Война за независимость Израиля 1947-1949

Советская война за независимость Израиля


Суровая зима начала 1947 г. сопровождалась в Англии самым серьезным в истории страны топливным кризисом. Промышленность практически остановилась, англичане отчаянно мерзли. Британское правительство, как никогда, желало хороших отношений с арабскими странами – экспортерами нефти. 14 февраля министр иностранных дел Бевин объявил о решении Лондона передать вопрос о подмандатной Палестине в ООН ввиду того, что английские предложения о мире были отвергнуты как арабами, так и евреями. Это был жест отчаяния.

«ТЕПЕРЬ МИРА ЗДЕСЬ НЕ БУДЕТ»

6 марта 1947 г. советник МИД СССР Борис Штейн передал первому заместителю министра иностранных дел Андрею Вышинскому записку по палестинскому вопросу: «До настоящего времени СССР не сформулировал своей позиции по вопросу о Палестине. Передача Великобританией вопроса о Палестине на обсуждение Объединенных Наций представляет для СССР возможность впервые не только высказать свою точку зрения по вопросу о Палестине, но и принять эффективное участие в судьбе Палестины. Советский Союз не может не поддержать требования евреев о создании собственного государства на территории Палестины».

1453288898_14.jpg

Вячеслав Молотов, а затем и Иосиф Сталин согласились. 14 мая Андрей Громыко, постоянный представитель СССР при ООН, озвучил советскую позицию. На спецсессии Генеральной ассамблеи он, в частности, сказал: «Еврейский народ перенес в последней войне исключительные бедствия и страдания. На территории, где господствовали гитлеровцы, евреи подверглись почти полному физическому истреблению – погибло около шести миллионов человек. То обстоятельство, что ни одно западноевропейское государство не оказалось в состоянии обеспечить защиту элементарных прав еврейского народа и оградить его от насилия со стороны фашистских палачей, объясняет стремление евреев к созданию своего государства. Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления».

«Раз уж Сталин твердо решил дать евреям свое государство, глупо было бы Соединенным Штатам сопротивляться!» – заключил президент США Гарри Трумэн и дал указание «антисемитскому» Госдепу поддержать в ООН «сталинскую инициативу».

В ноябре 1947 г. была приняла резолюцию №181(2) о создании на территории Палестины двух независимых государств: еврейского и арабского сразу же после вывода британских войск (14 мая 1948 г.) В день принятия резолюции сотни тысяч палестинских евреев, обезумевших от счастья, вышли на улицы. Когда ООН принимала решение, Сталин долго курил трубку, а затем произнес: «Все, теперь мира здесь не будет». «Здесь» – это на Ближнем Востоке.

Арабские страны не приняли решение ООН. Они были невероятно возмущены советской позицией. Арабские компартии, которые привыкли бороться против «сионизма – агентуры британского и американского империализма», просто растерялись, видя, что советская позиция изменилась до неузнаваемости.

preview-14.jpg preview-13.jpg

Но Сталина реакция арабских стран и местных компартий не интересовала. Ему было гораздо важнее закрепить, в пику англичанам, дипломатический успех и по возможности присоединить будущее еврейское государство в Палестине к создаваемому мировому лагерю социализма.

Для этого в СССР было подготовлено правительство «для евреев Палестины». Премьером нового государства должен был стать Соломон Лозовский, член ЦК ВКП(б), бывший заместитель наркома иностранных дел, директор Совинформбюро. Дважды Герой Советского Союза танкист Давид Драгунский утверждался на должность министра обороны, военно-морским министром становился Григорий Гильман, старший офицер разведуправления ВМФ СССР. Но в конечном итоге было создано правительство от международного Еврейского агентства во главе с его председателем Бен-Гурионом (выходцем из России); и уже готовое к вылету в Палестину «сталинское правительство» распустили.

Принятие резолюции о разделе Палестины послужило сигналом к началу арабо-еврейского вооруженного конфликта, который продолжался до середины мая 1948 г. и явился своеобразной прелюдией к первой арабо-израильской войне, получившей в Израиле название «Война за независимость».

Американцы наложили эмбарго на поставки оружия в регион, англичане продолжали вооружать своих сателлитов-арабов, евреи оставались ни с чем: их партизанские отряды могли обороняться лишь самодельными ружьями и похищенными у англичан винтовками и гранатами. Тем временем становилось ясно, что арабские страны не позволят решению ООН вступить в силу и попытаются уничтожить палестинских евреев еще до провозглашения государства. Советский посланник в Ливане Солод после беседы с премьер-министром этой страны докладывал в Москву, что глава ливанского правительства высказал мнение всех арабских стран: «если понадобится, то арабы будут бороться за сохранение Палестины в течение двухсот лет, как это было во время крестовых походов».

В Палестину хлынуло оружие. Началась засылка «исламских добровольцев». Военные руководители палестинских арабов Абделькадер аль-Хусейни и Фаузи аль-Кавкаджи (недавно верно служившие фюреру) повели широкое наступление на еврейские поселения. Их защитники отступали к прибрежному Тель-Авиву. Еще чуть-чуть, и евреи будут «сброшены в море». И, бесспорно, такое бы случилось, если бы не Советский Союз.

СТАЛИН ГОТОВИТ ПЛАЦДАРМ

По личному распоряжению Сталина уже в конце 1947 г. в Палестину начали поступать первые партии стрелкового оружия. Но этого явно не хватало. 5 февраля представитель палестинских евреев через Андрея Громыко убедительно просил увеличить поставки. Выслушав просьбу, Громыко без дипломатичных уверток деловито поинтересовался, есть ли возможность обеспечить разгрузку оружия в Палестине, ведь там еще находится почти 100-тысячный британский контингент. Это была единственная проблема, которую должны были решить евреи в Палестине, все остальное брал на себя СССР. Такие гарантии были получены.

Оружие палестинские евреи получали главным образом через Чехословакию. Причем вначале в Палестину отправляли трофейное немецкое и итальянское оружие, а также произведенное в Чехословакии на заводах «Шкода» и «ЧЗ». Прага на этом хорошо зарабатывала. Аэродром в Ческе-Будеевицах был основной перевалочной базой. Советские инструкторы переучивали американских и британских пилотов-добровольцев – ветеранов недавней войны – на новые машины. Из Чехословакии (через Югославию) они затем совершали рискованные рейсы на территорию самой Палестины. С собой везли разобранные самолеты, в основном немецкие истребители «мессершмиты» и английские «спитфайры», а также артиллерию и минометы.

Один американский пилот рассказывал: «Машины были загружены под завязку. Но ты знал – если сядешь в Греции, отберут самолет и груз. Сядешь в любой арабской стране – просто убьют. Но когда ты приземляешься в Палестине, тебя ждут бедно одетые люди. У них нет оружия, но оно им нужно, чтобы выжить. Эти не позволят себя убить. Поэтому утром ты готов лететь вновь, хотя понимаешь, что каждый полет может оказаться последним».

Поставки оружия на Святую землю нередко обрастали детективными подробностями. Вот одна из них.

Югославия предоставила евреям не только воздушное пространство, но и порты. Первым загрузился транспортник «Бореа» под панамским флагом. 13 мая 1948 г. он доставил в Тель-Авив пушки, снаряды, пулеметы и примерно четыре миллиона патронов – все это было спрятано под 450-тонным грузом лука, крахмала и банок с томатным соусом. Судно уже готово было пришвартоваться, но тут британский офицер заподозрил контрабанду, – и под конвоем британских военных кораблей «Бореа» двинулся в Хайфу для более тщательного досмотра. В полночь британский офицер взглянул на часы. «Мандат закончился, – сказал он капитану «Бореа». – Вы свободны, продолжайте свой путь. Шалом!» «Бореа» стал первым судном, разгрузившимся в свободном еврейском порту. Вслед из Югославии прибыли и другие транспортники с аналогичной «начинкой».

На территории Чехословакии обучали не только будущих израильских летчиков. Там же, в Ческе-Будеевицах, готовили танкистов и десантников. Полторы тысячи пехотинцев Армии обороны Израиля учили в Оломоуце, еще две тысячи – в Микулове. Из них сформировали часть, которая первоначально называлась «Бригадой имени Готвальда» в честь лидера чехословацких коммунистов и руководителя страны. Бригаду перебросили в Палестину через Югославию. Медицинский персонал учили в Вельке-Штребне, радистов и телеграфистов – в Либерце, электромехаников – в Пардубице. Советские политруки проводили политзанятия с молодыми израильтянами. По «просьбе» Сталина Чехословакия, Югославия, Румыния и Болгария отказались поставлять оружие арабам, что они делали сразу же после окончания войны чисто по коммерческим соображениям.

В Румынии и Болгарии советские специалисты готовили офицерские кадры для Армии обороны Израиля. Здесь же началась подготовка советских воинских подразделений для переброски в Палестину для помощи еврейским боевым отрядам. Но оказалось, что флот и авиация не смогут обеспечить стремительную десантную операцию на Ближнем Востоке. К ней нужно было готовиться, в первую очередь готовить принимающую сторону. Вскоре Сталин это понял и занялся строительством «ближневосточного плацдарма». А уже подготовленные бойцы, по воспоминаниям Никиты Хрущева, грузились на корабли для отправки в Югославию, чтобы спасти «братскую страну» от зарвавшегося Тито.

מקי-.jpg

НАШ ЧЕЛОВЕК В ХАЙФЕ

Вместе с оружием из стран Восточной Европы в Палестину прибыли военные-евреи, имевшие опыт участия в войне против Германии. Секретно отправлялись в Израиль и советские офицеры. Появились большие возможности и у советской разведки. По свидетельству генерала госбезопасности Павла Судоплатова, «использование офицеров советской разведки в боевых и диверсионных операциях против британцев в Израиле было начато уже в 1946 г.» Они вербовали агентуру среди евреев, уезжающих в Палестину (в основном, из Польши). Как правило, это были поляки, а также советские граждане, которые, воспользовавшись родственными связями, а кое-где и подделав документы (в том числе и национальность), выезжали через Польшу и Румынию в Палестину. Соответствующие органы были прекрасно осведомлены об этих ухищрениях, но получили директиву закрывать на это глаза.

Правда, если быть точным, то первые советские «спецы» прибыли в Палестину вскоре после Октябрьской революции. В 1920-х годах по личному указанию Феликса Дзержинского первые еврейские силы самообороны «Исраэль шойхет» создавал резидент ЧК Лукачер (оперативный псевдоним «Хозро»).

Итак, стратегия Москвы предусматривала усиление тайной деятельности в регионе, в особенности против интересов США и Великобритании. Вячеслав Молотов считал, что осуществить эти планы возможно, только сосредоточив всю деятельность разведки под контролем одного ведомства. Был создан Комитет информации при Совете министров СССР, куда вошли служба внешней разведки Министерства государственной безопасности, а также Главное разведывательное управление Генерального штаба ВС СССР. Комитет подчинялся непосредственно Сталину, а возглавлялся Молотовым и его замами.

