Военно-морская история

Показалось весьма интересным:
Задался вопросом выяснить, где и какую ПЛ впервые вооружили торпедами *(в значении "самодвижущаяся мина"). Как ни странно, нигде такую информацию не нашел. Кто-нибудь может просветить?
ПЛ была построена в 1887-1889гг. на испанской верфи La Carraca, имела однотрубный носовой торпедный аппарат и боекомплект из 3-х 1450-мм немецких "торпед Шварцкопфа". В 1889-1990 гг. успешно прошла ходовые и огневые испытания, однако решением военно-морского командования Испании не была включена в состав ВМС, была возвращена на верфь - и ныне экспонируется в военно-морском музее города Картахена.
o_O
https://en.wikipedia.org/wiki/Spanish_submarine_Peral

если учесть что тогда ближния блокада нормальный инструмент морской войны то 2-3 таких пусудины в порту могли быстро стать неприемлимым риском для любого противника
Кстати, испанцы не забывают:
подлодки, получившей имя «Исаак Пераль» в честь испанского инженера и конструктора подводных лодок, жившего во второй половине XIX века.
 
Нашёл, что первой подводной лодкой, способной выпускать торпеды под водой был османский "Абдул-Хамид", построенный в Англии в 1886 году.
Все-таки не электрическая и с кучей неустранимых дефектов. А испанец молодец - опередил целых французов на 2 недели.
 

Mic

 
Приказ о проверке боевой деятельности Краснознаменного Балтийского флота. № 00260. 20 декабря 1944 г. // ЦВМА, ф. 79, д. 39844, л. 261—272. Подлинник.



Начиная с сентября месяца этого года боевая деятельность Краснознаменного
Балтийского флота осуществлялась в условиях изгнания немецких захватчиков
Красной Армией из Прибалтийских советских республик и выхода из войны
Финляндии.

В течение этого большого оперативного отрезка времени мною не раз
отмечались крупные недостатки и пассивность в выполнении флотом своих
боевых задач. Указывалось на отсутствие организации взаимодействия надводных,
подводных и воздушных сил при нарушении коммуникаций противника,
на недостаточное содействие флотом нашим сухопутным войскам в
освобождении морских баз и портов Таллинн и Рига, на нецелеустремленность
и неактивность в использовании легких сил и, в частности, торпедных катеров,

на запоздалое и несвоевременное развертывание резерва подводных лодок в
Балтийском море и их плавбаз в портах Финляндии, на плохую организацию
боевого обеспечения, в особенности разведки и противолодочной обороны.

Надо было ожидать, что командующий Краснознаменным Балтийским флотом
примет серьезные меры по устранению указанных недостатков и наладит
порядок на флоте.

Однако произведенной по моему приказанию Главным морским штабом с
22 ноября по 12 декабря этого года проверкой боевой деятельности Краснознаменного
Балтийского флота установлено, что не только не устранены все
ранее отмеченные мной недостатки, но имеется еще ряд новых фактов, свидетельствующих
о продолжающейся безынициативности и пассивности в боевой
работе флота.

1. При содействии войскам Ленинградского фронта в очищении от противника
полуострова Сворбе (о. Эзель), флотом не была выполнена поставленная
ему задача блокировать полуостров, не допустив подвоза резервов и эвакуации
войск противника. В результате противник через Ирбенский пролив не только
осуществлял систематическое питание своих войск, но и беспрепятственно
вывез с полуострова Сворбе две дивизии, чем усилил свою группировку в
районе Либава-Тукумс.

В процессе этой операции 23 ноября с 9 часов 32 мин в течение целого
дня крейсер противника типа «Лютцов» безнаказанно и без существенных
помех со стороны Краснознаменного Балтийского флота, на виду с нашего
берега, из района западнее полуострова Сворбе, при хорошей погоде для
использования как кораблей, так и авиации, обстреливал наши войска на
полуострове и, получив возможно только незначительные повреждения от
нанесенных с большим опозданием двух ударов штурмовиков и бомбардировщиков,
причем весьма ограниченным и явно недостаточным числом самолетов,
ушел в свою базу.

Как могло получиться, что столь благоприятная возможность уничтожения
эвакуируемых противником морем двух дивизий и появившегося крейсера
противника была упущена?

Это произошло только потому, что:
а) Краснознаменный Балтийский флот в целом к этой единственной активной
операции, проводимой в этот период, по серьезному не готовился.
Командующий флотом не придал ей необходимого значения.

б) Не были поставлены задачи всем соединениям и частям, могущим участвовать
в операции. В частности, не было вовсе поставлено задач бригаде
подводных лодок и тылу флота. В результате этого, вместо дополнительного
развертывания наибольшего числа подводных лодок (в частности двух резервных
подводных лодок типа «М»), в операции участвовала лишь одна подводная
лодка, а торпедные катера, катерные тральщики, морские бронекатера и канлодки
остались без топлива в момент самой интенсивной эвакуации войск
противника с полуострова и появления крейсера противника.

в) Не был использован ближайший к району действий аэродром Кагул
(остров Эзель) для штурмовой, торпедоносной и бомбардировочной авиации,
хотя к этому были все возможности как по условиям аэродромным, так и
материально-технического обеспечения.

г) Командовавший действующим отрядом кораблей контр-адмирал Святов
при постановке задач подчиненным частям самовольно исключил задачу блокады
полуострова, неосновательно ссылаясь на отсутствие средств и благоприятной
погоды.

