рисунок на его истребителе SPAD S.VII, появившийся в 1917 году (см. фото), был попроще и представлял собой классическую "адамову голову" - череп, наложенный на скрещенные кости. Руффо ди Калабриа одержал 20 воздушных побед, пережил не только Первую, но и Вторую мировую войну, и умер в родовом имении в 1946 году, став одним из немногих асов Первой мировой, достигших преклонного возраста.


Более поздний вариант рисунка на другом самолете Руффо ди Калабриа. На снимке 1918 года принц стоит в центре, облокотившись на фюзеляж, среди летчиков своей эскадрильи.

Немецкий бомбардировщик Gotha G.III - один из участников налетов на Лондон в 1917 году и бельгийский разведчик Farman F.60 с его экипажем.



 
#18
Черепа на небесах

В германской авиации первым "черепоносцем", по всей видимости, был принц Фридрих-Карл Прусский (Friedrich Karl von Preussen). Отпрыски августейших семейств традиционно служили в кавалерии, но в начале ХХ века многие кавалеристы в погоне за острыми ощущениями переводились в авиацию. Принц тоже решил сменить коня на аэроплан, а в память о прежней службе он перенес на борт своего "Альбатроса" D-I эмблему с "фирменного" головного убора прусских "черных гусар" - череп и кости. Характерной особенностью этой эмблемы являлось то, что череп изображался без нижней челюсти.
Фронтовая служба Фридриха-Карла продолжалась недолго. 21 марта 1917 года в бою над вражеской территорией он получил тяжелое ранение, совершил вынужденную посадку, попал в плен и через две недели умер во французском госпитале. На снимке - австралийские солдаты, захватившие самолет принца, позируют возле своего трофея. Крылья отстыкованы для удобства транспортировки.



Примеру прусского престолонаследника последовали многие немецкие летчики, например, Курт Моннингтон (Kurt Monnington) из 15-й истребительной эскадрильи. Он перешел в авиацию из Брауншвейгского гусарского полка, эмблемой которого тоже был череп, но в несколько несколько ином начертании и с обеими челюстями. Обратите внимание еще и на оригинальный камуфляж истребителя "Альбатрос" D-III, напоминающий языки пламени. Моннингтон одержал 8 воздушных побед на западном фронте, выжил на войне и скончался в 1939 году.


Аналогичный рисунок красовался на борту "Альбатроса" D-V еще одного бывшего брауншвейгского гусара Георга фон Хантельманна (Georg von Hantelmann), впоследствии служившего вместе с Моннингтоном в 15-й истребительной эскадрилье. Хантельманн достиг немалых успехов на военном поприще, сбил 20 вражеских самолетов, в том числе одного французского и двух американских асов, но его послевоенная жизнь оказалась весьма короткой. В 1924 году он был убит при попытке задержать браконьеров, которые решили поохотиться в его поместье.


Надо отметить, что "черепно-костяными" эмблемами украшали свои самолеты не только пилоты истребителей, о чем свидетельствует вот эта фотография немецкого двухместного разведчика "Румплер" С-IV и его жизнерадостного экипажа.


Самым знаменитым австро-венгерским пилотом, сделавшим череп своей персональной эмблемой, был Годвин Брумовский (Godvin Brumowski) - наиболее результативный ас двуединой монархии, одержавший 35 воздушных побед на итальянском фронте. Брумовский изобразил черепа не только на бортах своего самолета, но и на крыше фюзеляжа за кабиной, чтобы зловещая метка была хорошо заметна еще и сверху. Однако этого ему показалось мало и он приказал окрасить весь истребитель в ярко-красный цвет.




Разумеется, столь броская расцветка привлекала внимание вражеских пилотов, мечтавших сбить знаменитого аса. Брумовский частенько возвращался из боев с многочисленными прострелами, а однажды его поврежденный самолет перевернулся на пробеге.


Было и такое, что пробитый зажигательными пулями истребитель вспыхнул в воздухе. Полотняная обшивка частично сгорела, но летчику удалось резкими маневрами сбить пламя, а потом на остатках крыльев совершить посадку. Обратите внимание, что изображение черепа на "погорелой" машине отличается от рисунков на предыдущих снимках.