В конце 1947 г. начальник управления по Ближнему и Дальнему Востоку Комиинформа по информации Андрей Отрощенко созвал оперативное совещание, на котором сообщил, что Сталин поставил задачу: гарантировать переход будущего еврейского государства в лагерь ближайших союзников СССР. Для этого необходимо нейтрализовать связи населения Израиля с американскими евреями. Подбор агентов для этой «миссии» был возложен на Александра Короткова, возглавлявшего в Комиинформе отдел нелегальной разведки.

Павел Судоплатов писал, что выделил для тайных операций троих офицеров-евреев: Гарбуза, Семенова и Колесникова. Первые два обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и фаустпатронов, захваченных у немцев.

Люди Судоплатова занимались специфической деятельностью – готовили тот самый плацдарм для возможного вторжения советских войск. Их больше всего интересовали израильские военные, их организации, планы, военные возможности, идеологические приоритеты.

И пока в ООН шли диспуты и кулуарные переговоры о судьбе арабского и еврейского государств на территории Палестины, СССР начал ударными сталинскими темпами строить новое еврейского государство. Начали с главного – с армии, разведки, контрразведки и полиции. Причем не на бумаге, а на деле.

Еврейские территории напоминали военный округ, поднятый по тревоге и срочно приступивший к боевому развертыванию. Пахать было некому, все готовились к войне. По приказу советских офицеров среди поселенцев выявлялись люди требуемых военных специальностей, доставлялись на базы, где они на скорую руку проходили проверку по линии советской контрразведки, а потом срочно вывозились в порты, где в тайне от англичан шла разгрузка судов. В результате в танки, только что поставленные с борта на пирс, садился полный экипаж и гнал боевую технику к месту постоянной дислокации или прямо к месту боев.

Спецназ Израиля создавался с нуля. Непосредственное участие в создании и обучении коммандос приняли лучшие офицеры НКВД-МГБ, («сталинские соколы» из отряда «Беркут», 101-й разведшколы и управления «С» генерала Судоплатова), имевшие опыт оперативной и диверсионной работы: Отрощенко, Коротков, Вертипорох и десятки других. Помимо них, в Израиль в срочном порядке командировали двух генералов от пехоты и авиации, вице-адмирала ВМФ, пять полковников и восемь подполковников, и, само собой, младших офицеров для непосредственной работы на местах.

Среди «младших» были в основном бывшие солдаты и офицеры с соответствующей «пятой графой» в анкете, которые высказали желание репатриироваться на историческую родину. В результате, капитан Гальперин (родился в Витебске в 1912 г.) стал основателем и первым руководителем разведки Моссад, создал службу общественной безопасности и контрразведки «Шин Бет». В историю Израиля и его спецслужб «почетный пенсионер и верный наследник Берии», второй человек после Бен-Гуриона, вошел под именем Исер Харел. Офицер «Смерша» Ливанов основал и руководил внешней разведкой «Натива Бар». Принял иудейское имя Нехимия Леванон, под которым и вошел в историю израильской разведки. Капитаны Никольский, Зайцев и Малеваный «поставили» работу спецназа Армии обороны Израиля, два офицера ВМФ (имена не удалось установить) создали и обучили подразделение морского спецназа. Теоретическая подготовка регулярно подкреплялась практическими занятиями – рейдами по тылам арабских армий и зачистками арабских деревень.

Некоторые из разведчиков попадали в пикантные ситуации, случись они в другом месте, тяжелых последствий не миновать. Так, один советский агент внедрился в ортодоксальную еврейскую общину, а сам не знал даже основ иудаизма. Когда это обнаружилось, он был вынужден признаться, что является кадровым чекистом. Тогда совет общины постановил: дать товарищу надлежащее религиозное образование. Причем авторитет советского агента в общине резко вырос: СССР – братская страна, рассудили поселенцы, какие могут быть от нее секреты?

Выходцы из Восточной Европы охотно шли на контакт с советскими представителями, рассказывали все, что знали. Евреи-военные особенно симпатизировали Красной Армии и Советскому Союзу, не считали зазорным делиться с советскими разведчиками секретной информацией. Обилие источников информации создавало у сотрудников резидентуры обманчивое ощущение своего могущества. «Они, – цитируем отечественного историка Жореса Медведева, – намеревались тайно управлять Израилем, а через него еще и влиять на американскую еврейскую общину».

Советские спецслужбы активно действовали как в левых и прокоммунистических кругах, так и в правых подпольных организациях ЛЕХИ и ЭЦЕЛЬ. К примеру, житель Беэр-Шевы Хаим Бреслер в 1942-1945 гг. находился в Москве в составе представительства ЛЕХИ, занимался поставками оружия и тренировал боевиков. У него сохранились фотографии военных лет с Дмитрием Устиновым, тогдашним министром вооружений, позже министром обороны СССР и членом Политбюро ЦК КПСС, с видными разведчиками: Яковом Серебрянским (работал в Палестине в 1920-е годы вместе с Яковом Блюмкиным), генералом госбезопасности Павлом Райхманом и другими людьми. Знакомства были довольно значимыми для человека, занесенного в список героев Израиля и ветеранов ЛЕХИ.

«ИНТЕРНАЦИОНАЛ» ПЕЛИ ХОРОМ

В конце марта 1948 г. палестинские евреи распаковали и собрали первые четыре трофейных истребителя «Мессершмит-109». В этот день египетская танковая колонна, а также палестинские партизаны находились всего в нескольких десятках километров от Тель-Авива. Если бы они захватили город, дело сионистов было бы проиграно. Войск, способных прикрыть город, в распоряжении палестинских евреев не было. И в бой отправили все, что было, – эти четыре самолета. Из боя вернулся один. Но увидев, что у евреев появилась авиация, египтяне и палестинцы испугались и остановились. Они не решились взять фактически беззащитный город.

По мере приближения даты провозглашения еврейского и арабского государств страсти вокруг Палестины накалялись не на шутку. Западные политики наперебой советовали палестинским евреям не спешить с провозглашением собственного государства. Американский Госдеп предупредил еврейских лидеров, что, если на еврейское государство нападут арабские армии, на помощь Соединенных Штатов рассчитывать не следует. Москва же настойчиво советовала – провозгласить еврейское государство сразу же после того, как последний английский солдат покинет Палестину.

Арабские страны не желали появления ни еврейского государства, ни палестинского. Иордания и Египет собирались поделить Палестину, где на февраль 1947 г. проживало 1 млн. 91 тыс. арабов, 146 тыс. христиан и 614 тыс. евреев, между собой. Для сравнения: в 1919 г. (за три года до британского мандата) здесь проживало 568 тыс. арабов, 74 тыс. христиан и 58 тыс. евреев. Соотношение сил было таково, что арабские страны не сомневались в успехе. Генеральный секретарь Арабской лиги обещал: «Это будет война на уничтожение и грандиозная резня». Палестинским арабам было приказано временно покинуть свои дома, чтобы случайно не попасть под огонь наступающих арабских армий.

В Москве считали, что не пожелавшие оставаться в Израиле арабы должны обосноваться в соседних странах. Было и другое мнение. Его озвучил постоянный представитель Украинской ССР в СБ ООН Дмитрий Мануильский. Он предложил «переселить палестинских арабов-беженцев в советскую Среднюю Азию и создать там арабскую союзную республику или автономную область». Забавно, не правда ли! Тем более, что опыт массовых переселений народов у советской стороны имелся.

В ночь на пятницу 14 мая 1948 г., под салют семнадцати пушек, британский верховный комиссар Палестины отплыл из Хайфы. Срок действия мандата закончился. В четыре часа дня в здании музея на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве было провозглашено Государство Израиль (в числе вариантов названия фигурировали также Иудея и Сион.) Будущий премьер-министр Давид Бен-Гурион, после того как уговорил испуганных (после предупреждения США) министров голосовать за провозглашение независимости, обещая приезд двух миллионов евреев из СССР в течение двух лет, зачитал подготовленную «русскими экспертами» Декларацию независимости.

Массовую волну евреев ждали в Израиле кто с надеждой, а кто со страхом. Советские граждане – отставники израильских спецслужб и ЦАХАЛ, ветераны израильской Компартии и бывшие лидеры многочисленных общественных организаций в унисон утверждают, что действительно в послевоенных Москве и Ленинграде, других крупных городах СССР усиленно распространялись слухи о «двух миллионах будущих израильтян». На самом же деле советские власти планировали такое количество евреев направить в другую сторону – на Север и Дальний Восток.

Советский Союз 18 мая первым признал еврейское государство де-юре. По случаю приезда советских дипломатов около двух тысяч человек собралось в здании одного из самых больших кинотеатров Тель-Авива «Эстер», на улице стояло еще около пяти тысяч человек, которые слушали трансляцию всех выступлений. Над столом президиума повесили большой портрет Сталина и лозунг «Да здравствует дружба между Государством Израиль и СССР!». Хор рабочей молодежи исполнил еврейский гимн, затем гимн Советского Союза. «Интернационал» пел уже весь зал. Затем хор исполнил «Марш артиллеристов», «Песнь о Буденном», «Вставай, страна огромная».

november_7_soviet_union_pppa_0.jpg 1952a.jpg

Советские дипломаты заявили в Совете Безопасности ООН: так как арабские страны не признают Израиль и его границы, то и Израиль может их не признавать.

ЯЗЫК ПРИКАЗА – РУССКИЙ

В ночь на 15 мая армии пяти арабских стран (Египта, Сирии, Ирака, Иордании и Ливана, а также «прикомандированные» подразделения от Саудовской Аравии, Алжира и ряда других государств) вторглись в Палестину. Духовный вождь мусульман Палестины Амин аль-Хусейни, который всю Вторую мировую войну был заодно с Гитлером, обратился к своим последователям с наставлением: «Я объявляю священную войну! Убивайте евреев! Убивайте их всех!». «Эйн брера» (нет выбора) – так объясняли израильтяне свою готовность сражаться даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. И в самом деле, выбора у евреев не было: арабы желали не уступок с их стороны, они хотели истребить их всех, по сути, объявляя второй Холокост.

Советский Союз «при всем сочувствии к национально-освободительному движению арабских народов» официально осудил действия арабской стороны. Параллельно были даны указания всем силовым ведомствам оказать израильтянам всю необходимую помощь. В СССР началась массовая пропагандистская кампания в поддержку Израиля. Государственные, партийные и общественные организации стали получать массу писем (в основном от граждан еврейской национальности) с просьбой отправить их в Израиль. Активно включился в этот процесс Еврейский антифашистский комитет (ЕАК).