д) По важности выполняемой операции необходимо было руководить ею
лично командующему флотом со своим походным штабом и не было необходимости
создания специального штаба «операции на море» и назначения командиром
этой операции контр-адмирала тов. Святова.

2. Рижский морской оборонительный район, непосредственно граничащий
с противником на море, имея свой штаб расположенным в 50 километрах от
линии фронта, за полтора месяца своего существования никакой боевой деятельности
не ведет и стремления к этому не имеет, хотя корабли противника


продолжают систематически действовать во всем Рижском заливе, а подводные
лодки его появляются даже у входа в реку Западную Двину.

а) Командующий РМОР контр-адмирал тов. Чероков, находившийся с опергруппой
своего штаба в Риге с 13 октября, оперативными вопросами вовсе не
занимался, а уделял основное внимание размещению штабов, частей и тыла
в городе Рига.

б) Должного оперативного режима в Рижском заливе создано не было.
Разведка не велась. Дозоры не неслись вовсе. Средств для поиска и уничтожения
подводных лодок противника подготовлено не было. Наблюдение организовано
не было. Даже не было выставлено поста СНиС на побережье Рижского залива
у фланга нашей армии. Не использовался для этой цели остров Рухну, и даже
не было известно, оставлен ли он противником; остров был занят только по
моему прямому приказанию.

В) Траление организовано неудовлетворительно. В день проверки в УстьДвинске
и Риге находилось до 20 тральных единиц, но траление магнитных
мин могли начать только четыре, так как по халатности штаба и тыла района
электромагнитые тралы для остальных кораблей были оставлены в Ленинграде.
Очередность траления предусматривала только обеспечение ввода кораблей в
Западную Двину на зимовку и совершенно не была направлена на расширение
своей операционной зоны и обеспечение фарватеров для прохода кораблей,
для содействия флангу Красной Армии.

г) Противодесантной обороной вовсе не занимались. Взаимодействие с частями
Красной Армии и использование всех имеемых сил и средств для
отражения десанта противника не было вовсе подготовлено.

д) Командир ОВРа РМОР капитан 1 ранга тов. Мещерский и его штаб
боевого управления своими частями вообще не имели, не только обстановки
в Рижском заливе, а даже количества тральщиков, занятых тралением, не
знали, охраны входа в Усть-Двинск и наблюдения за рейдом не установили,
свой штаб разместили в городе Рига в 15-километровом удалении от основного
места стоянки кораблей в Усть-Двинске и залива.

ОХР ОВРа РМОР фактически отсутствовал, так как его личный состав
использовался на строительных работах. Ясно, что порядка в Рижском заливе
при этом не могло быть.

а) Коммуникация противника Виндава—Либава—Мемель — Данциг не
подвергается никакому воздействию надводных кораблей флота.

Исключительно выгодный пункт базирования ударных легких сил флота,
как расположенный в центре этой коммуникации порт Швентой, могущий
быть быстро, но при некоторой затрате сил, подготовленным к этому, не
использован. Мои неоднократные в продолжении двух месяцев требования о
подготовке порта Швентой до сих пор не выполнены без всяких к тому причин.
Вместо настойчивых мер по расширению базирования кораблей флота для
развития ударов по коммуникациям противника из ее центра по всем направлениям,
поступают совершенно неосновательные ссылки на различные трудности,
вплоть до попытки доказать невозможность выполнения поставленной
мною задачи. Работы по углублению входного фарватера в порт Швентой,
начатые после вмешательства Главного морского штаба на месте, затянули до
заморозков и появления льда, чем еще больше задержали использование порта
Швентой.

Все это могло иметь место только в результате отсутствия внимания и
руководства со стороны командующего флотом важнейшим в настоящий момент
на Балтийском театре Рижским морским оборонительным районом.

3. Военно-воздушные силы флота, отличающиеся в лучшую сторону из
всех крупных соединений флота своим стремлением к активной боевой деятельности
с хорошо организованным маневренным перебазированием своих
боевых соединений и их тылов в ближайшие районы действий (Паланген,
Паневежис), давшие увеличение эффективности их использования, все же
имеют следующие крупные недостатки:

а) В боевой деятельности авиации вовсе отсутствует взаимодействие с
кораблями флота и береговой обороной.


б) Несмотря на сравнительно большое напряжение разведывательной авиации
(15-й отдельный развеывательный авиационный Таллиннский Краснознаменный
полк), воздушная разведка еще стоит на низком уровне. Работа
летчиков-разведчиков не целеустремлена на вскрытие характера деятельности
флота и авиации противника. Данные разведки отрабатываются поверхностно,
глубоко не изучаются. Задачи и способы разведки не совершенствуются.

Штаб 15-го отдельного разведывательного авиационного Таллиннского Краснознаменного
полка работает неудовлетворительно, а разведывательный отдел
штаба ВВС им не руководит.

в) Оборона передовых аэродромов (Паланген) в условиях непосредственной
близости линии фронта и угрозы морского и воздушного диверсионного десанта
противника находится в явно неудовлетворительном состоянии.

4. Таллиннский морской оборонительный район не знал границ своей операционной
зоны, в силу чего не имел отчетливого представления, за что он
несет ответственность:

а) Состояние противолодочной обороны в Финском заливе продолжает оставаться
плохим. Несмотря на ежедневные обнаружения подводных лодок
противника в одном и том же районе устья Финского залива в течение двух
месяцев, до сих пор не организована ни одна сколько-нибудь серьезная операция
по поиску и уничтожению этих подводных лодок противника.

