diver ныряет в лесу, и все пучком

diver15c

Помножен на ноль
#41
На занятиях по "экстремизму" переноске воды, пока пчёлы работают. Приходится 2-3 пары вёдер носить в гору, от ручья, воду нагреваю на печке в ведре и обливаюсь из ковшика, без воды зачахну. IMG_20160429_201216.jpg
IMG_20160502_172349.jpg IMG_20160502_172331.jpg
 
#44
Я кстати вчера просто идя из точки А в точку Б трех клещей уже снял со штанов.

А зачем шузы рубить?
 

diver15c

Помножен на ноль
#45
Порванные ботинки зачем разрубил? Чтоб узнать как топор рубит и устройство ботинок увидеть, ходить в них было НЕвозможно, пяточные стойки упирались в пятки. Эти ботинки плохие, испортились от воды.
IMG_20160104_122846.jpg IMG_20160104_114712.jpg
 

Рысь

Помножен на ноль
#48
а нахрена тебе вот это всё? Флаг и гимн чужой страны, жить как дикарь в лесу...

Но потом я дочитал вот до этого:
Без соли, чая, кофе,
алкогольных напитков, так эти яды отравляют
тело, ослабляют и сильно препятствуют
просветлению.

и понял что мои вопросы в принципе не нужны, и так с диагнозом все понятно.
 
#49
Без соли, чая, кофе,
алкогольных напитков, так эти яды отравляют
тело, ослабляют и сильно препятствуют
просветлению.

и понял что мои вопросы в принципе не нужны, и так с диагнозом все понятно
как бы не особо стремлюсь к просветлению, но почему то мне более понятны люди, пытающие добиться оного С алкогольными напитками и прочими травками, чем те, кто в поисках просветления отвергают их :)
 
#50
так Дайвер у нас все таки не совсем голодает, мед хотя бы употребляет. Глядишь победит воспаление легких выживет
 

diver15c

Помножен на ноль
#51
Совсем голодаю, сейчас заканчиваются восьмые сутки голодания, остаётся около 22, или когда сильно тело потребует еды, сейчас нет такого требования, поверхность языка вся белая от грязи, это показывает загрязнённость тела.
А сколько бобрик голодал по Полю Брэггу и что с ним стало, улучшил своё состояние или его врачиха к себе перетянула, чтоб получать его деньги?

а нахрена тебе вот это всё? Флаг и гимн чужой страны
Великобритания, Австралия, Новая Зеландия, США, Канада это мои страны. Флаги этих стан у меня висят в палатке и в квартире.
 
Последнее редактирование:

diver15c

Помножен на ноль
#54
На занятиях по "экстремизму": Собирать ци в лесу, ходя и бегая с брёвнышком по лесу.
IMG_20160615_184533.jpg IMG_20160615_184517.jpg IMG_20160615_184502.jpg IMG_20160615_184447.jpg IMG_20160615_175027.jpg IMG_20160615_175009.jpg

Я вижу призрак Святовита

Меж облаков,

Кругом него – святая свита

Родных богов.

К. Бальмонт
Инициация (Initiation от лат. Initium – «начало») или посвящение – начало новой жизни, повторное рождение.

Инициация предназначена для перехода человека из одного статуса в другой, в частности, включение в некоторое сообщество. Обряды или ритуалы инициации также называются переходными или посвятительными (посвящение).

Корни обряда можно проследить в глубокой древности, практически у всех народов. Инициация обычно сопровождается праздничным обрядом, нередко с различными, часто мучительными испытаниями (например, нанесение татуировок, телесных повреждений, укусы муравьев, хирургические вмешательства и т.д.) Нередко применялись различные средства, вызывающие сонливость или значительное снижение болевой чувствительности, благодаря чему создавались условия для преодоления болезненных испытаний. Мифы и предания древнего периода истории свидетельствуют о многообразии обрядов.

Л. Леви-Брюль дал одно из определений сущности инициации: «Церемонии посвящения имеют целью сделать индивида “совершенным”, способным исполнять все функции законного члена племени».