Сразу же после арабского вторжения ряд зарубежных еврейских организаций обратились лично к Сталину с просьбой оказать прямую военную поддержку молодому государству. В частности, особый упор делался на важности посылки «еврейских летчиков-добровольцев на бомбардировщиках в Палестину». «Вы, человек, доказавший свою прозорливость, можете помочь, – говорилось в одной из телеграмм американских евреев на имя Сталина. – Израиль заплатит вам за бомбардировщики». Здесь же отмечалось, что, к примеру, в руководстве «реакционной египетской армии» имеется более 40 английских офицеров «в ранге выше капитана».

Очередная партия «чехословацких» самолетов прибыла 20 мая, а уже через 9 дней был нанесен массированный воздушный удар по врагу. С этого дня израильские ВВС захватили господство в воздухе, что в значительной степени повлияло на победоносное завершение Войны за независимость. Четверть века спустя, в 1973 г., Голда Меир писала: «Как бы радикально ни изменилось советское отношение к нам за последующие двадцать пять лет, я не могу забыть картину, которая представлялась мне тогда. Кто знает, устояли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупить в Чехословакии»?

Сталин знал, что советские евреи будут проситься в Израиль, и отдельные (нужные) из них получат визу и уедут, чтобы строить там новое государство по советским лекалам и вести работу против недругов СССР. Но массовой эмиграции граждан социалистической страны, страны-победительницы, особенно ее славных воинов, он не мог допустить.

Сталин считал (и небезосновательно), что именно Советский Союз спас более двух миллионов евреев от неминуемой гибели в годы войны. Казалось, евреи должны быть благодарны, и не ставить палки в колеса, не вести линию вразрез политике Москвы, не поощрять эмиграцию в Израиль. Вождя буквально взбесило сообщение о том, что 150 офицеров-евреев официально обратились к правительству с просьбой направить их добровольцами в Израиль для оказания помощи в войне с арабами. В пример другим, все они были строго наказаны, некоторые расстреляны. Не помогло. Сотни военнослужащих при помощи израильских агентов бежали из групп советских войск в Восточной Европе, другие использовали транзитный пункт во Львове. При этом все они получали поддельные паспорта на вымышленные фамилии, под которыми в дальнейшем воевали и жили в Израиле. Именно поэтому в архиве «Махала» (израильского союза воинов-интернационалистов) совсем мало имен советских добровольцев, уверен известный израильский исследователь Михаэль Дорфман, который занимался проблемой советских добровольцев в течение 15 лет. Он уверенно заявляет, что их было много, и они чуть было не построили «ИССР» (Израильскую Советскую Социалистическую Республику). Он все еще надеется завершить российско-израильский TВ-проект, прерванный из-за дефолта в середине 1990-х годов, и в нем «рассказать очень интересную, а, возможно, и сенсационную историю участия советских людей в деле становления израильской армии и спецслужб», в которых «было много бывших советских военнослужащих».

Менее известны широкой общественности факты мобилизации добровольцев в Армию обороны Израиля, которая проводилась израильским посольством в Москве. Изначально сотрудники израильской дипмиссии предполагали, что вся деятельность по мобилизации демобилизованных офицеров-евреев проводилась с одобрения правительства СССР, и списки убывших и готовых убыть в Израиль советских офицеров израильский посол Голда Меерсон (с 1956 г. – Меир) иногда передавала лично Лаврентию Берии. Однако позже эта деятельность стала одной из причин «обвинения Голды в предательстве», и она вынуждена была оставить должность посла. При ней успели уехать в Израиль около двухсот советских военнослужащих. Те, которые не успели, не были репрессированы, хотя большинство из них были демобилизованы из армии.

Сколько советских военных выехало в Палестину до и в ходе Войны за независимость – доподлинно неизвестно. По данным израильских источников, легальными или нелегальными каналами воспользовались 200 тыс. советских евреев. Из них «несколько тысяч» – военнослужащие. Во всяком случае, основным языком «межнационального общения» в израильской армии был русский. Он же занимал второе (после польского) место во всей Палестине.

Первым советским резидентом в Израиле в 1948 г. стал Владимир Вертипорох, направленный на работу в эту страну под псевдонимом Рожков. Вертипорох позже признавался, что ехал в Израиль без особой уверенности в успехе своей миссии: во-первых, он недолюбливал евреев, а во-вторых, резидент не разделял уверенности руководства, что Израиль можно сделать надежным союзником Москвы. Действительно, опыт и интуиция не обманули разведчика. Политические акценты резко сменились после того, как стало ясно, что израильское руководство переориентировало политику своей страны на тесное сотрудничество с Соединенными Штатами.

Руководство во главе с Бен-Гурионом с момента провозглашения государства опасалось коммунистического переворота. Действительно, такие попытки были, и они жестоко пресекались израильскими властями. Это и расстрел на рейде Тель-Авива десантного судна «Алталена», названного позже «израильским крейсером «Аврора», и восстание моряков в Хайфе, которые считали себя последователями дела матросов броненосца «Потемкин», и некоторые другие инциденты, участники которых не скрывали своих целей – установление советской власти в Израиле по сталинскому образцу. Они слепо верили в то, что дело социализма побеждает во всем мире, что «социалистический еврейский человек» уже почти сформировался и что условия войны с арабами создали «революционную ситуацию». Нужен был лишь «крепкий как сталь» приказ, говорил чуть позже один из участников восстания, ведь сотни «красных бойцов» уже были готовы «оказать сопротивление и выступить против правительства с оружием в руках». Здесь не случайно использован эпитет стали. Сталь была тогда в моде, как и все советское. Очень распространенная израильская фамилия Пелед означает в переводе с иврита «Сталин». Но последовал «плач» недавнего героя «Алталены» – Менахем Бегин призвал революционные силы повернуть оружие против арабских армий и вместе со сторонниками Бен-Гуриона отстоять независимость и суверенитет Израиля.

5-280x400.jpg.jpg

ИНТЕРБРИГАДЫ ПО-ЕВРЕЙСКИ

В непрерывной войне за свое существование, Израиль всегда вызывал симпатии и солидарность со стороны евреев (и не евреев), живущих в разных странах мира. Одним из примеров такой солидарности явилась добровольная служба иностранных волонтеров в рядах израильской армии и участие их в боевых действиях. Все это началась в 1948 г., сразу после провозглашения еврейского государства. По израильским данным, приблизительно 3500 добровольцев из 43 стран прибыли тогда в Израиль и приняли непосредственное участие в боевых действиях в составе частей и соединений Армии обороны Израиля – Цва Хагана Ле-Исраэль (сокращенно АОИ или ЦАХАЛ). По странам исхода добровольцы разделились следующим образом: примерно 1000 добровольцев прибыли из США, 250 – из Канады, 700 – из Южной Африки, 600 – из Великобритании, 250 – из Северной Африки, по 250 – из Латинской Америки, Франции и Бельгии. Были также группы добровольцев из Финляндии, Австралии, Родезии и России.

Это были неслучайные люди – военные профессионалы, ветераны армий антигитлеровской коалиции, с бесценным опытом, полученном на фронтах недавно завершившейся Второй мировой войны. Не всем из них довелось дожить до победы – 119 иностранных добровольцев погибли в боях за независимость Израиля. Многим из них посмертно было присвоено очередное воинское звание, вплоть до бригадного генерала.

История каждого добровольца читается как авантюрный роман и, к сожалению, мало известна широкой публике. Особенно это касается тех людей, которые в далекие 20-е годы прошлого века начали вооруженную борьбу против англичан с единственной целью – создать еврейское государство на территории подмандатной Палестины. В авангарде этих сил шли наши соотечественники. Именно они в 1923 г. создали военизированную организацию БЕЙТАР, которая занялась военной подготовкой бойцов для еврейских отрядов в Палестине, а также для защиты еврейских общин в диаспоре от арабских банд погромщиков. БЕЙТАР – это аббревиатура ивритских слов Брит Трумпельдор («Союз Трумпельдора»). Так она была названа в честь офицера русской армии, георгиевского кавалера и героя русско-японской войны Иосифа Трумпельдора.

В 1926 г. БЕЙТАР вошел во Всемирную организацию сионистов-ревизионистов, которую возглавлял Владимир Жаботинский. Наиболее многочисленные боевые формирования БЕЙТАРа были в Польше, прибалтийских странах, Чехословакии, Германии и Венгрии. На сентябрь 1939 г. командование ЭЦЕЛя и БЕЙТАРа планировало проведение операции «Польский десант» – до 40 тыс. бойцов БЕЙТАРа из Польши и прибалтийских стран должны были быть переброшены на морских судах из Европы в Палестину, чтобы на завоеванном плацдарме создать еврейское государство. Однако начавшаяся Вторая мировая война перечеркнула эти планы.

Раздел Польши между Германией и СССР и последующий ее разгром нацистами нанесли тяжелый удар по формированиям БЕЙТАРа – вместе со всем еврейским населением оккупированной Польши его члены оказались в гетто и в лагерях, а те из них, кто очутился на территории СССР, нередко становились объектом преследований НКВД за излишний радикализм и самоуправство. Руководитель польского БЕЙТАРа Менахем Бегин, будущий израильский премьер, был арестован и отправлен отбывать срок в воркутинские лагеря. Вместе с тем, тысячи бейтаровцев геройски сражались в рядах Красной Армии. Многие из них воевали в составе сформированных в СССР национальных частей и соединений, где особенно был высок процент евреев. В литовской дивизии, латышском корпусе, в армии Андерса, в чехословацком корпусе генерала Свободы были целые подразделения, в которых команды подавались на еврейском языке. Известно, что два воспитанника БЕЙТАРа, сержант Калманас Шурас из литовской дивизии и надпоручик Антонин Сохор из чехословацкого корпуса за свои подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза.

При создании государства Израиль в 1948 г. нееврейская часть населения была освобождена от несения обязательной воинской службы наравне с евреями. Считалось, что неевреям будет невозможно выполнять свой воинский долг в силу их глубоких родственных, религиозных и культурных связей с арабским миром, объявившим тотальную войну еврейскому государству. Однако уже в ходе палестинской войны в ряды ЦАХАЛа добровольно вступили сотни бедуинов, черкесов, друзов, арабов-мусульман и христиан, решивших навсегда связать свою судьбу с еврейским государством.

Черкесы в Израиле – это мусульманские народы Северного Кавказа (в основном, чеченцы, ингуши и адыги), проживающие в деревнях на севере страны. Они призывались как в боевые части ЦАХАЛа, так и в пограничную полицию. Многие из черкесов стали офицерами, а один дослужился до чина полковника израильской армии. «В войне за независимость Израиля черкесы примкнули к евреям, которых было тогда всего 600 тысяч, – против 30 миллионов арабов, и с тех пор никогда не изменяли союзу с евреями», – сказал Аднан Хархад, один из старейшин черкесской общины.