б) Штабом района не организовано взаимодействие и связь дозорных кораблей
с батареями береговой обороны. Не поставлены задачи ВМБ Порккала
-Удд и 260-й отдельной бригаде морской пехоты.

5. Бригада подводных лодок с момента появления возможности выхода
подводных лодок в море шхерами проделала значительную работу. Однако в
ее деятельности выявлено ряд крупных недостатков:

а) Опоздание развертывания базирования подводных лодок на порты Финляндии
на целый месяц от момента выхода первых подводных лодок в Балтийское
море вызвало задержку организации и нарушение непрерывности
боевого управления ими и их боевой деятельности.

б) Взаимодействие подводных лодок с авиацией до настоящего времени
вовсе отсутствует. Подводные лодки данные воздушной разведки о транспортах
противника получают через 10—18 час.

В силу этих причин маневренное и групповое использование подводных
лодок не организовано.

в) Результаты торпедных атак подводных лодок не проверяются, а это
приводит к ложному представлению об эффективности их использования.
Разительным примером является официально зафиксированный случай потопления
одним четырехторпедным залпом подводной лодки «Щ-307» одновременно
трех транспортов противника, стоявших на якоре на глубинах 8—10
метров у входа в Виндаву, по которому абсолютно никакой проверки ни
аэрофоторазведкой, ни другими средствами сделано не было.

6. Боевое управление флотом продолжает оставаться на низком уровне и
не отвечает требованиям активной борьбы с противником.

а) Военный совет флота не поставил вовсе боевых задач Рижскому морскому
оборонительному району и не полностью поставил боевые задачи Таллиннскому
морскому оборонительному району, не объявив им границ их операционных
зон и не определив границ районов баз, ОВРов и ОХРов внутри самих морских
оборонительных районов. Морские оборонительные районы в свою очередь не
поставили боевых задач своим соединениям.

В результате этого трудно определить, кто за что отвечает и кто кому
подчинен. Продолжает оставаться много хозяев в одной и той-же операционной
зоне. И не случайно командиру БПЛ поручено руководство обеспечением
нашей коммуникации из Швеции до меридиана острова Гогланд, в то время
как эта коммуникация проходит через операционную зону Таллиннского морского
оборонительного района, а подчиненный непосредственно Таллиннскому
морскому оборонительному району командир ВМБ Порккала-Удд переподчинен
по этому-же вопросу командиру бригады подводных лодок.

Начальник штаба эскадры контр-адмирал тов. Святов, командуя операцией


на полуострове Сворбе, в подчинении имел боевые средства Таллиннского
морского оборонительного района и бригады шхерных кораблей, подчинялся
непосредственно Военному совету флота, а действовал в операционной зоне
Рижского морского оборонительного района.

б) Командующий флотом продолжает до сих пор управлять соединениями
не путем постановки задач и жесткого требования их выполнения, а распорядительным
порядком по телефонным звонкам.

в) Оповещение о появлении кораблей противника и переходах морем своих
кораблей не организовано.

В результате этого о крейсере типа «Лютцов», который обстреливал 23
ноября наши войска на полуострове Сворбе, оповещения по флоту дано не
было; 22 ноября около 20 час. в районе Айнажи появилось девять кораблей
с огнями; армейские батареи просили разрешения открыть по этим кораблям
огонь, что штаб флота запретил, так как определить свои это корабли или
противника не мог.

г) Взаимодействие кораблей, авиации и береговой обороны отсутствует. До
сих пор не было не только ни одной совместной операции этих сил для удара
по конвоям противника, но даже каждая из них не знает зон действия другого,
а в результате: 18 ноября в 16 час. 07 мин. и в 16 час. 20 мин. наши торпедные
катера были атакованы нашими же самолетами в районе восточнее полуострова
Сворбе; 28 ноября в Данцигской бухте наш самолет-торпедоносец атаковал
подводную лодку, хотя в этом районе находилась наша подводная лодка.

д) Оперативная разведка на театре организована плохо. Развертывание
радиоразведывательных средств и разведывательной группы в районе Швентой—
Паланген произведено с опозданием и только по указанию Главного
морского штаба. В результате отсутствия взаимодействия между различными
силами и средствами разведки, непрерывность ее на театре не достигнута.
Должного анализа и вывода по данным разведки штабом флота и штабами
соединений не производится, а это приводит к положению, при котором задания
на разведку не целеустремляют исполнителей на совершенствование способов
разведки и улучшение ее результатов.

е) Связь в Таллиннском и Рижском морских оборонительных районах
находится на низком уровне. Время прохождения телеграмм и их искажаемость
увеличились с августа по ноябрь месяц вдвое.

Узел связи штаба флота, состоящий из 144 чел. бездействует, а обеспечение
флота связью осуществляют во вред своим прямым задачам органы службы
наблюдения и связи Таллиннского морского оборонительного района. Мой
приказ № 0733 от 12 сентября 1944 г.* об оборудовании к 15 ноября десяти
подводных лодок перископными антеннами не выполнен.

ж) Командные пункты соединений Рижского морского оборонительного района
находятся в неудовлетворительном состоянии. Командные пункты Таллиннского
морского оборонительного района требуют значительного улучшения.
Отсутствует единое понимание организации командных пунктов на флоте. Нет
стремления защитить командные пункты от бомб противника.

з) Наставления и другие документы, регламентирующие оперативный режим
и взаимодействие соединений флота, до сих пор штабом флота не отработаны.