Несотря на все передряги и "провокационную" внешность своего истребителя, Брумовский дожил до конца войны, демобилизовался и основал в Вене частную летную школу. В 1936 году он разбился в тренировочном полете.

Известен также австрийский "Альбатрос" D-III с черепом на черном квадрате и бортовым номером 53.30, на котором в 1918 году воевали пилоты Карл Бенедек (Karl Benedeck) и Вильгельм Дворак (Wilhelm Dvorak), но ничем иным, кроме бортовой эмблемы, эти летчики не прославились, а потому и рассказать о них нечего.
 
#19
Фрэнклинская мясорубка



Ровно полтора века назад, 30 ноября 1864 года на окраинах городка Фрэнклин в штате Теннесси состоялось одно из последних крупных сражений американской гражданской войны. С тех пор жители штата называют этот день самым кровавым в его истории. Ранее две федеральные армии численностью примерно по 30 тысяч человек под командованием генералов Джорджа Томаса и Джона Скофилда вторглись в Теннесси. Им противостояла добровольческая армия штата, насчитывающая около 40 тысяч солдат и офицеров, которой командовал генерал Джон Белл Худ.
Томас захватил столицу штата город Нэшвилл, а Скофилд занял Фрэнклин, расположенный примерно в 30 километрах к югу.
Белл Худ решил воспользоваться этим и разбить врага по частям. Рано утром 30 ноября его войска скрытно подошли к Фрэнклину и атаковали с ходу, без артподготовки. Но внезапности не получилось. Боевое охранение Скофилда, выдвинутое на километр от главной линии обороны северян, во-время заметило врага и открыло стрельбу, предупредив гарнизон о нападении. Потом, не вступая в ближний бой, оно отошло к городу, где северяне успели хорошо окопаться и сделать засеки из поваленных деревьев. Вдобавок на пути атакующих оказались многочисленные деревянные заборы и плетеные изгороди, окружавшие фермерские сады и огороды. Они сильно замедляли и затрудняли движение, но совсем не защищали от пуль.

Многие северяне были вооружены дальнобойными винтовками, из-за чего южане начали нести серьезные потери еще за несколько сот метров до вражеских позиций. А когда они приблизились на дистанцию картечного выстрела, артиллерия Скофилда произвела в их рядах страшные опустошения. Уцелевшие конфедераты отступили в беспорядке. Эта атака обошлась Белл Худу примерно в 700 убитых и раненых, но через несколько часов он вновь бросил своих солдат на штурм. В этот раз, несмотря на еще более тяжелые потери, конфедератам удалось прорвать оборону на центральном участке и ворваться в город, однако на флангах атака вновь была отбита.
Против тех, кто смог проникнуть на окраину Фрэнклина, Скофилд направил свой резерв - бригаду генерала Опдайка. В уличном штыковом бою она опрокинула конфедератов и отбросила их за линию укреплений. Не желая смириться с неудачей, Белл Худ запланировал на следующее утро очередную атаку, но когда на рассвете его солдаты под пробитыми знаменами снова двинулись вперед, они с удивлением заметили, что по ним никто не стреляет. Оказалось, что ночью Скофилд незаметно для врага увел свою армию на север и после суточного марша соединился в Нэшвилле с генералом Томасом. Приказ на это он получил еще накануне вечером.
Таким образом, задача Белл Худа "ополовинить" армию противника осталась невыполненной. Формально он мог считать себя победителем, ведь враг отступил, а ему удалось освободить город, но это была в полном смысле слова пиррова победа. В двух бесплодных атаках армия Теннесси потеряла 1750 человек убитыми, 3800 - тяжелоранеными (многие из них не выжили) и более 700 - пропавшими без вести. Еще около 2000 солдат и офицеров получили легкие ранения, но остались в строю или через несколько дней вернулись из госпиталей в свои части. Особо серьезной была убыль в офицерском составе: на подступах к Фрэнклину и на его окраинах погибли или получили тяжелые увечья 55 полковников и 14 генералов, многие из которых провоевали несколько лет и имели бесценный боевой опыт.
Потери армии Скофилда были намного меньше: 189 убитых, 1033 раненых и 1104 пропавших без вести. Одним словом, Белл Худ, вместо ослабления неприятеля, значительно ослабил собственную армию и сделал соотношение сил еще более неблагоприятным для себя, чем в начале кампании. После Фрэнклина его шансы на победу, несмотря на мужество и самопожертвенность солдат в серых мундирах, стали близки к нулю.