ПАЛЕСТИНА: ОДИННАДЦАТЫЙ СТАЛИНСКИЙ УДАР?

До сих пор продолжаются дискуссии: зачем арабам понадобилось вторгаться в Палестину? Ведь было ясно, что положение на фронте для евреев, хотя и оставалось достаточно серьезным, все же значительно улучшилось: территория, отведенная еврейскому государству ООН, была уже почти полностью в руках евреев; евреи захватили около сотни арабских деревень; Западная и Восточная Галилея была частично под контролем евреев; евреи добились частичного снятия блокады Негева и деблокировали «дорогу жизни» из Тель-Авива в Иерусалим.

Дело в том, что у каждого арабского государства был свой расчет. Король Трансиордании Абдалла хотел захватить всю Палестину – в особенности Иерусалим. Ирак хотел получить выход к Средиземному морю через Трансиорданию. Сирия зарилась на Западную Галилею. Влиятельное мусульманское население Ливана давно с жадностью поглядывало на Центральную Галилею. А Египет, хотя у него и не было территориальных притязаний, носился с идеей стать признанным лидером арабского мира. Ну и, конечно, помимо того, что у каждого из вторгшихся в Палестину арабских государств были свои основания для «похода», всех их привлекала перспектива легкой победы, и эту сладкую мечту искусно поддерживали англичане. Естественно, что без такой поддержки вряд ли арабы согласились бы пойти на открытую агрессию.

Арабы проиграли. Разгром арабских армий в Москве расценили как поражение Англии и были этому несказанно рады, считали, что позиции Запада подорваны на всем Ближнем Востоке. Сталин не скрывал, что его замысел блестяще осуществлен.

Соглашение о перемирии с Египтом было подписано 24 февраля 1949 г. Передовая линия последних дней боев превратилась в линию перемирия. Сектор побережья у Газы остался в руках египтян. Никто не оспаривал у израильтян контроля над Негевом. Осажденная египетская бригада вышла из Фалуджи с оружием в руках и вернулась в Египет. Ей были оказаны все воинские почести, почти все офицеры и большинство солдат получили государственные награды как «герои и победители» в «великой битве с сионизмом». 23 марта в одном из приграничных селений было подписано перемирие с Ливаном: израильские войска оставили эту страну. С Иорданией соглашение о перемирии было подписано на о. Родос 3 апреля, и, наконец, 20 июля на нейтральной территории между позициями сирийских и израильских войск было подписано соглашение о перемирии с Дамаском, согласно которому Сирия вывела свои войска из ряда приграничных с Израилем районов, которые оставались демилитаризованной зоной. Все эти соглашения однотипны: они содержали взаимные обязательства ненападения, определили демаркационные линии перемирия с особой оговоркой, что эти линии не должны рассматриваться в качестве «политических или территориальных границ». Соглашения не упоминали о судьбе арабов Израиля и арабских беженцев из Израиля в соседние арабские страны.

Документы, цифры и факты дают определенное представление о роли советского военного компонента в становлении Государства Израиль. Никто не помогал евреям оружием и солдатами-иммигрантами, кроме как Советский Союз и страны Восточной Европы. До сих пор в Израиле можно нередко услышать и прочитать, что еврейское государство выстояло в «палестинской войне» благодаря «добровольцам» из СССР и других социалистических стран. На деле же Сталин не дал «зеленый свет» добровольческим порывам советской молодежи. Зато сделал все для того, чтобы в течение полугода мобилизационные возможности малонаселенного Израиля смогли «переварить» огромное количество поставленного вооружения. Молодые люди «близлежащих» государств – Венгрии, Румынии, Югославии, Болгарии, в меньшей степени, Чехословакии и Польши – составили тот призывной контингент, который позволил создать полностью укомплектованную и хорошо вооруженную Армию обороны Израиля.

В целом под израильским контролем оказались 1300 км2 и 112 населенных пунктов, отводившихся решением ООН арабскому государству в Палестине; под арабским контролем оказались 300 км2 и 14 населенных пунктов, решением ООН предназначенных еврейскому государству. Фактически, Израиль занял территории на треть больше, чем было предусмотрено в решении Генеральной ассамблеи ООН. Таким образом, по условиям достигнутых с арабами соглашений, за Израилем осталось три четверти Палестины. Вместе с тем часть территории, отводившейся палестинским арабам, перешла под контроль Египта (сектор Газа) и Трансиордании (с 1950 г. – Иордания), в декабре 1949 г. аннексировавшей территорию, которая получила название Западного берега. Иерусалим был разделен между Израилем и Трансиорданией. Большое число палестинских арабов бежало из районов военных действий в более безопасные места в секторе Газа и на Западном берегу, а также в соседние арабские страны. Из первоначального арабского населения Палестины лишь около 167 тыс. человек остались на территории Израиля. Главной победой Войны за независимость явилось то, что уже во второй половине 1948 г., когда еще в полном разгаре шла война, сто тысяч иммигрантов прибыли в новое государство, которое сумело обеспечить их и жильем, и работой.

7908a1202b53487a424920978a4.jpg 5109088326_88504f6d6b.jpg 1_wm.jpg

В Палестине, и особенно после создания Государства Израиль, были исключительно сильные симпатии к СССР как к государству, которое, во-первых, спасло еврейский народ от уничтожения во время Второй мировой войны, а, во-вторых, оказало огромную политическую и военную помощь Израилю в его борьбе за независимость. В Израиле по-человечески любили «товарища Сталина», и подавляющее большинство взрослого населения просто не хочет слышать никакой критики в адрес Советского Союза. «Многие израильтяне боготворили Сталина, – писал сын знаменитого разведчика Эдгара Бройде-Треппер. – Даже после доклада Хрущева на ХХ съезде портреты Сталина продолжали украшать многие государственные учреждения, не говоря уже о кибуцах».


https://topwar.ru/3231-sovetskaya-vojna-za-nezavisimost-izrailya.html
 

semen_izdali

Предупрежден
Советская война за независимость Израиля


Суровая зима начала 1947 г. сопровождалась в Англии самым серьезным в истории страны топливным кризисом. Промышленность практически остановилась, англичане отчаянно мерзли. Британское правительство, как никогда, желало хороших отношений с арабскими странами – экспортерами нефти. 14 февраля министр иностранных дел Бевин объявил о решении Лондона передать вопрос о подмандатной Палестине в ООН ввиду того, что английские предложения о мире были отвергнуты как арабами, так и евреями. Это был жест отчаяния.

«ТЕПЕРЬ МИРА ЗДЕСЬ НЕ БУДЕТ»

6 марта 1947 г. советник МИД СССР Борис Штейн передал первому заместителю министра иностранных дел Андрею Вышинскому записку по палестинскому вопросу: «До настоящего времени СССР не сформулировал своей позиции по вопросу о Палестине. Передача Великобританией вопроса о Палестине на обсуждение Объединенных Наций представляет для СССР возможность впервые не только высказать свою точку зрения по вопросу о Палестине, но и принять эффективное участие в судьбе Палестины. Советский Союз не может не поддержать требования евреев о создании собственного государства на территории Палестины».

Посмотреть вложение 73054

Вячеслав Молотов, а затем и Иосиф Сталин согласились. 14 мая Андрей Громыко, постоянный представитель СССР при ООН, озвучил советскую позицию. На спецсессии Генеральной ассамблеи он, в частности, сказал: «Еврейский народ перенес в последней войне исключительные бедствия и страдания. На территории, где господствовали гитлеровцы, евреи подверглись почти полному физическому истреблению – погибло около шести миллионов человек. То обстоятельство, что ни одно западноевропейское государство не оказалось в состоянии обеспечить защиту элементарных прав еврейского народа и оградить его от насилия со стороны фашистских палачей, объясняет стремление евреев к созданию своего государства. Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления».

«Раз уж Сталин твердо решил дать евреям свое государство, глупо было бы Соединенным Штатам сопротивляться!» – заключил президент США Гарри Трумэн и дал указание «антисемитскому» Госдепу поддержать в ООН «сталинскую инициативу».

В ноябре 1947 г. была приняла резолюцию №181(2) о создании на территории Палестины двух независимых государств: еврейского и арабского сразу же после вывода британских войск (14 мая 1948 г.) В день принятия резолюции сотни тысяч палестинских евреев, обезумевших от счастья, вышли на улицы. Когда ООН принимала решение, Сталин долго курил трубку, а затем произнес: «Все, теперь мира здесь не будет». «Здесь» – это на Ближнем Востоке.

Арабские страны не приняли решение ООН. Они были невероятно возмущены советской позицией. Арабские компартии, которые привыкли бороться против «сионизма – агентуры британского и американского империализма», просто растерялись, видя, что советская позиция изменилась до неузнаваемости.

Посмотреть вложение 73056 Посмотреть вложение 73057

Но Сталина реакция арабских стран и местных компартий не интересовала. Ему было гораздо важнее закрепить, в пику англичанам, дипломатический успех и по возможности присоединить будущее еврейское государство в Палестине к создаваемому мировому лагерю социализма.

Для этого в СССР было подготовлено правительство «для евреев Палестины». Премьером нового государства должен был стать Соломон Лозовский, член ЦК ВКП(б), бывший заместитель наркома иностранных дел, директор Совинформбюро. Дважды Герой Советского Союза танкист Давид Драгунский утверждался на должность министра обороны, военно-морским министром становился Григорий Гильман, старший офицер разведуправления ВМФ СССР. Но в конечном итоге было создано правительство от международного Еврейского агентства во главе с его председателем Бен-Гурионом (выходцем из России); и уже готовое к вылету в Палестину «сталинское правительство» распустили.

Принятие резолюции о разделе Палестины послужило сигналом к началу арабо-еврейского вооруженного конфликта, который продолжался до середины мая 1948 г. и явился своеобразной прелюдией к первой арабо-израильской войне, получившей в Израиле название «Война за независимость».

Американцы наложили эмбарго на поставки оружия в регион, англичане продолжали вооружать своих сателлитов-арабов, евреи оставались ни с чем: их партизанские отряды могли обороняться лишь самодельными ружьями и похищенными у англичан винтовками и гранатами. Тем временем становилось ясно, что арабские страны не позволят решению ООН вступить в силу и попытаются уничтожить палестинских евреев еще до провозглашения государства. Советский посланник в Ливане Солод после беседы с премьер-министром этой страны докладывал в Москву, что глава ливанского правительства высказал мнение всех арабских стран: «если понадобится, то арабы будут бороться за сохранение Палестины в течение двухсот лет, как это было во время крестовых походов».