Указанные беспорядки и упущения в боевой деятельности флота объясняются
общей пассивностью на Краснознаменном Балтийском флоте и в первую очередь
неправильным стилем руководства командующего флотом и слабой работой
штаба флота.

За плохое руководство соединениями, неорганизованность и бессистемность
в работе, за указанные упущения на флоте командующему флотом адмиралу
тов. Трибуц В. Ф. объявляю строгий выговор.

За плохую организацию боевого управления начальнику штаба флота контрадмиралу
тов. Петрову объявляю выговор.


а недопустимо плохую работу оперативного отдела штаба флота начальнику
отдела контр-адмиралу тов. Ладинскому объявляю строгий выговор и предупреждаю
его, что если он немедленно резко не улучшит работу оперативного
отдела, то будет с занимаемой должности снят с понижением.

За отсутствие организации боевой деятельности в Рижском морском оборонительном
районе командующему им контр-адмиралу тов. Черокову объявляю
строгий выговор и предупреждаю о неполном служебном соответствии.

За плохое состояние связи на флоте начальнику отдела связи КБФ генерал
-майору береговой службы тов. Зернову объявляю выговор.

Командира ОВРа Рижского морского оборонительного района капитана 1
ранга тов. Мещерского, как несправившегося со своими обязанностями, от
занимаемой должности отстранить.

Начальника штаба ОВРа Рижского морского оборонительного района капитана
3 ранга Паршина отстранить за бездеятельность от занимаемой должности
и назначить с понижением.

Приказываю:

1. Военному совету КБФ указанные безобразия и упущения решительными
мерами устранить и навести порядок на флоте, для чего устанавливаю срок
1 марта 1945 г.

2. Начальнику Главного морского штаба проверить после 1 марта 1945 г.
исполнение настоящего приказа и результаты доложить мне.

3. Настоящий приказ довести до сведения только военных советов флотов
и флотилий, начальников центральных управлений НК ВМФ и начальника
Военно-морской академии.*

КУЗНЕЦОВ
 
Приказ о проверке боевой деятельности Краснознаменного Балтийского флота. № 00260. 20 декабря 1944 г. // ЦВМА, ф. 79, д. 39844, л. 261—272. Подлинник.



Начиная с сентября месяца этого года боевая деятельность Краснознаменного
Балтийского флота осуществлялась в условиях изгнания немецких захватчиков
Красной Армией из Прибалтийских советских республик и выхода из войны
Финляндии.

В течение этого большого оперативного отрезка времени мною не раз
отмечались крупные недостатки и пассивность в выполнении флотом своих
боевых задач. Указывалось на отсутствие организации взаимодействия надводных,
подводных и воздушных сил при нарушении коммуникаций противника,
на недостаточное содействие флотом нашим сухопутным войскам в
освобождении морских баз и портов Таллинн и Рига, на нецелеустремленность
и неактивность в использовании легких сил и, в частности, торпедных катеров,

на запоздалое и несвоевременное развертывание резерва подводных лодок в
Балтийском море и их плавбаз в портах Финляндии, на плохую организацию
боевого обеспечения, в особенности разведки и противолодочной обороны.

Надо было ожидать, что командующий Краснознаменным Балтийским флотом
примет серьезные меры по устранению указанных недостатков и наладит
порядок на флоте.

Однако произведенной по моему приказанию Главным морским штабом с
22 ноября по 12 декабря этого года проверкой боевой деятельности Краснознаменного
Балтийского флота установлено, что не только не устранены все
ранее отмеченные мной недостатки, но имеется еще ряд новых фактов, свидетельствующих
о продолжающейся безынициативности и пассивности в боевой
работе флота.

1. При содействии войскам Ленинградского фронта в очищении от противника
полуострова Сворбе (о. Эзель), флотом не была выполнена поставленная
ему задача блокировать полуостров, не допустив подвоза резервов и эвакуации
войск противника. В результате противник через Ирбенский пролив не только
осуществлял систематическое питание своих войск, но и беспрепятственно
вывез с полуострова Сворбе две дивизии, чем усилил свою группировку в
районе Либава-Тукумс.

В процессе этой операции 23 ноября с 9 часов 32 мин в течение целого
дня крейсер противника типа «Лютцов» безнаказанно и без существенных
помех со стороны Краснознаменного Балтийского флота, на виду с нашего
берега, из района западнее полуострова Сворбе, при хорошей погоде для
использования как кораблей, так и авиации, обстреливал наши войска на
полуострове и, получив возможно только незначительные повреждения от
нанесенных с большим опозданием двух ударов штурмовиков и бомбардировщиков,
причем весьма ограниченным и явно недостаточным числом самолетов,
ушел в свою базу.

Как могло получиться, что столь благоприятная возможность уничтожения
эвакуируемых противником морем двух дивизий и появившегося крейсера
противника была упущена?

Это произошло только потому, что:
а) Краснознаменный Балтийский флот в целом к этой единственной активной
операции, проводимой в этот период, по серьезному не готовился.
Командующий флотом не придал ей необходимого значения.

б) Не были поставлены задачи всем соединениям и частям, могущим участвовать
в операции. В частности, не было вовсе поставлено задач бригаде
подводных лодок и тылу флота. В результате этого, вместо дополнительного
развертывания наибольшего числа подводных лодок (в частности двух резервных
подводных лодок типа «М»), в операции участвовала лишь одна подводная
лодка, а торпедные катера, катерные тральщики, морские бронекатера и канлодки
остались без топлива в момент самой интенсивной эвакуации войск
противника с полуострова и появления крейсера противника.