В древнерусском «миру» сохранялось представление о строгой цикличности жизненного процесса, и эти циклы можно описать так: до 7 лет – дѣтя (или робя). В 7 лет ребенка отдавали в ученичество, и шло посвящение во взрослую жизнь, с работой и военным служением в границах дома, рода-племени или государства; затем наступала пора покоя, постепенное отступание в мир предков – старъ дѣдъ или стара баба. И, наконец, сама смерть – уход в мир иной.

Ритуалы перехода, существующие в различных культурах и знаменующие важные биологические и социальные перемены, вращаются вокруг триады рождения, совершеннолетия (для любви, хозяйственной и воинской деятельности) и смерти. В ритуалах совершеннолетия юноши и девушки рассматриваются как умирающие для роли детей и рождающиеся в качестве взрослых.

Возрастное разделение, обусловленное военной организацией общества, характерно для народов, находившихся на заключительных этапах разложения первобытно-общинного строя с рождением государственных форм. Подобные явления имели широкое распространение у народов, часто живших в условиях войны.

Когда-то, чтобы стать членом племени, ребенок должен был пройти поэтапную инициацию. Происходила она в три ступени. Первая – непосредственно при рождении, когда повитуха обрезала пуповину наконечником боевой стрелы, в случае с мальчиком, либо ножницами, в случае с девочкой, и пеленала ребенка в пеленку со знаками рода.

По достижении мальчиком трех лет он проходил подстягу – т.е. его сажали на коня, опоясывали мечом и три раза обвозили вокруг двора. После этого его начинали учить собственно мужским обязанностям. Девочке в три года впервые давали веретено и прялку.

В двенадцать-тринадцать лет, по достижении брачного возраста, мальчиков и девочек приводили в мужской и женский дома, где они получали набор сакральных знаний, необходимых им в жизни. После этого девушка надевала поневу (род юбки, носившийся поверх рубахи и говоривший о зрелости). Юноша после посвящения и присяги получал право носить боевое оружие и вступать в брак.

Инициации в общих чертах одинаковы для всего мира. По всей видимости, причина этого в том, что данные посвящения являются оптимальным способом стимулировать развитие человека в данном возрасте.

Л. Леви-Брюль начертил ставшую классической схему мировых систем инициации юноши на право называться мужчиной: «Новопосвящаемые отделяются от женщин и детей, с которыми они жили до этого времени. Обычно отделение совершается внезапно и неожиданно. Будучи вверены попечению и наблюдению определенно взрослого мужчины, с которым они часто находятся в известной родственной связи, новопосвящаемые обязаны пассивно подчиться всему, что с ними делают, и переносить без каких бы то ни было жалоб всякую боль, испытания являются долгими и мучительными, а порой доходят до настоящих пыток. Так мы встречаем и лишение сна, пищи, бичевание и сечение палками, удары дубиной по голове, выщипывание волос, соскабливание кожи, вырывание зубов, обрезание, подрезание, кровопускание, укусы ядовитых муравьев, душение дымом, подвешивание при помощи крючков, вонзаемых в тело, испытание огнем и т.д.»

Наставники проводили инициации так, что у молодых людей происходила коренная перестройка психики, снимались глубинные страхи, вырабатывались и закреплялись на бессознательном уровне навыки взаимодействия с новыми товарищами. Подростки становились взрослыми и, как следствие, получали статус полноправного члена общества – и новые права: право быть воином, право иметь жену, право заниматься созидательной магией.

Всякая серьезная инициация (или посвящение), как известно, делится на несколько фаз: выделение личности из привычного общества, пограничный период, испытания и ритуал посвящения, вхождение в новое сообщество или возвращение в коллектив, но уже в новом качестве.

Проведение инициаций за пределами своей территории, особенно в лесу, является характерной чертой этого обряда у многих народов. Мифологически выход за пределы своей территории приравнивается к смерти. А нахождение в лесу воспринималось как пребывание на том свете. Отсюда большая роль, которая отводилась в восточнославянской инициации божествам потустороннего мира. Отображением одного из таких божеств в сказках является Баба-яга. По мнению немецкой исследовательницы Беккер, образ яги восходит к древнеславянской богине Мокоши, Макоши, символизирующей древнюю пору матриархата. Среди ее функций были: определение судьбы человека и владычество над миром мертвых.