В Палестину хлынуло оружие. Началась засылка «исламских добровольцев». Военные руководители палестинских арабов Абделькадер аль-Хусейни и Фаузи аль-Кавкаджи (недавно верно служившие фюреру) повели широкое наступление на еврейские поселения. Их защитники отступали к прибрежному Тель-Авиву. Еще чуть-чуть, и евреи будут «сброшены в море». И, бесспорно, такое бы случилось, если бы не Советский Союз.

СТАЛИН ГОТОВИТ ПЛАЦДАРМ

По личному распоряжению Сталина уже в конце 1947 г. в Палестину начали поступать первые партии стрелкового оружия. Но этого явно не хватало. 5 февраля представитель палестинских евреев через Андрея Громыко убедительно просил увеличить поставки. Выслушав просьбу, Громыко без дипломатичных уверток деловито поинтересовался, есть ли возможность обеспечить разгрузку оружия в Палестине, ведь там еще находится почти 100-тысячный британский контингент. Это была единственная проблема, которую должны были решить евреи в Палестине, все остальное брал на себя СССР. Такие гарантии были получены.

Оружие палестинские евреи получали главным образом через Чехословакию. Причем вначале в Палестину отправляли трофейное немецкое и итальянское оружие, а также произведенное в Чехословакии на заводах «Шкода» и «ЧЗ». Прага на этом хорошо зарабатывала. Аэродром в Ческе-Будеевицах был основной перевалочной базой. Советские инструкторы переучивали американских и британских пилотов-добровольцев – ветеранов недавней войны – на новые машины. Из Чехословакии (через Югославию) они затем совершали рискованные рейсы на территорию самой Палестины. С собой везли разобранные самолеты, в основном немецкие истребители «мессершмиты» и английские «спитфайры», а также артиллерию и минометы.

Один американский пилот рассказывал: «Машины были загружены под завязку. Но ты знал – если сядешь в Греции, отберут самолет и груз. Сядешь в любой арабской стране – просто убьют. Но когда ты приземляешься в Палестине, тебя ждут бедно одетые люди. У них нет оружия, но оно им нужно, чтобы выжить. Эти не позволят себя убить. Поэтому утром ты готов лететь вновь, хотя понимаешь, что каждый полет может оказаться последним».

Поставки оружия на Святую землю нередко обрастали детективными подробностями. Вот одна из них.

Югославия предоставила евреям не только воздушное пространство, но и порты. Первым загрузился транспортник «Бореа» под панамским флагом. 13 мая 1948 г. он доставил в Тель-Авив пушки, снаряды, пулеметы и примерно четыре миллиона патронов – все это было спрятано под 450-тонным грузом лука, крахмала и банок с томатным соусом. Судно уже готово было пришвартоваться, но тут британский офицер заподозрил контрабанду, – и под конвоем британских военных кораблей «Бореа» двинулся в Хайфу для более тщательного досмотра. В полночь британский офицер взглянул на часы. «Мандат закончился, – сказал он капитану «Бореа». – Вы свободны, продолжайте свой путь. Шалом!» «Бореа» стал первым судном, разгрузившимся в свободном еврейском порту. Вслед из Югославии прибыли и другие транспортники с аналогичной «начинкой».

На территории Чехословакии обучали не только будущих израильских летчиков. Там же, в Ческе-Будеевицах, готовили танкистов и десантников. Полторы тысячи пехотинцев Армии обороны Израиля учили в Оломоуце, еще две тысячи – в Микулове. Из них сформировали часть, которая первоначально называлась «Бригадой имени Готвальда» в честь лидера чехословацких коммунистов и руководителя страны. Бригаду перебросили в Палестину через Югославию. Медицинский персонал учили в Вельке-Штребне, радистов и телеграфистов – в Либерце, электромехаников – в Пардубице. Советские политруки проводили политзанятия с молодыми израильтянами. По «просьбе» Сталина Чехословакия, Югославия, Румыния и Болгария отказались поставлять оружие арабам, что они делали сразу же после окончания войны чисто по коммерческим соображениям.

В Румынии и Болгарии советские специалисты готовили офицерские кадры для Армии обороны Израиля. Здесь же началась подготовка советских воинских подразделений для переброски в Палестину для помощи еврейским боевым отрядам. Но оказалось, что флот и авиация не смогут обеспечить стремительную десантную операцию на Ближнем Востоке. К ней нужно было готовиться, в первую очередь готовить принимающую сторону. Вскоре Сталин это понял и занялся строительством «ближневосточного плацдарма». А уже подготовленные бойцы, по воспоминаниям Никиты Хрущева, грузились на корабли для отправки в Югославию, чтобы спасти «братскую страну» от зарвавшегося Тито.

Посмотреть вложение 73055

НАШ ЧЕЛОВЕК В ХАЙФЕ

Вместе с оружием из стран Восточной Европы в Палестину прибыли военные-евреи, имевшие опыт участия в войне против Германии. Секретно отправлялись в Израиль и советские офицеры. Появились большие возможности и у советской разведки. По свидетельству генерала госбезопасности Павла Судоплатова, «использование офицеров советской разведки в боевых и диверсионных операциях против британцев в Израиле было начато уже в 1946 г.» Они вербовали агентуру среди евреев, уезжающих в Палестину (в основном, из Польши). Как правило, это были поляки, а также советские граждане, которые, воспользовавшись родственными связями, а кое-где и подделав документы (в том числе и национальность), выезжали через Польшу и Румынию в Палестину. Соответствующие органы были прекрасно осведомлены об этих ухищрениях, но получили директиву закрывать на это глаза.

Правда, если быть точным, то первые советские «спецы» прибыли в Палестину вскоре после Октябрьской революции. В 1920-х годах по личному указанию Феликса Дзержинского первые еврейские силы самообороны «Исраэль шойхет» создавал резидент ЧК Лукачер (оперативный псевдоним «Хозро»).

Итак, стратегия Москвы предусматривала усиление тайной деятельности в регионе, в особенности против интересов США и Великобритании. Вячеслав Молотов считал, что осуществить эти планы возможно, только сосредоточив всю деятельность разведки под контролем одного ведомства. Был создан Комитет информации при Совете министров СССР, куда вошли служба внешней разведки Министерства государственной безопасности, а также Главное разведывательное управление Генерального штаба ВС СССР. Комитет подчинялся непосредственно Сталину, а возглавлялся Молотовым и его замами.

В конце 1947 г. начальник управления по Ближнему и Дальнему Востоку Комиинформа по информации Андрей Отрощенко созвал оперативное совещание, на котором сообщил, что Сталин поставил задачу: гарантировать переход будущего еврейского государства в лагерь ближайших союзников СССР. Для этого необходимо нейтрализовать связи населения Израиля с американскими евреями. Подбор агентов для этой «миссии» был возложен на Александра Короткова, возглавлявшего в Комиинформе отдел нелегальной разведки.

Павел Судоплатов писал, что выделил для тайных операций троих офицеров-евреев: Гарбуза, Семенова и Колесникова. Первые два обосновались в Хайфе и создали две агентурные сети, но участия в диверсиях против англичан не принимали. Колесников сумел организовать доставку из Румынии в Палестину стрелкового оружия и фаустпатронов, захваченных у немцев.

Люди Судоплатова занимались специфической деятельностью – готовили тот самый плацдарм для возможного вторжения советских войск. Их больше всего интересовали израильские военные, их организации, планы, военные возможности, идеологические приоритеты.

И пока в ООН шли диспуты и кулуарные переговоры о судьбе арабского и еврейского государств на территории Палестины, СССР начал ударными сталинскими темпами строить новое еврейского государство. Начали с главного – с армии, разведки, контрразведки и полиции. Причем не на бумаге, а на деле.

Еврейские территории напоминали военный округ, поднятый по тревоге и срочно приступивший к боевому развертыванию. Пахать было некому, все готовились к войне. По приказу советских офицеров среди поселенцев выявлялись люди требуемых военных специальностей, доставлялись на базы, где они на скорую руку проходили проверку по линии советской контрразведки, а потом срочно вывозились в порты, где в тайне от англичан шла разгрузка судов. В результате в танки, только что поставленные с борта на пирс, садился полный экипаж и гнал боевую технику к месту постоянной дислокации или прямо к месту боев.

Спецназ Израиля создавался с нуля. Непосредственное участие в создании и обучении коммандос приняли лучшие офицеры НКВД-МГБ, («сталинские соколы» из отряда «Беркут», 101-й разведшколы и управления «С» генерала Судоплатова), имевшие опыт оперативной и диверсионной работы: Отрощенко, Коротков, Вертипорох и десятки других. Помимо них, в Израиль в срочном порядке командировали двух генералов от пехоты и авиации, вице-адмирала ВМФ, пять полковников и восемь подполковников, и, само собой, младших офицеров для непосредственной работы на местах.

Среди «младших» были в основном бывшие солдаты и офицеры с соответствующей «пятой графой» в анкете, которые высказали желание репатриироваться на историческую родину. В результате, капитан Гальперин (родился в Витебске в 1912 г.) стал основателем и первым руководителем разведки Моссад, создал службу общественной безопасности и контрразведки «Шин Бет». В историю Израиля и его спецслужб «почетный пенсионер и верный наследник Берии», второй человек после Бен-Гуриона, вошел под именем Исер Харел. Офицер «Смерша» Ливанов основал и руководил внешней разведкой «Натива Бар». Принял иудейское имя Нехимия Леванон, под которым и вошел в историю израильской разведки. Капитаны Никольский, Зайцев и Малеваный «поставили» работу спецназа Армии обороны Израиля, два офицера ВМФ (имена не удалось установить) создали и обучили подразделение морского спецназа. Теоретическая подготовка регулярно подкреплялась практическими занятиями – рейдами по тылам арабских армий и зачистками арабских деревень.

Некоторые из разведчиков попадали в пикантные ситуации, случись они в другом месте, тяжелых последствий не миновать. Так, один советский агент внедрился в ортодоксальную еврейскую общину, а сам не знал даже основ иудаизма. Когда это обнаружилось, он был вынужден признаться, что является кадровым чекистом. Тогда совет общины постановил: дать товарищу надлежащее религиозное образование. Причем авторитет советского агента в общине резко вырос: СССР – братская страна, рассудили поселенцы, какие могут быть от нее секреты?

Выходцы из Восточной Европы охотно шли на контакт с советскими представителями, рассказывали все, что знали. Евреи-военные особенно симпатизировали Красной Армии и Советскому Союзу, не считали зазорным делиться с советскими разведчиками секретной информацией. Обилие источников информации создавало у сотрудников резидентуры обманчивое ощущение своего могущества. «Они, – цитируем отечественного историка Жореса Медведева, – намеревались тайно управлять Израилем, а через него еще и влиять на американскую еврейскую общину».