в) Не был использован ближайший к району действий аэродром Кагул
(остров Эзель) для штурмовой, торпедоносной и бомбардировочной авиации,
хотя к этому были все возможности как по условиям аэродромным, так и
материально-технического обеспечения.

г) Командовавший действующим отрядом кораблей контр-адмирал Святов
при постановке задач подчиненным частям самовольно исключил задачу блокады
полуострова, неосновательно ссылаясь на отсутствие средств и благоприятной
погоды.

д) По важности выполняемой операции необходимо было руководить ею
лично командующему флотом со своим походным штабом и не было необходимости
создания специального штаба «операции на море» и назначения командиром
этой операции контр-адмирала тов. Святова.

2. Рижский морской оборонительный район, непосредственно граничащий
с противником на море, имея свой штаб расположенным в 50 километрах от
линии фронта, за полтора месяца своего существования никакой боевой деятельности
не ведет и стремления к этому не имеет, хотя корабли противника


продолжают систематически действовать во всем Рижском заливе, а подводные
лодки его появляются даже у входа в реку Западную Двину.

а) Командующий РМОР контр-адмирал тов. Чероков, находившийся с опергруппой
своего штаба в Риге с 13 октября, оперативными вопросами вовсе не
занимался, а уделял основное внимание размещению штабов, частей и тыла
в городе Рига.

б) Должного оперативного режима в Рижском заливе создано не было.
Разведка не велась. Дозоры не неслись вовсе. Средств для поиска и уничтожения
подводных лодок противника подготовлено не было. Наблюдение организовано
не было. Даже не было выставлено поста СНиС на побережье Рижского залива
у фланга нашей армии. Не использовался для этой цели остров Рухну, и даже
не было известно, оставлен ли он противником; остров был занят только по
моему прямому приказанию.

В) Траление организовано неудовлетворительно. В день проверки в УстьДвинске
и Риге находилось до 20 тральных единиц, но траление магнитных
мин могли начать только четыре, так как по халатности штаба и тыла района
электромагнитые тралы для остальных кораблей были оставлены в Ленинграде.
Очередность траления предусматривала только обеспечение ввода кораблей в
Западную Двину на зимовку и совершенно не была направлена на расширение
своей операционной зоны и обеспечение фарватеров для прохода кораблей,
для содействия флангу Красной Армии.

г) Противодесантной обороной вовсе не занимались. Взаимодействие с частями
Красной Армии и использование всех имеемых сил и средств для
отражения десанта противника не было вовсе подготовлено.

д) Командир ОВРа РМОР капитан 1 ранга тов. Мещерский и его штаб
боевого управления своими частями вообще не имели, не только обстановки
в Рижском заливе, а даже количества тральщиков, занятых тралением, не
знали, охраны входа в Усть-Двинск и наблюдения за рейдом не установили,
свой штаб разместили в городе Рига в 15-километровом удалении от основного
места стоянки кораблей в Усть-Двинске и залива.

ОХР ОВРа РМОР фактически отсутствовал, так как его личный состав
использовался на строительных работах. Ясно, что порядка в Рижском заливе
при этом не могло быть.

а) Коммуникация противника Виндава—Либава—Мемель — Данциг не
подвергается никакому воздействию надводных кораблей флота.

Исключительно выгодный пункт базирования ударных легких сил флота,
как расположенный в центре этой коммуникации порт Швентой, могущий
быть быстро, но при некоторой затрате сил, подготовленным к этому, не
использован. Мои неоднократные в продолжении двух месяцев требования о
подготовке порта Швентой до сих пор не выполнены без всяких к тому причин.
Вместо настойчивых мер по расширению базирования кораблей флота для
развития ударов по коммуникациям противника из ее центра по всем направлениям,
поступают совершенно неосновательные ссылки на различные трудности,
вплоть до попытки доказать невозможность выполнения поставленной
мною задачи. Работы по углублению входного фарватера в порт Швентой,
начатые после вмешательства Главного морского штаба на месте, затянули до
заморозков и появления льда, чем еще больше задержали использование порта
Швентой.

Все это могло иметь место только в результате отсутствия внимания и
руководства со стороны командующего флотом важнейшим в настоящий момент
на Балтийском театре Рижским морским оборонительным районом.

3. Военно-воздушные силы флота, отличающиеся в лучшую сторону из
всех крупных соединений флота своим стремлением к активной боевой деятельности
с хорошо организованным маневренным перебазированием своих
боевых соединений и их тылов в ближайшие районы действий (Паланген,
Паневежис), давшие увеличение эффективности их использования, все же
имеют следующие крупные недостатки:

а) В боевой деятельности авиации вовсе отсутствует взаимодействие с
кораблями флота и береговой обороной.


б) Несмотря на сравнительно большое напряжение разведывательной авиации
(15-й отдельный развеывательный авиационный Таллиннский Краснознаменный
полк), воздушная разведка еще стоит на низком уровне. Работа
летчиков-разведчиков не целеустремлена на вскрытие характера деятельности
флота и авиации противника. Данные разведки отрабатываются поверхностно,
глубоко не изучаются. Задачи и способы разведки не совершенствуются.

Штаб 15-го отдельного разведывательного авиационного Таллиннского Краснознаменного
полка работает неудовлетворительно, а разведывательный отдел
штаба ВВС им не руководит.