В лесу юноши жили в так называемых мужских домах для посвящений, где и проходили ученичество, испытание, «умирание» в старом качестве и посвящение в более «продвинутого» человека. Как показывают исследования, в древнюю эпоху у славян в ходе брачных ритуалов совершались обрядовые действия у реки. Она служила символическим рубежом перехода молодых людей в иной мир.



Баба-яга. Художник И.Я. Билибин


Из восточнославянских сказок видно, что при инициациях имело место не просто символическое умерщвление инициируемого, но и проглатывание его чудовищем, что придавало поэтическую трагичность происходящему. Для этой фазы испытаний как раз и характерны физические проверки посвящаемых: нанесение им болезненных ударов, ран, лишение пищи и всяческое унижение. Юноши в те времена знали, на что шли, и гордились своим умением преодолевать боль и трудности.

Из так называемых инициационных сказок можно узнать об оставлении мальчиками дома в семь лет (сказки о «семилетке» и др.). Герой одной из самых архаичных былин Волх Всеславьевич ушел из дому «десяти годов», собирал дружину (юношеский союз древней эпохи) «двенадцати годов» и обучал ее военным и охотничьим «премудростям» до «пятнадцати годов».

В русском фольклоре мы находим упоминания об остаточных формах ритуального похищения детей для прохождения обряда инициации. Соответственно, черт, леший, русалки, банник или гуси-лебеди, похищающие детей в сказках и былинах, являются мифологическими масками участников инициационного обряда. Причем реальный обряд представлял из себя особенную ролевую игру, часто с нешуточными испытаниями, в которой все участники разыгрывают установленные традицией роли.

Особо выделяются сказки с участием черта. На основе этимологических реконструкций слова «черт» можно построить модель ритуала посвящения у славян: посвящаемый символически уходит от прежней жизни, от семьи «за черту, к черту», в некоторое условное сообщество, где он временно превращается в «чужого» для прежнего общества, обучается необычному и возвращается в общину уже приобретшим особый статус посвященного.

Любая инициация «молодой – взрослый» строится по схеме «умри – воскресни». Иначе говоря, прежде чем перейти на новый качественный уровень, человек должен испытать частичное разрушение, подавление, агрессивное воздействие извне. Таковой в условиях инициации является символическая деградация человека до состояния зверя.

Экстремальное сообщество подростков, противопоставленное «обычному» миру, можно сравнить с волчьей стаей. У славян, как и у других индоевропейцев, подобные союзы часто и называли «волчьми», а самих участников – «волками». Этнографически зафиксированы случаи, когда инициируемые наряжались волками, носили одежду из шкур, при вступлении в союз обязаны были кусаться и выть. «Волчьи союзы» противопоставляют себя обыденному миру; как это и подобает хищникам, они похищают в деревнях продукты, хулиганят, дерутся и воюют с соперниками.

Обряды инициации при вступлении в воинские союзы включали нанесение себе ритуальных ран, а также единоборство с опасным зверем. Зверь должен был быть совсем не любым – и одной победой над ним смысл обряда не ограничивался. Победитель зачастую ел мясо и пил кровь убитого зверя, «приобретая» тем самым его магические качества…

Повествуя о воинских обычаях европейских скифов, называемых «цивилизованными» греками «волками и псами» и являющихся одними из предков современных славян, Геродот указывает: «Когда скиф убивает первого врага, он пьет его кровь. Головы всех убитых им в бою скифский воин приносит царю. Ведь только принесший голову врага получает свою долю добычи, а иначе нет» (Геродот, 1972). При комментировании этого отрывка Г.А. Стратановский указал со ссылкой на «Золотую ветвь» Д. Фрэзера, что кровь врага когда-то пили воины почти всех народов, «чтобы вместе с кровью всосать его силу».

Память об инициационных практиках встречается в волшебных сказках, причем испытания и приключения героев и героинь волшебных сказок почти всегда переводимы на язык посвящения. В одной из сказок молодая женщина совершила ошибку, вследствие которой ее возлюбленный «ушел» к товарищам. Героиня отправилась искать его – «пошла в поле, и зашла в пустой дом, и ухоронилась. И вот топотня, топотня, бегут сорок волков, и стали развертываться кругом столба по солнышку, и развернулись, и очутились все добрыми молодцами...»