Советские спецслужбы активно действовали как в левых и прокоммунистических кругах, так и в правых подпольных организациях ЛЕХИ и ЭЦЕЛЬ. К примеру, житель Беэр-Шевы Хаим Бреслер в 1942-1945 гг. находился в Москве в составе представительства ЛЕХИ, занимался поставками оружия и тренировал боевиков. У него сохранились фотографии военных лет с Дмитрием Устиновым, тогдашним министром вооружений, позже министром обороны СССР и членом Политбюро ЦК КПСС, с видными разведчиками: Яковом Серебрянским (работал в Палестине в 1920-е годы вместе с Яковом Блюмкиным), генералом госбезопасности Павлом Райхманом и другими людьми. Знакомства были довольно значимыми для человека, занесенного в список героев Израиля и ветеранов ЛЕХИ.

«ИНТЕРНАЦИОНАЛ» ПЕЛИ ХОРОМ

В конце марта 1948 г. палестинские евреи распаковали и собрали первые четыре трофейных истребителя «Мессершмит-109». В этот день египетская танковая колонна, а также палестинские партизаны находились всего в нескольких десятках километров от Тель-Авива. Если бы они захватили город, дело сионистов было бы проиграно. Войск, способных прикрыть город, в распоряжении палестинских евреев не было. И в бой отправили все, что было, – эти четыре самолета. Из боя вернулся один. Но увидев, что у евреев появилась авиация, египтяне и палестинцы испугались и остановились. Они не решились взять фактически беззащитный город.

По мере приближения даты провозглашения еврейского и арабского государств страсти вокруг Палестины накалялись не на шутку. Западные политики наперебой советовали палестинским евреям не спешить с провозглашением собственного государства. Американский Госдеп предупредил еврейских лидеров, что, если на еврейское государство нападут арабские армии, на помощь Соединенных Штатов рассчитывать не следует. Москва же настойчиво советовала – провозгласить еврейское государство сразу же после того, как последний английский солдат покинет Палестину.

Арабские страны не желали появления ни еврейского государства, ни палестинского. Иордания и Египет собирались поделить Палестину, где на февраль 1947 г. проживало 1 млн. 91 тыс. арабов, 146 тыс. христиан и 614 тыс. евреев, между собой. Для сравнения: в 1919 г. (за три года до британского мандата) здесь проживало 568 тыс. арабов, 74 тыс. христиан и 58 тыс. евреев. Соотношение сил было таково, что арабские страны не сомневались в успехе. Генеральный секретарь Арабской лиги обещал: «Это будет война на уничтожение и грандиозная резня». Палестинским арабам было приказано временно покинуть свои дома, чтобы случайно не попасть под огонь наступающих арабских армий.

В Москве считали, что не пожелавшие оставаться в Израиле арабы должны обосноваться в соседних странах. Было и другое мнение. Его озвучил постоянный представитель Украинской ССР в СБ ООН Дмитрий Мануильский. Он предложил «переселить палестинских арабов-беженцев в советскую Среднюю Азию и создать там арабскую союзную республику или автономную область». Забавно, не правда ли! Тем более, что опыт массовых переселений народов у советской стороны имелся.

В ночь на пятницу 14 мая 1948 г., под салют семнадцати пушек, британский верховный комиссар Палестины отплыл из Хайфы. Срок действия мандата закончился. В четыре часа дня в здании музея на бульваре Ротшильда в Тель-Авиве было провозглашено Государство Израиль (в числе вариантов названия фигурировали также Иудея и Сион.) Будущий премьер-министр Давид Бен-Гурион, после того как уговорил испуганных (после предупреждения США) министров голосовать за провозглашение независимости, обещая приезд двух миллионов евреев из СССР в течение двух лет, зачитал подготовленную «русскими экспертами» Декларацию независимости.

Массовую волну евреев ждали в Израиле кто с надеждой, а кто со страхом. Советские граждане – отставники израильских спецслужб и ЦАХАЛ, ветераны израильской Компартии и бывшие лидеры многочисленных общественных организаций в унисон утверждают, что действительно в послевоенных Москве и Ленинграде, других крупных городах СССР усиленно распространялись слухи о «двух миллионах будущих израильтян». На самом же деле советские власти планировали такое количество евреев направить в другую сторону – на Север и Дальний Восток.

Советский Союз 18 мая первым признал еврейское государство де-юре. По случаю приезда советских дипломатов около двух тысяч человек собралось в здании одного из самых больших кинотеатров Тель-Авива «Эстер», на улице стояло еще около пяти тысяч человек, которые слушали трансляцию всех выступлений. Над столом президиума повесили большой портрет Сталина и лозунг «Да здравствует дружба между Государством Израиль и СССР!». Хор рабочей молодежи исполнил еврейский гимн, затем гимн Советского Союза. «Интернационал» пел уже весь зал. Затем хор исполнил «Марш артиллеристов», «Песнь о Буденном», «Вставай, страна огромная».

Посмотреть вложение 73058 Посмотреть вложение 73059

Советские дипломаты заявили в Совете Безопасности ООН: так как арабские страны не признают Израиль и его границы, то и Израиль может их не признавать.

ЯЗЫК ПРИКАЗА – РУССКИЙ

В ночь на 15 мая армии пяти арабских стран (Египта, Сирии, Ирака, Иордании и Ливана, а также «прикомандированные» подразделения от Саудовской Аравии, Алжира и ряда других государств) вторглись в Палестину. Духовный вождь мусульман Палестины Амин аль-Хусейни, который всю Вторую мировую войну был заодно с Гитлером, обратился к своим последователям с наставлением: «Я объявляю священную войну! Убивайте евреев! Убивайте их всех!». «Эйн брера» (нет выбора) – так объясняли израильтяне свою готовность сражаться даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. И в самом деле, выбора у евреев не было: арабы желали не уступок с их стороны, они хотели истребить их всех, по сути, объявляя второй Холокост.

Советский Союз «при всем сочувствии к национально-освободительному движению арабских народов» официально осудил действия арабской стороны. Параллельно были даны указания всем силовым ведомствам оказать израильтянам всю необходимую помощь. В СССР началась массовая пропагандистская кампания в поддержку Израиля. Государственные, партийные и общественные организации стали получать массу писем (в основном от граждан еврейской национальности) с просьбой отправить их в Израиль. Активно включился в этот процесс Еврейский антифашистский комитет (ЕАК).

Сразу же после арабского вторжения ряд зарубежных еврейских организаций обратились лично к Сталину с просьбой оказать прямую военную поддержку молодому государству. В частности, особый упор делался на важности посылки «еврейских летчиков-добровольцев на бомбардировщиках в Палестину». «Вы, человек, доказавший свою прозорливость, можете помочь, – говорилось в одной из телеграмм американских евреев на имя Сталина. – Израиль заплатит вам за бомбардировщики». Здесь же отмечалось, что, к примеру, в руководстве «реакционной египетской армии» имеется более 40 английских офицеров «в ранге выше капитана».

Очередная партия «чехословацких» самолетов прибыла 20 мая, а уже через 9 дней был нанесен массированный воздушный удар по врагу. С этого дня израильские ВВС захватили господство в воздухе, что в значительной степени повлияло на победоносное завершение Войны за независимость. Четверть века спустя, в 1973 г., Голда Меир писала: «Как бы радикально ни изменилось советское отношение к нам за последующие двадцать пять лет, я не могу забыть картину, которая представлялась мне тогда. Кто знает, устояли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупить в Чехословакии»?

Сталин знал, что советские евреи будут проситься в Израиль, и отдельные (нужные) из них получат визу и уедут, чтобы строить там новое государство по советским лекалам и вести работу против недругов СССР. Но массовой эмиграции граждан социалистической страны, страны-победительницы, особенно ее славных воинов, он не мог допустить.

Сталин считал (и небезосновательно), что именно Советский Союз спас более двух миллионов евреев от неминуемой гибели в годы войны. Казалось, евреи должны быть благодарны, и не ставить палки в колеса, не вести линию вразрез политике Москвы, не поощрять эмиграцию в Израиль. Вождя буквально взбесило сообщение о том, что 150 офицеров-евреев официально обратились к правительству с просьбой направить их добровольцами в Израиль для оказания помощи в войне с арабами. В пример другим, все они были строго наказаны, некоторые расстреляны. Не помогло. Сотни военнослужащих при помощи израильских агентов бежали из групп советских войск в Восточной Европе, другие использовали транзитный пункт во Львове. При этом все они получали поддельные паспорта на вымышленные фамилии, под которыми в дальнейшем воевали и жили в Израиле. Именно поэтому в архиве «Махала» (израильского союза воинов-интернационалистов) совсем мало имен советских добровольцев, уверен известный израильский исследователь Михаэль Дорфман, который занимался проблемой советских добровольцев в течение 15 лет. Он уверенно заявляет, что их было много, и они чуть было не построили «ИССР» (Израильскую Советскую Социалистическую Республику). Он все еще надеется завершить российско-израильский TВ-проект, прерванный из-за дефолта в середине 1990-х годов, и в нем «рассказать очень интересную, а, возможно, и сенсационную историю участия советских людей в деле становления израильской армии и спецслужб», в которых «было много бывших советских военнослужащих».

Менее известны широкой общественности факты мобилизации добровольцев в Армию обороны Израиля, которая проводилась израильским посольством в Москве. Изначально сотрудники израильской дипмиссии предполагали, что вся деятельность по мобилизации демобилизованных офицеров-евреев проводилась с одобрения правительства СССР, и списки убывших и готовых убыть в Израиль советских офицеров израильский посол Голда Меерсон (с 1956 г. – Меир) иногда передавала лично Лаврентию Берии. Однако позже эта деятельность стала одной из причин «обвинения Голды в предательстве», и она вынуждена была оставить должность посла. При ней успели уехать в Израиль около двухсот советских военнослужащих. Те, которые не успели, не были репрессированы, хотя большинство из них были демобилизованы из армии.

Сколько советских военных выехало в Палестину до и в ходе Войны за независимость – доподлинно неизвестно. По данным израильских источников, легальными или нелегальными каналами воспользовались 200 тыс. советских евреев. Из них «несколько тысяч» – военнослужащие. Во всяком случае, основным языком «межнационального общения» в израильской армии был русский. Он же занимал второе (после польского) место во всей Палестине.

Первым советским резидентом в Израиле в 1948 г. стал Владимир Вертипорох, направленный на работу в эту страну под псевдонимом Рожков. Вертипорох позже признавался, что ехал в Израиль без особой уверенности в успехе своей миссии: во-первых, он недолюбливал евреев, а во-вторых, резидент не разделял уверенности руководства, что Израиль можно сделать надежным союзником Москвы. Действительно, опыт и интуиция не обманули разведчика. Политические акценты резко сменились после того, как стало ясно, что израильское руководство переориентировало политику своей страны на тесное сотрудничество с Соединенными Штатами.