в) Оборона передовых аэродромов (Паланген) в условиях непосредственной
близости линии фронта и угрозы морского и воздушного диверсионного десанта
противника находится в явно неудовлетворительном состоянии.

4. Таллиннский морской оборонительный район не знал границ своей операционной
зоны, в силу чего не имел отчетливого представления, за что он
несет ответственность:

а) Состояние противолодочной обороны в Финском заливе продолжает оставаться
плохим. Несмотря на ежедневные обнаружения подводных лодок
противника в одном и том же районе устья Финского залива в течение двух
месяцев, до сих пор не организована ни одна сколько-нибудь серьезная операция
по поиску и уничтожению этих подводных лодок противника.

б) Штабом района не организовано взаимодействие и связь дозорных кораблей
с батареями береговой обороны. Не поставлены задачи ВМБ Порккала
-Удд и 260-й отдельной бригаде морской пехоты.

5. Бригада подводных лодок с момента появления возможности выхода
подводных лодок в море шхерами проделала значительную работу. Однако в
ее деятельности выявлено ряд крупных недостатков:

а) Опоздание развертывания базирования подводных лодок на порты Финляндии
на целый месяц от момента выхода первых подводных лодок в Балтийское
море вызвало задержку организации и нарушение непрерывности
боевого управления ими и их боевой деятельности.

б) Взаимодействие подводных лодок с авиацией до настоящего времени
вовсе отсутствует. Подводные лодки данные воздушной разведки о транспортах
противника получают через 10—18 час.

В силу этих причин маневренное и групповое использование подводных
лодок не организовано.

в) Результаты торпедных атак подводных лодок не проверяются, а это
приводит к ложному представлению об эффективности их использования.
Разительным примером является официально зафиксированный случай потопления
одним четырехторпедным залпом подводной лодки «Щ-307» одновременно
трех транспортов противника, стоявших на якоре на глубинах 8—10
метров у входа в Виндаву, по которому абсолютно никакой проверки ни
аэрофоторазведкой, ни другими средствами сделано не было.

6. Боевое управление флотом продолжает оставаться на низком уровне и
не отвечает требованиям активной борьбы с противником.

а) Военный совет флота не поставил вовсе боевых задач Рижскому морскому
оборонительному району и не полностью поставил боевые задачи Таллиннскому
морскому оборонительному району, не объявив им границ их операционных
зон и не определив границ районов баз, ОВРов и ОХРов внутри самих морских
оборонительных районов. Морские оборонительные районы в свою очередь не
поставили боевых задач своим соединениям.

В результате этого трудно определить, кто за что отвечает и кто кому
подчинен. Продолжает оставаться много хозяев в одной и той-же операционной
зоне. И не случайно командиру БПЛ поручено руководство обеспечением
нашей коммуникации из Швеции до меридиана острова Гогланд, в то время
как эта коммуникация проходит через операционную зону Таллиннского морского
оборонительного района, а подчиненный непосредственно Таллиннскому
морскому оборонительному району командир ВМБ Порккала-Удд переподчинен
по этому-же вопросу командиру бригады подводных лодок.

Начальник штаба эскадры контр-адмирал тов. Святов, командуя операцией


на полуострове Сворбе, в подчинении имел боевые средства Таллиннского
морского оборонительного района и бригады шхерных кораблей, подчинялся
непосредственно Военному совету флота, а действовал в операционной зоне
Рижского морского оборонительного района.

б) Командующий флотом продолжает до сих пор управлять соединениями
не путем постановки задач и жесткого требования их выполнения, а распорядительным
порядком по телефонным звонкам.

в) Оповещение о появлении кораблей противника и переходах морем своих
кораблей не организовано.

В результате этого о крейсере типа «Лютцов», который обстреливал 23
ноября наши войска на полуострове Сворбе, оповещения по флоту дано не
было; 22 ноября около 20 час. в районе Айнажи появилось девять кораблей
с огнями; армейские батареи просили разрешения открыть по этим кораблям
огонь, что штаб флота запретил, так как определить свои это корабли или
противника не мог.

г) Взаимодействие кораблей, авиации и береговой обороны отсутствует. До
сих пор не было не только ни одной совместной операции этих сил для удара
по конвоям противника, но даже каждая из них не знает зон действия другого,
а в результате: 18 ноября в 16 час. 07 мин. и в 16 час. 20 мин. наши торпедные
катера были атакованы нашими же самолетами в районе восточнее полуострова
Сворбе; 28 ноября в Данцигской бухте наш самолет-торпедоносец атаковал
подводную лодку, хотя в этом районе находилась наша подводная лодка.

д) Оперативная разведка на театре организована плохо. Развертывание
радиоразведывательных средств и разведывательной группы в районе Швентой—
Паланген произведено с опозданием и только по указанию Главного
морского штаба. В результате отсутствия взаимодействия между различными
силами и средствами разведки, непрерывность ее на театре не достигнута.
Должного анализа и вывода по данным разведки штабом флота и штабами
соединений не производится, а это приводит к положению, при котором задания
на разведку не целеустремляют исполнителей на совершенствование способов
разведки и улучшение ее результатов.

е) Связь в Таллиннском и Рижском морских оборонительных районах
находится на низком уровне. Время прохождения телеграмм и их искажаемость
увеличились с августа по ноябрь месяц вдвое.