Схема второго штурма Фрэнклина войсками конфедератов.


Армия Теннесси атакует Фрэнклин. На коне - генерал Патрик Клеберн, который погибнет через несколько минут.


Стрелки южан поддерживают огнем атакующих.


Кульминация сражения: прорвавшихся в город конфедератов контратакует бригада Опдайка.


Генералы Джон Белл Худ и Джон Скофилд. Как видно, они соперничали не только в полководческом искусстве, но и в длине бород, причем Скофилд и в этом опередил своего оппонента. Интересно, что они не только тезки, но и ровесники. В момент сражения за Фрэнклин им обоим было по 33 года.


Большие потери конфедератов под Фрэнклином в значительной мере были обусловлены тем, что в этом сражении юнионисты впервые широко использовали скорострельные и дальнобойные пятнадцатизарядные винтовки Генри (вверху), более известные под заводской маркой "Винчестер", а также - семизарядные магазинные карабины Спенсера образца 1860 года (внизу). Хорошо натренированный стрелок мог выпускать из этого оружия до 15 пуль в минуту.
В армии Скофилда было несколько сотен таких карабинов и винтовок, проявивших исключительно высокую эффективность против плотных боевых порядков. Так, всего 20 солдат со "Спенсерами" на правом фланге юнионистских позиций сумели отразить удар кавалерийского полка Чалмерса, буквально выкосив первые ряды атакующих.


Солдаты федеральной армии ведут огонь из карабинов Спенсера.


Артиллерия юнионистов тоже сыграла большую роль в сражении. На снимке - 14-фунтовое дульнозарядное орудие Джеймса - одна из наиболее распространенных полевых пушек в армии Севера.


Кладбище солдат армии Теннесси, погибших в сражении за город Фрэнклин.
 
#20
Праздник не для всех

Как известно, главный национальный праздник США - День независимости, отмечаемый 4 июля. Однако в городке Виксбург в течении почти полувека, с 1863 по 1907 год, этот день не считался праздничным и никак официально не отмечался. Дело в том, что 4 июля 1863 года Виксбург - последний бастион южан на реке Миссисипи - после полуторамесячной осады сдался армии Севера во главе с генералом Улиссом Грантом. И с тех пор 4 июля там считалось днем поражения и траура, пока новые городские власти не решили сломать эту традицию, идущую вразрез с идеологией национального единства.