Руководство во главе с Бен-Гурионом с момента провозглашения государства опасалось коммунистического переворота. Действительно, такие попытки были, и они жестоко пресекались израильскими властями. Это и расстрел на рейде Тель-Авива десантного судна «Алталена», названного позже «израильским крейсером «Аврора», и восстание моряков в Хайфе, которые считали себя последователями дела матросов броненосца «Потемкин», и некоторые другие инциденты, участники которых не скрывали своих целей – установление советской власти в Израиле по сталинскому образцу. Они слепо верили в то, что дело социализма побеждает во всем мире, что «социалистический еврейский человек» уже почти сформировался и что условия войны с арабами создали «революционную ситуацию». Нужен был лишь «крепкий как сталь» приказ, говорил чуть позже один из участников восстания, ведь сотни «красных бойцов» уже были готовы «оказать сопротивление и выступить против правительства с оружием в руках». Здесь не случайно использован эпитет стали. Сталь была тогда в моде, как и все советское. Очень распространенная израильская фамилия Пелед означает в переводе с иврита «Сталин». Но последовал «плач» недавнего героя «Алталены» – Менахем Бегин призвал революционные силы повернуть оружие против арабских армий и вместе со сторонниками Бен-Гуриона отстоять независимость и суверенитет Израиля.

Посмотреть вложение 73061

ИНТЕРБРИГАДЫ ПО-ЕВРЕЙСКИ

В непрерывной войне за свое существование, Израиль всегда вызывал симпатии и солидарность со стороны евреев (и не евреев), живущих в разных странах мира. Одним из примеров такой солидарности явилась добровольная служба иностранных волонтеров в рядах израильской армии и участие их в боевых действиях. Все это началась в 1948 г., сразу после провозглашения еврейского государства. По израильским данным, приблизительно 3500 добровольцев из 43 стран прибыли тогда в Израиль и приняли непосредственное участие в боевых действиях в составе частей и соединений Армии обороны Израиля – Цва Хагана Ле-Исраэль (сокращенно АОИ или ЦАХАЛ). По странам исхода добровольцы разделились следующим образом: примерно 1000 добровольцев прибыли из США, 250 – из Канады, 700 – из Южной Африки, 600 – из Великобритании, 250 – из Северной Африки, по 250 – из Латинской Америки, Франции и Бельгии. Были также группы добровольцев из Финляндии, Австралии, Родезии и России.

Это были неслучайные люди – военные профессионалы, ветераны армий антигитлеровской коалиции, с бесценным опытом, полученном на фронтах недавно завершившейся Второй мировой войны. Не всем из них довелось дожить до победы – 119 иностранных добровольцев погибли в боях за независимость Израиля. Многим из них посмертно было присвоено очередное воинское звание, вплоть до бригадного генерала.

История каждого добровольца читается как авантюрный роман и, к сожалению, мало известна широкой публике. Особенно это касается тех людей, которые в далекие 20-е годы прошлого века начали вооруженную борьбу против англичан с единственной целью – создать еврейское государство на территории подмандатной Палестины. В авангарде этих сил шли наши соотечественники. Именно они в 1923 г. создали военизированную организацию БЕЙТАР, которая занялась военной подготовкой бойцов для еврейских отрядов в Палестине, а также для защиты еврейских общин в диаспоре от арабских банд погромщиков. БЕЙТАР – это аббревиатура ивритских слов Брит Трумпельдор («Союз Трумпельдора»). Так она была названа в честь офицера русской армии, георгиевского кавалера и героя русско-японской войны Иосифа Трумпельдора.

В 1926 г. БЕЙТАР вошел во Всемирную организацию сионистов-ревизионистов, которую возглавлял Владимир Жаботинский. Наиболее многочисленные боевые формирования БЕЙТАРа были в Польше, прибалтийских странах, Чехословакии, Германии и Венгрии. На сентябрь 1939 г. командование ЭЦЕЛя и БЕЙТАРа планировало проведение операции «Польский десант» – до 40 тыс. бойцов БЕЙТАРа из Польши и прибалтийских стран должны были быть переброшены на морских судах из Европы в Палестину, чтобы на завоеванном плацдарме создать еврейское государство. Однако начавшаяся Вторая мировая война перечеркнула эти планы.

Раздел Польши между Германией и СССР и последующий ее разгром нацистами нанесли тяжелый удар по формированиям БЕЙТАРа – вместе со всем еврейским населением оккупированной Польши его члены оказались в гетто и в лагерях, а те из них, кто очутился на территории СССР, нередко становились объектом преследований НКВД за излишний радикализм и самоуправство. Руководитель польского БЕЙТАРа Менахем Бегин, будущий израильский премьер, был арестован и отправлен отбывать срок в воркутинские лагеря. Вместе с тем, тысячи бейтаровцев геройски сражались в рядах Красной Армии. Многие из них воевали в составе сформированных в СССР национальных частей и соединений, где особенно был высок процент евреев. В литовской дивизии, латышском корпусе, в армии Андерса, в чехословацком корпусе генерала Свободы были целые подразделения, в которых команды подавались на еврейском языке. Известно, что два воспитанника БЕЙТАРа, сержант Калманас Шурас из литовской дивизии и надпоручик Антонин Сохор из чехословацкого корпуса за свои подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза.

При создании государства Израиль в 1948 г. нееврейская часть населения была освобождена от несения обязательной воинской службы наравне с евреями. Считалось, что неевреям будет невозможно выполнять свой воинский долг в силу их глубоких родственных, религиозных и культурных связей с арабским миром, объявившим тотальную войну еврейскому государству. Однако уже в ходе палестинской войны в ряды ЦАХАЛа добровольно вступили сотни бедуинов, черкесов, друзов, арабов-мусульман и христиан, решивших навсегда связать свою судьбу с еврейским государством.

Черкесы в Израиле – это мусульманские народы Северного Кавказа (в основном, чеченцы, ингуши и адыги), проживающие в деревнях на севере страны. Они призывались как в боевые части ЦАХАЛа, так и в пограничную полицию. Многие из черкесов стали офицерами, а один дослужился до чина полковника израильской армии. «В войне за независимость Израиля черкесы примкнули к евреям, которых было тогда всего 600 тысяч, – против 30 миллионов арабов, и с тех пор никогда не изменяли союзу с евреями», – сказал Аднан Хархад, один из старейшин черкесской общины.

ПАЛЕСТИНА: ОДИННАДЦАТЫЙ СТАЛИНСКИЙ УДАР?

До сих пор продолжаются дискуссии: зачем арабам понадобилось вторгаться в Палестину? Ведь было ясно, что положение на фронте для евреев, хотя и оставалось достаточно серьезным, все же значительно улучшилось: территория, отведенная еврейскому государству ООН, была уже почти полностью в руках евреев; евреи захватили около сотни арабских деревень; Западная и Восточная Галилея была частично под контролем евреев; евреи добились частичного снятия блокады Негева и деблокировали «дорогу жизни» из Тель-Авива в Иерусалим.

Дело в том, что у каждого арабского государства был свой расчет. Король Трансиордании Абдалла хотел захватить всю Палестину – в особенности Иерусалим. Ирак хотел получить выход к Средиземному морю через Трансиорданию. Сирия зарилась на Западную Галилею. Влиятельное мусульманское население Ливана давно с жадностью поглядывало на Центральную Галилею. А Египет, хотя у него и не было территориальных притязаний, носился с идеей стать признанным лидером арабского мира. Ну и, конечно, помимо того, что у каждого из вторгшихся в Палестину арабских государств были свои основания для «похода», всех их привлекала перспектива легкой победы, и эту сладкую мечту искусно поддерживали англичане. Естественно, что без такой поддержки вряд ли арабы согласились бы пойти на открытую агрессию.

Арабы проиграли. Разгром арабских армий в Москве расценили как поражение Англии и были этому несказанно рады, считали, что позиции Запада подорваны на всем Ближнем Востоке. Сталин не скрывал, что его замысел блестяще осуществлен.

Соглашение о перемирии с Египтом было подписано 24 февраля 1949 г. Передовая линия последних дней боев превратилась в линию перемирия. Сектор побережья у Газы остался в руках египтян. Никто не оспаривал у израильтян контроля над Негевом. Осажденная египетская бригада вышла из Фалуджи с оружием в руках и вернулась в Египет. Ей были оказаны все воинские почести, почти все офицеры и большинство солдат получили государственные награды как «герои и победители» в «великой битве с сионизмом». 23 марта в одном из приграничных селений было подписано перемирие с Ливаном: израильские войска оставили эту страну. С Иорданией соглашение о перемирии было подписано на о. Родос 3 апреля, и, наконец, 20 июля на нейтральной территории между позициями сирийских и израильских войск было подписано соглашение о перемирии с Дамаском, согласно которому Сирия вывела свои войска из ряда приграничных с Израилем районов, которые оставались демилитаризованной зоной. Все эти соглашения однотипны: они содержали взаимные обязательства ненападения, определили демаркационные линии перемирия с особой оговоркой, что эти линии не должны рассматриваться в качестве «политических или территориальных границ». Соглашения не упоминали о судьбе арабов Израиля и арабских беженцев из Израиля в соседние арабские страны.

Документы, цифры и факты дают определенное представление о роли советского военного компонента в становлении Государства Израиль. Никто не помогал евреям оружием и солдатами-иммигрантами, кроме как Советский Союз и страны Восточной Европы. До сих пор в Израиле можно нередко услышать и прочитать, что еврейское государство выстояло в «палестинской войне» благодаря «добровольцам» из СССР и других социалистических стран. На деле же Сталин не дал «зеленый свет» добровольческим порывам советской молодежи. Зато сделал все для того, чтобы в течение полугода мобилизационные возможности малонаселенного Израиля смогли «переварить» огромное количество поставленного вооружения. Молодые люди «близлежащих» государств – Венгрии, Румынии, Югославии, Болгарии, в меньшей степени, Чехословакии и Польши – составили тот призывной контингент, который позволил создать полностью укомплектованную и хорошо вооруженную Армию обороны Израиля.