Узел связи штаба флота, состоящий из 144 чел. бездействует, а обеспечение
флота связью осуществляют во вред своим прямым задачам органы службы
наблюдения и связи Таллиннского морского оборонительного района. Мой
приказ № 0733 от 12 сентября 1944 г.* об оборудовании к 15 ноября десяти
подводных лодок перископными антеннами не выполнен.

ж) Командные пункты соединений Рижского морского оборонительного района
находятся в неудовлетворительном состоянии. Командные пункты Таллиннского
морского оборонительного района требуют значительного улучшения.
Отсутствует единое понимание организации командных пунктов на флоте. Нет
стремления защитить командные пункты от бомб противника.

з) Наставления и другие документы, регламентирующие оперативный режим
и взаимодействие соединений флота, до сих пор штабом флота не отработаны.


Указанные беспорядки и упущения в боевой деятельности флота объясняются
общей пассивностью на Краснознаменном Балтийском флоте и в первую очередь
неправильным стилем руководства командующего флотом и слабой работой
штаба флота.

За плохое руководство соединениями, неорганизованность и бессистемность
в работе, за указанные упущения на флоте командующему флотом адмиралу
тов. Трибуц В. Ф. объявляю строгий выговор.

За плохую организацию боевого управления начальнику штаба флота контрадмиралу
тов. Петрову объявляю выговор.


а недопустимо плохую работу оперативного отдела штаба флота начальнику
отдела контр-адмиралу тов. Ладинскому объявляю строгий выговор и предупреждаю
его, что если он немедленно резко не улучшит работу оперативного
отдела, то будет с занимаемой должности снят с понижением.

За отсутствие организации боевой деятельности в Рижском морском оборонительном
районе командующему им контр-адмиралу тов. Черокову объявляю
строгий выговор и предупреждаю о неполном служебном соответствии.

За плохое состояние связи на флоте начальнику отдела связи КБФ генерал
-майору береговой службы тов. Зернову объявляю выговор.

Командира ОВРа Рижского морского оборонительного района капитана 1
ранга тов. Мещерского, как несправившегося со своими обязанностями, от
занимаемой должности отстранить.

Начальника штаба ОВРа Рижского морского оборонительного района капитана
3 ранга Паршина отстранить за бездеятельность от занимаемой должности
и назначить с понижением.

Приказываю:

1. Военному совету КБФ указанные безобразия и упущения решительными
мерами устранить и навести порядок на флоте, для чего устанавливаю срок
1 марта 1945 г.

2. Начальнику Главного морского штаба проверить после 1 марта 1945 г.
исполнение настоящего приказа и результаты доложить мне.

3. Настоящий приказ довести до сведения только военных советов флотов
и флотилий, начальников центральных управлений НК ВМФ и начальника
Военно-морской академии.*

КУЗНЕЦОВ
Тот факт что с конца 1944 и всю зиму и почти всю весну при полном господстве советских сил в воздухе и на море Германии удалось эвакуировать по Балтике по разным оценкам от полутора до более чем двух миллионов военнослужащих и гражданских лиц позволяет считать это едва ли не самой удачной эвакуацией в истории. Британцы со своим Дюнкерком дети малые.
 

Mic

 
Тот факт что с конца 1944 и всю зиму и почти всю весну при полном господстве советских сил в воздухе и на море Германии удалось эвакуировать по Балтике по разным оценкам от полутора до более чем двух миллионов военнослужащих и гражданских лиц позволяет считать это едва ли не самой удачной эвакуацией в истории. Британцы со своим Дюнкерком дети малые.

И толку им с этой эвакуации? Насколько она отсрочила поражение Германии?
 
Тот факт что с конца 1944 и всю зиму и почти всю весну при полном господстве советских сил в воздухе и на море Германии удалось эвакуировать по Балтике по разным оценкам от полутора до более чем двух миллионов военнослужащих и гражданских лиц позволяет считать это едва ли не самой удачной эвакуацией в истории. Британцы со своим Дюнкерком дети малые.
если у них так хорошо было с эвакуацией на Балтике то чего они курляндский котел не вывезли? Британцы своих в массе все же вытащили.
 
Вообще-то нельзя так просто сравнивать операции "Динамо" и "Ганнибал". Британцы перевезли через узкий пролив ок. 340 тыс. человек, сидевших на узкой прибрежной полосе, кроме того, это были солдаты- молодые, здоровые мужчины, организованные в отряды. А немцы перевезли через море ок. 2 млн. гражданских, собранных с большой территории. Что несопоставимо по затратам и времени.
 
толку им с этой эвакуации? Насколько она отсрочила поражение Германии?
Эвакуация гражданского немецкого населения была СССР, естественно, только на руку. Вообще, приличные люди с гражданскими не воюют. Но в 1944-1945 гг на Балтике немецкий флот не только спасал прусских фройляйн от пархатых казаков, но и осуществлял снабжение и поддержку своих войск, владел инициативой и нес при этом смешные потери. И, конечно, это большой позор для РККФ. :envy:
 

Mic

 
Эвакуация гражданского немецкого населения была СССР, естественно, только на руку. Вообще, приличные люди с гражданскими не воюют. Но в 1944-1945 гг на Балтике немецкий флот не только спасал прусских фройляйн от пархатых казаков, но и осуществлял снабжение и поддержку своих войск, владел инициативой и нес при этом смешные потери. И, конечно, это большой позор для РККФ. :envy:
Согласен. Но на стратегическом уровне эти успехи влияния на обстановку почти не оказывали. В редких случаях (как например с Моонзундом) оказывали на оперативном.
 