В ритуалах посвящения будущего воина особое место занимают обряды, целью которых было придание телу воина неуязвимости как от оружия, так и от яда и болезней. Будущий воин проходил через процедуры закаливания тела снаружи и изнутри и по окончании обрядов подвергался испытаниям на неуязвимость с применением различного рода оружия.

Часто этапами мужского посвящения руководил жрец-кузнец. В русской сказке расчленением и оживлением героя также обычно занимается кузнец (вспомним хотя бы о кузнеце, выковавшем волку-воину новый голос). Широко известен сказочный сюжет, где инициационным обрядам подвергаются несчастные «козлята», которых у матери отнимает волк – тотемный предок, который потом возвращает их после испытаний.

Кузнечная магия – это уже более высшая ступень по сравнению с аграрной магией, поскольку именно кузнец впервые по-настоящему получает способность переработать и усовершенствовать то, что земля неспешно вынашивает в себе в течение тысяч лет. После посвящения с ритуальным умиранием и воскресением вся последующая жизнь воина как в мифе, так и в реальной жизни представляет собой цепочку подвигов-испытаний, в основе которых опять-таки лежат фрагменты или варианты инициационных испытаний.

Подготовка к инициации в ее древнейшем виде длилась в течение многих лет и представляла собой некий поток, в ходе следования по которому человек двигался от пассивного состояния ребенка к активному состоянию полноправного деятеля, будущего родителя и творца. За время своего многолетнего инициирующего обучения мужчина – будущий воин получал сакральные знания о таинствах мира и человеческого существования. Через мифы, переданные в ходе инициации, он узнавал священную историю племени, космогонические деяния богов и предков, которые было жизненно необходимо знать и которым надлежало неукоснительно следовать. Обучение военной магии и искусству занимало, естественно, центральное место в процессе подготовки воина.

Сведения об обрядах посвящения древнерусских дружинников содержит целый ряд былин.

Воинская дружина являла из себя большую семью со своими особыми обычаями, с практически родственными отношениями, сложившимися и укрепившимися в сражениях и ратных заботах, где все стоят друг за друга горой и где каждый готов защитить соратника-брата.

Новичок, желающий влиться в дружину, должен был иметь достойных поручителей из числа опытных воинов или уважаемых старейшин. Волхвы-целители удостоверяли его здоровье и верность заветам предков.

Истинное выделение юноши из общества, в котором он до тех пор воспитывался, происходило при проводах его ко двору князя или крупного боярина, где молодому человеку предстояло служить воином-дружинником. Из текстов песен мы видим, что молодых людей, которые шли в войско, провожали, как покойников на тот свет, и проводы новобранца носили в давние времена чисто погребальный характер, поскольку воин умирал прежде всего для своей семьи поскольку переходил в другую.

По прибытии в воинскую дружину молодые люди попадали в число младших отроков. Княжеская или воеводская дружина подразделялась на старшую и младшую. К старшей принадлежали бояре и дружинники, младшую составляли молодежь: отроки и гридни.

Прибыв к княжескому двору, юноша представлялся воеводе и его дружине в определенной обрядовой форме. Об этом можно судить по представлению былинных богатырей князю. Так, Илья Муромец «Крест-от клал ен по писаному, / Вел поклоны по-ученому. / На все три, на четыре на сторонки низко кланялся, / Самому князю Владымиру в особину, / Еще всим его князьям он подколенныим».

Затем, после принятия молодого воина в дружину, начиналась пора ученичества.

«Молодой воин, – указывает И.П. Крипякевич, – должен был познать всякие роды оружия, различные способы борьбы и рыцарских упражнений, должен был научиться бросать копье, стрелять из лука, владеть мечом и саблей, рубить топором, ездить верхом на коне, ходить на охоту, грести веслами, бороться врукопашную». В былинах имеются примеры обучения воинскому делу младших богатырей старшими: «Выучил Святогор Илью всем похваткам, / Поездкам богатырским».

В.Г. Балушок рассматривает свидетельства о существовании молодежных объединений в славянской среде в былинах: «Волх Всеславьевич ушел из дому “десяти годов”, собирал дружину (юношеский союз древней эпохи) “двенадцати годов” и обучал ее военным и охотничьим “премудростям” до “пятнадцати годов”».