Северяне обложили Виксбург 18 мая, а уже на следующий день Грант попробовал на прочность оборону города, однако поспешная и неподготовленная атака была легко отбита. Следующая попытка штурма, в которой участвовала почти вся 35-тысячная армия Гранта, состоялась 22 мая и закончилась тем же. Северянам кое-где удалось взобраться на бастионы и водрузить на них свои флаги, но штыковой контрудар южан сбросил их и заставил бежать под свист и улюлюканье. Неудачный штурм обошелся юнионистам в 502 убитых, 147 пропавших без вести и более 2500 раненых.
Такие потери деморализовали солдат, и Гранту, который поначалу надеялся быстро овладеть Виксбургом, пришлось вести осаду. Северяне отрыли окопы, насыпали валы, установили батареи тяжелых орудий и начали методичный обстрел города, который, впрочем, был малоэффективен, поскольку конфедераты тоже глубоко закопались в землю. Удивительно, но за полтора месяца артиллеристам федеральной армии и речной флотилии, выпустившим более 44 тысяч снарядов, удалось вывести из строя лишь несколько десятков солдат противника, а горожан погибло всего девять человек.
Гораздо более серьезные потери защитники города несли от снайперского огня, однако самым страшным врагом оказался голод. Виксбург к началу осады имел большие запасы оружия и амуниции, но совсем мало продовольствия, которое иссякло уже к началу июня. Сперва с улиц исчезли лошади и мулы, потом собаки и кошки, а затем в кастрюли пошли ремни и ботинки. Мало того, из-за некачественной еды, жары и плохой гигиены город охватила эпидемия дизентерии.
А Грант тем временем получил подкрепление и его армия насчитывала уже 70 тысяч человек. В Виксбурге же оставалось примерно 29 тысяч солдат и офицеров, но более половины из них лежали в госпиталях с кровавым поносом, либо настолько ослабли от голода, что едва могли держать оружие.
В конце концов, комендант города генерал Пембертон понял, что если так пойдет и дальше, то его подчиненные вскоре просто вымрут. О прорыве из окружения не могло быть и речи, поэтому 3 июля Пембертон отправил к Гранту парламентера с письмом, в котором выражалась готовность к сдаче на любых условиях. Следующим утром в Виксбург торжественным маршем вступили федеральные войска.
Увидев, в каком состоянии находятся солдаты гарнизона и не желая брать ответственность за массовую смертность военнопленных, Грант милостиво отпустил их по домам.
Падение Виксбурга позволило северянам установить контроль над всей рекой Миссисипи и расколоть надвое территорию Конфедерации. Штаты Техас, Арканзас и Луизиана оказались отрезанными, а вскоре Арканзас захватили федеральные войска. Вкупе с произошедшим за день до капитуляции Виксбурга разгромом основных сил Юга под Геттисбургом это означало, что окончательное поражение конфедератов стало лишь вопросом времени. Однако упрямые южане сопротивлялись еще почти два года.


Карта-схема осады Виксбурга. Красным отмечены позиции конфедератов, синим и голубым - юнионистов по состоянию на конец мая. Синие и голубые стрелы - направления атак при штурмах 19 и 22 мая. В дальнейшем юнионисты обложили город плотным кольцом со всех сторон.


Первая попытка штурма Виксбурга юнионистами. Еще немного - и атакующие с флагом США солдаты будут отброшены.


Фрагмент диорамы "Оборона Виксбурга". Защитники города ведут огонь из пушки и ружей по атакующим северянам.


Осадная батарея и палаточный лагерь северян под Виксбургом. На переднем плане - два 42-фунтовых гладкоствольных орудия, за ними - 32-фунтовое нарезное орудие Пэррота.


Еще одна огневая позиция артиллерии северян, оборудованная в ходе осады Виксбурга.


Шестидюймовое нарезное орудие конфедератов на укреплениях Виксбурга.


Броненосная эскадра северян под командованием адмирала Портера 28 мая 1863 года ведет обстрел Виксбурга с реки Миссисипи.


Колесный броненосец "Цинциннати" из эскадры Портера, погибший в артиллерийской дуэли с береговыми батареями Виксбурга. 18-фунтовый снаряд пробил ему борт ниже ватерлинии. Пробоину заделать не удалось, но корабль тонул медленно и большинство членов команды успело спастись. Вместе с броненосцем погибло только пять его матросов.


18-фунтовое нарезное дульнозарядное орудие "Свистящий Дик", получившее свое прозвище за характерный звук, издаваемый снарядом в полете. В оригинальной подписи к фотографии сказано, что именно это орудие утопило "Цинциннати".


Поселком Собачьи норы назвали жители Виксбурга это скопище землянок, вырытых ими в склоне глиняного холма для укрытия от обстрелов. Многие горожане переселились в такие землянки до конца осады.


Пожилой джентльмен возле своей "норы", вход в которую он украсил вражескими снарядами, найденными в городе.


Армия Гранта, вступившая в Виксбург, марширует под оркестр мимо городской ратуши, на которой уже вывешены звездно-полосатые флаги, сменившие флаги Конфедерации. Горожане явно без восторга наблюдают за этим зрелищем.


Артиллерия южан, захваченная северянами в Виксбурге.