если у них так хорошо было с эвакуацией на Балтике то чего они курляндский котел не вывезли? Британцы своих в массе все же вытащили.
Гитлер не хотел полной эвакуации. Надеялся на повторение успеха. Он и в Крыму упирался выводу войск. ЧФ кстати там тоже действовал не лучше БФ. И Паулюсу еще раньше запретил отступление.
 
возможно ,зная об этом , был приказ не сильно напирать ,давая немцам распылять ресурсы и силы?
Угу, не давили. Вот прям гений Сталина пронзил мозг Гитлера. Рубились вернее пытались зарубиться и в Крыму и на Балтике. Только транспортное сообщение прерывалось там только после событий на суше постфактум.
Вот союзники к примеру на Средиземном море морскую битву выиграли в 1942-ом вчистую. После чего итальянцы и африканский корпус просто подняли лапки к верху. Союзники свои морские битвы выиграли и на Балтике и в Атлантике. Не считая Тихий Океан. Причем наши на Балтике начиная с 43-го воевали в основном ленд-лизом.
А Курляндская группировка сдалась только после подписания капиталяции Германии при полном параде.
Мне лично в этой тематике больше нравится операция "Драгон". Классика жанра. После чего свернулся весь Западный фронт Германии. Без шансов. Вот такая у нас морская История.
 
возможно ,зная об этом , был приказ не сильно напирать ,давая немцам распылять ресурсы и силы?
Совсем совсем не напирали.
Известно о пяти серьёзных попытках наступления советских войск с целью ликвидации Курляндской группировки, все они оказались неудачными[3].
Первая попытка пробить линию обороны немцев была предпринята с 16 по 19 октября 1944 года, когда сразу после создания «котла» и взятия Риги Ставка Верховного Главнокомандования приказала 1-му и 2-му Прибалтийским фронтам немедленно ликвидировать Курляндскую группировку немецких войск. Успешнее других советских армий действовала 1-я ударная армия, наступавшая на побережье Рижского залива. 18 октября она форсировала реку Лиелупе и овладела населённым пунктом Кемери, но на следующий день была остановлена немцами на подступах к Тукумсу. Остальные советские армии продвинуться не смогли из-за яростного сопротивления немцев, переходивших в контратаки.
Вторая битва за Курляндию проходила с 27 по 31 октября 1944 года. Армии двух Прибалтийских фронтов вели бои на рубеже Кемери — Гардене — Лецкава — южнее Лиепая. Попытки советских армий (6 общевойсковых и 1 танковая армии) прорвать немецкую оборону принесли лишь тактические успехи. К 1 ноября наступил кризис: большая часть личного состава и наступательной техники вышла из строя, боеприпасы были израсходованы[4].Третья попытка пробить линию фронта была предпринята с 21 по 25 декабря 1944 года. Острие удара советских войск приходилось на город Лиепаю. По сообщениям немецкой стороны, советская сторона в январе в Курляндии потеряла до 40 тыс. солдат и 541 танк.

Четвёртая попытка пробить линию фронта была предпринята с 23 января по 30 января 1945 года. 1-й Прибалтийский фронт силами 6-й гвардейской и 51-й армий начал наступательную операцию, целью которой было перерезать железнодорожные линии Приекуле-Лиепая и Елгава- Лиепая, являвшиеся основными коммуникациями южно-лиепайской группировки, не допуская её отхода в порт Лиепая. Однако ликвидировать приекульскую и скуодасскую группировки противника и перерезать железнодорожные линии не удалось. К исходу месяца войска фронта прекратили наступление и приступили к закреплению позиций на достигнутых рубежах.

Пятая битва за Курляндию (Приекульская операция) (20 февраля — 28 февраля 1945 года).
Наступательная операция 2-го Прибалтийского фронта ставила своей задачей наступать на Приекуле, разбить вражескую группировку и овладеть рубежом реки Бартува. В дальнейшем предполагалось развить наступление и захватить Лиепаю, с тем чтобы лишить противника возможности использовать лиепайский порт. 16 февраля 1-й ударной армией и частью сил 22-й армии был нанесён вспомогательный удар на правом крыле фронта. 20 февраля в наступление перешла главная группировка фронта (6-я гвардейская армия и часть сил 51-й армии)[5] После сильной артиллерийской подготовки и нанесения бомбовых ударов фронтовой авиацией, была прорвана линия фронта в районе Приекуле частями 6-й гвардейской и 51-й армиями, которым противостояли 11-я, 12-я 121-я и 126-я пехотные дивизии германской 18-й армии. В первый день прорыва удалось пройти с тяжелейшими боями не более 2-3 км. Утром 21 февраля правофланговыми частями 51-й армии был занят Приекуле, продвижение советских войск составило не более 2-х км. Основу обороны противника составляли танки, врытые в землю по башню. По воспоминаниям генерала М. И. Казакова[6], разбить вражеские танки могли только бомбовыми ударами и крупнокалиберными орудиями, боеприпасов к которым катастрофически не хватало. Сопротивление противника нарастало, в бой вводились свежие дивизии второго и третьего эшелона, в том числе «курляндская пожарная команда» — 14-я танковая дивизия, потрёпанную 126-ю пехотную дивизию 24 февраля сменила 132-я пехотная дивизия[7] и германским войскам удалось остановить продвижение советских войск. 28 февраля 1945 года операция была прервана.
 
Сверху Снизу