У древних германцев к физическим испытаниям молодых воинов во время их инициаций принадлежали особые пляски между мечей и копий. «Голые молодые люди – это исключительно их потеха – между мечей и угрожающих копий занимаются пляскою». Подобные танцы между мечей и копий в прошлом входили в состав посвящений в воины-дружинники и у других европейских народов, в том числе у древних славян-русичей.

Главным испытанием будущих дружинников было их участие в воинских поединках и в битвах в качестве простых воинов. Об этом говорится в летописях, которые сообщают нам об «оружных» отроках, участвующих в военных действиях. Богатыри в былинах совершают свои подвиги дважды: один раз «по молодечеству», второй раз – уже «по службе».

Само Воинское посвящение происходило в несколько Кругов.

Первый Круг – проверка на физическую и духовную выносливость, стойкость к испытаниям и истязаниям. Способов проверки здесь могло быть весьма и весьма много, они подобны испытаниям воина у всех народов.

Вторым Кругом была проверка стихиями: Огнем¸ Землей и Водой. Огонь – стихия, покровительствующая всему Воинству. Новичку нужно было пройти босиком по огненной реке – дорожке из горячих углей и при этом не обжечь себе ног или хотя бы не показать вида боли. Сильные ожоги и жалобы говорили о недостаточной силе духа посвящаемого. Для более высокого уровня воинов одним из испытаний было проведение ночи на лысой горе с поднятым мечом в грозу. Испытание Водой заключало в себя умение плавать и подолгу скрываться в воде и под водой. И наконец, испытание Землей ознаменовало собой временное умирание – человека помещали в яму, которую забрасывали ветвями, в ней необходимо было провести без еды хотя бы полный дневной цикл (сутки), невзирая на темноту, голод и пугающие звуки, доносящиеся сверху.

Третьим Кругом была проверка на собственно воинское умение. Здесь новичка заставляли вести бой с опытными дружинниками, скрываться от погони, догонять самому. Бой велся как голыми руками, так и при помощи оружия. При этом смотрели, как новичок держит удары, как терпит боль, насколько он ловок, не поддается ли панике и слепому безумству…

Если новичок проходил с честью все три Круга, в урочный день вся дружина собиралась на капище, где жрец проводил над ним обряд Воинского посвящения. Здесь молодому воину давалось новое имя, что знаменовало новое рождение человека. О получении посвящаемым нового имени свидетельствуют былины. «Теперь будь-ко ты, Илья, до по имени, / Ишше будь-то ты свет да Мурамець, / Поэтому мы тебя назвали шьчо – Мурамець», – говорят посвящающие Илью калики перехожие (волхвы).

После того, как будущий воин доказал свою пригодность, он дает клятву-присягу богам или князю, олицетворяющему божественную власть, и приносит жертву – Требу. Своеобразным отголоском обряда инициации является принятие воинской присяги. Слова такой присяги донесли до нас былины: «Уш ты гой ecи, великий князь чернигофский! / Мы постараемсе тибе служить правдой-верою. / Правдой-верою служить да неизменною».



Илья Муромец. Антропологическая реконструкция


После поры учения и успешного прохождения всех испытаний, наступала пора вознаграждения оружием, конем, упряжью, одеждой и защитными доспехами. Д.С. Лихачев указывал, что на Руси бытовал обычай препоясывания мечом посвящаемых в дружинники, недаром для него существовал и специальный местный термин – «пасти мечом». Ритуальное переодевание посвящаемых совместно с получением новых имен символизировало их новое рождение.

О вручении дружинникам воинских атрибутов свидетельствуют былины: «По своей силы имей ты палицю тяжелую, / Не забудь ты ише да сабли вострою, / Ты тово ишше ножа да все булатнаго».

Затем происходило Кровное братание молодого воина со старыми дружинниками (такое Братство порой почиталось выше единоутробного) и далее – пир-братчина.

О нем мы можем судить по ритуалу братания нового богатыря, принимаемого в богатырскую дружину: «Золотыми крестами поменялиси, / Обнялись они, поцеловалиси, / Святогор-богатырь да будет больший брат, / Илья Муромец да будет меньший брат, / Хлеба-соли тут оно откушали, / Белой лебеди порушали».

Воинское посвящение чаще всего устраивали в летний Ярилин день, праздник проводился в два этапа – вечерний зачин и утренний. Можно было проводить обряд и на Перунов день либо любой другой славянский праздник по согласованию с волхвом общины или же воеводой дружины. Необходимо помнить, что существовало множество различных вариаций этого обряда, хотя в различных славянских племенах и местностях существовали основополагающие ритуалы.

Как известно, Перун, который в мифической битве с Велесом проходил инициационное испытание, был богом воинов. Можно допустить, что участие молодых воинов в походах, где они побеждали своих первых противников, осмысливалось как аналог древнеславянского мифа о поединке Громовержца-Перуна и Змея-Велеса. Недаром миф о поединке Громовержца с Велесом лег в основу многих фольклорных сюжетов о древнерусских воинах-богатырях. Не случайно Илья Муромец, Добрыня, Алеша Попович и другие богатыри имеют змееподобных противников, выступая в качестве Громовержца.

Многие воинские ритуалы древности долгое время сохранялись в среде казачества. Большое значение для казаков имели воинские обряды инициации – испытание новоприбывших в Войско казачье и их подготовка. Обряды инициации по своему смыслу напоминали древнеславянские «волчьи союзы»: юноши, проходя ритуал «перерождения», становились «волками» – молодыми воинами, обязанными определенное время жить в лесу, отдельно от людей, «волчьей жизнью». «Юнец», или «джур», вступая в сечевое общество, должен был «переродиться», то есть отречься от своей предыдущей жизни и быть постоянно готовым к смерти. Нередко на определенное время его поселяли в отдельный курень – для испытания.

Курс обучения военному делу длился семь лет. Кроме физических тренировок, юнец должен был «богу добре молитись, на коні “реп'яхом” сидіти, шаблею рубати і відбиватися, з рушниці зірко стріляти і шписою добре колоти...». После подготовительного курса проводилось испытание-экзамен, который включал и умение пить водку, и преодоление порогов на лодке, и неприметное «хождение», и укрощение коня. Одолев эти испытания, юнец получал право принимать участие в походе и мог считаться казаком.



Малороссийский казак начала XVIII в. Художник А.В. Висковатов


Официальное зачисление в казаки осуществлялось через обряд приема. Новичок, который прошел все испытания, обращался к куренному атаману, крестился, кланялся ему и просил принять в общество. По обычаю, атаман просил обрядового согласия у повара куреня (древний обычай степняков-охотников), и когда тот соглашался, новичок платил повару определенную сумму денег «на довольствие». Затем посвящаемый должен был привести на обряд поручителей – видавших виды казаков, которые хорошо знали его. Постановление обрядовой комиссии утверждал кошевой атаман. Новичку давались новое имя и прозвище, которое означало его новое рождение, – новый казак отказывается от своего прошлого, отрекается от супружеской жизни, обязуясь строго блюсти законы боевого казачества, в том числе безбрачие.

В случае нарушения обета или казацкой этики сечевика выгоняли из Сечи. Подобные решения принимались Советом казаков после расследования проступков.

При исследовании обрядов посвящения у казаков мы можем увидеть тождественность их во многом древним русским обрядам воинских инициаций.

http://oldrushistory.ru/library/Russkie-voinskie-traditsii/17
 
#55
поверхность языка вся белая от грязи, это показывает загрязнённость тела.
это не грязь. это отмершие и не отпавшие клетки слизистой языка.
Великобритания, Австралия, Новая Зеландия, США, Канада это мои страны. Флаги этих стан у меня висят в палатке и в квартире.
они об этом знают?
 
#57
Совсем голодаю, сейчас заканчиваются восьмые сутки голодания, остаётся около 22, или когда сильно тело потребует еды, сейчас нет такого требования, поверхность языка вся белая от грязи, это показывает загрязнённость тела.
Так и коньки отбросить недолго.

Мышечную массу тебе не жалко? Погорит ведь. Сердечная в том числе.
 
#58
А ты из какого мира пишешь - из иного, или еще с этого?

Если еще с этого, когда будешь переходить, притарь планшет, чтоб на таможне не отобрали, по нему запостишь нам каково там в мире ином, ок?
 
#59
это не грязь. это отмершие и не отпавшие клетки слизистой языка.

они об этом знают?
а почему у одних язык чистый или налета мало, а у других больше? Плюс после возлияний и некоторых лекарств их становится больше и цвет хреновый (?)