В целом под израильским контролем оказались 1300 км2 и 112 населенных пунктов, отводившихся решением ООН арабскому государству в Палестине; под арабским контролем оказались 300 км2 и 14 населенных пунктов, решением ООН предназначенных еврейскому государству. Фактически, Израиль занял территории на треть больше, чем было предусмотрено в решении Генеральной ассамблеи ООН. Таким образом, по условиям достигнутых с арабами соглашений, за Израилем осталось три четверти Палестины. Вместе с тем часть территории, отводившейся палестинским арабам, перешла под контроль Египта (сектор Газа) и Трансиордании (с 1950 г. – Иордания), в декабре 1949 г. аннексировавшей территорию, которая получила название Западного берега. Иерусалим был разделен между Израилем и Трансиорданией. Большое число палестинских арабов бежало из районов военных действий в более безопасные места в секторе Газа и на Западном берегу, а также в соседние арабские страны. Из первоначального арабского населения Палестины лишь около 167 тыс. человек остались на территории Израиля. Главной победой Войны за независимость явилось то, что уже во второй половине 1948 г., когда еще в полном разгаре шла война, сто тысяч иммигрантов прибыли в новое государство, которое сумело обеспечить их и жильем, и работой.

Посмотреть вложение 73051 Посмотреть вложение 73052 Посмотреть вложение 73053

В Палестине, и особенно после создания Государства Израиль, были исключительно сильные симпатии к СССР как к государству, которое, во-первых, спасло еврейский народ от уничтожения во время Второй мировой войны, а, во-вторых, оказало огромную политическую и военную помощь Израилю в его борьбе за независимость. В Израиле по-человечески любили «товарища Сталина», и подавляющее большинство взрослого населения просто не хочет слышать никакой критики в адрес Советского Союза. «Многие израильтяне боготворили Сталина, – писал сын знаменитого разведчика Эдгара Бройде-Треппер. – Даже после доклада Хрущева на ХХ съезде портреты Сталина продолжали украшать многие государственные учреждения, не говоря уже о кибуцах».


https://topwar.ru/3231-sovetskaya-vojna-za-nezavisimost-izrailya.html
Плюсанул, хотя далеко не совсем согласен.
 

semen_izdali

Предупрежден
Еврей, который взорвал яхту Гитлера

Семьдесят лет назад, в разгар Войны за независимость, Элиягу Рика вызвали в «арабский отдел» ПАЛЬМАХа. Он увидел на столе разложенные карты и аэрофотоснимки бейрутскго порта. Там особо выделялись очертания большого судна. Это была «Игрис», частная яхта, принадлежавшая Гитлеру. «Ее нужно потопить» – таков был приказ.
Рика, которому на тот момент исполнилось 18 лет, репатриировался в Израиль из Дамаска за четыре года до описываемых событий. Из-за характерной внешности и знания арабского языка он служил в спецподразделении, известном также под названием «мистаарвим» (букв., «псевдоарабы»), – секретном подразделении, участвовавшем во всевозможных диверсиях против арабов. Теперь, невзирая на молодость, Рика должен был выполнить самое сложное задание.
«Игрис», сошедшая с немецких стапелей в 1934 году, использовалась Гитлером и другими высокопоставленными нацистскими бонзами, как в частных, так и в государственных целях. Эта яхта была в длину 135 метров и весила три с половиной тонны. С началом Второй мировой войны «Игрис» превратили в военный корабль, а после разгрома нацистов продали богатому купцу из Ливана. В 1948 году израильская разведка обнаружила это судно, пришвартовавшееся в бейрутском порту.
В ЦАХАЛе опасались, что «Игрис» могут продать Египту, и решили ее затопить.

«Если бы египетский флот действительно пополнился этим судном, наши военно-морские силы вряд ли смогли бы ему противостоять», – признал впоследствии главком ВМФ Израиля, контр-адмирал Шломо Харэль.
Можно только представить себе, какая сложнейшая задача была возложена на Элиягу Рика, которому в этом году исполнилось 88 лет. На встрече в Тель-Авиве он поведал, чем была символична проведенная операция.
«День, выбранный для ее проведения – 29 ноября 1948 года был приурочен к годовщине резолюции ООН, ко дню победы еврейского народа над Гитлером. Но, даже, лежа в могиле, фюрер не хотел соглашаться с существованием Государства Израиль, отправив, словно загробный привет, свою яхту, которая могла причинить вред нашей стране. Я считаю, что удостоился высочайшей привилегии, чтобы выполнить возложенную на меня миссию», – сказал Рика.
Сегодня, оглядываясь назад, можно с уверенностью сказать, что эта миссия была самоубийственной. Рика сам признает, что «намеченная операция представляла собой одну большую опасность, а успех ее осуществления зависел только от большой удачи». Несмотря на свой юный возраст, отсутствие опыта и профессиональной подготовки для морских диверсий, Рика отправили на лодке к «Игрису», чтобы установить там взрывные устройства.
Прежде чем отправить молодого человека на столь рискованное задание, его снабдили фальшивым удостоверением личности израильского араба и придумали ему легенду, по которой он бежал в Бейрут вместе с потоком палестинских беженцев, устремившихся в Ливан после того, как ЦАХАЛ вошел в Хайфу. В вещах, которые были с ним, тщательно запрятали две мины, начиненные пятью килограммами взрывчатки каждая.
В день, выбранный для проведения операции, в хайфском порту Рика поднялся на борт судна, которым командовал Харэль.
«Мы покинули Хайфу и взяли курс на Бейрут, – рассказывал Харэль в интервью для документального проекта «Толдот Исраэль» (он скончался в этом месяце в возрасте 98 лет). – Бедный парень. Он был худой, тонкий и маленький, и маялся морской болезнью в течение нескольких часов, пока мы были в пути».
Когда судно, наконец, подошло к берегам Бейрута, Рика сел в резиновую лодку, которую спустили на воду, и на ней добрался до берега. Чуть позже он присоединился к своим товарищам из секретного подразделения, которые ждали его в городе, а затем довели до исходной точки, где он должен был начать выполнение своей миссии.
«Условия ее выполнения были катастрофическими, если не сказать больше, – вспоминает Рика, – все от начала до конца таило в себе смертельную опасность. Район, в котором стояло судно, освещался прожекторами, так же, как и сам корабль. Меня в любой момент могли заметить». Друзья-«мистаарвим» снабдили его таблетками амфетамина на случай, если силы его покинут, – он должен был вернуться в Израиль в тот же день, а также бутылкой рома, из которой он должен был глотнуть, прежде чем войти в воду.
Бутылка рома выскользнула из рук и разбилась прямо на берегу. Один из механизмов, приводящих в действие мины, сломался. Тем не менее, Рика решил отправиться в путь.
«К счастью, никто не заметил мою странную фигуру в купальном костюме с ластами, в камуфляжной сетке, с минами, прикрепленными к груди», — говорит он.
Рика поплыл к кораблю, который находился примерно в полукилометре от берега. Вдруг, буквально в нескольких метрах от него, прошла рыбацкая лодка. «Я затаил дыхание. Те, кто находился в лодке, каким-то чудом меня не заметили», – вспоминает Рика.
Вначале он оцарапался о морские водоросли, прилипшие к днищу корабля, а затем прикрепил мины, установив таймер, и поспешил обратно к берегу. «Только бы корабль не взорвался, пока я плыву», – молился он. Уже выходя из моря, оглядываясь по сторонам, Рика вдруг заметил двух арабов, идущих по берегу и разговаривающих друг с другом. И снова он затаил дыхание, «но арабы, беседуя, прошли мимо, не обратив на меня внимания» – улыбается Рика.
Он благополучно вернулся в Израиль, но радость возвращения была омрачена тем фактом, что из Ливана не поступило никаких сообщений о взрыве на «Игрисе». Через неделю Рику вновь отправили в Бейрут, чтобы все же уничтожить судно, но в последний момент операцию отменили из-за боязни, что мины, установленные там ранее, могут взорваться, когда он будет устанавливать новые.
Но 17 декабря взрывное устройство все же сработало, едва ли не расколов корабль. Ливанская пресса сообщала, что пламя, охватившее судно, достигло тридцати метров в высоту. В Ливане были те, кто считал, что корабль наткнулся на плавучую мину. Согласно другой версии, в «Игрис» попала торпеда, выпущенная подводной лодкой. Никто не мог даже предположить, что речь идет о диверсии, осуществленной израильтянами. В любом случае, продажа яхты Египту была сорвана.
«Рика осуществил одну из самых дерзких операций в Войне за независимость, не будучи опытным бойцом или офицером морского спецназа», – так считал Харэль. По его словам, «по сравнению с сегодняшними военно-морскими операциями, та операция нисколько не уступает с точки зрения планирования, масштаба и успеха».
Однако сам Рика даже сейчас, спустя семьдесят лет, до сих пор не очень понимает, почему именно его выбрали для выполнения столь сложного задания.
«По-видимому, мои командиры посчитали, что если бы в ходе операции возникли какие-либо проблемы, у меня было бы больше шансов справиться с ними, чем у других людей», – считает он, добавив, что, даже будучи ребенком, в Сирии, он вел себя довольно смело, не боясь стычек со своими арабскими соседями.
После того, как операция с яхтой Гитлера была успешно завершена, Рика выполнял секретные разведывательные миссии в рамках спецподразделения 131 – в Египте, Ливане, Иордании и Европе, а затем работал в Моссаде.
Только в 1965 году ЦАХАЛ рассекретил операцию, в которой принимал участие Рика. «Благодаря дерзкой операции ВМФ Израиля, корабль Гитлера был взорван и поставлен на якорь в порту Бейрута», – сообщили армейские источники газете «Давар», назвавшей эту операцию «одной из самых ярких во время Войны за независимость».
А что же случилось с кораблем?
Несмотря на взрыв, экипажу удалось предотвратить его затопление, впоследствии его отремонтировали и отправили в США. Там, в Нью-Джерси «Игрис» стал туристической достопримечательностью, за знакомство с которой еще и взимали определенную плату.
В начале пятидесятых годов прошлого века «Игрис» демонтировали, а его различные части разошлись по коллекционерам. В частности, гальюн с этой яхты, который в СМИ окрестили «сортиром Гитлера», был снят с судна и помещен в местный гараж для пользования клиентами. Несколько лет назад он снова пересек море, отправившись в Великобританию, где его приобрел человек, коллекционирующий военные реликвии.
Офер Адерет, «ХаАрец», М.К. К.В.
На фото: вид Бейрута. Фото: Piotr Chrobot, Unsplash
 
Первые выстрелы Войны за независимость
war-independent-D843-111-Zoltan-Kluger-GPO.jpg

До поздней ночи, а то и до рассвета следующего дня, евреи Эрец Исраэль праздновали решение Генеральной ассамблеи ООН о разделе подмандатной Палестины на два государства – еврейское и арабское. Всеобщее ликование прервали выстрелы, прозвучавшие около половины девятого утра в районе Петах-Тиквы. Два автобуса "Эгеда" были обстреляны арабами, шесть человек погибли. Это трагическое событие омрачило радость победы в Организации Объединенных Наций. И тогда еще никто не знал, что выстрелы, прогремевшие ранним утром 30 ноября 1947 года, возвестили о начале войны, продолжавшейся более полутора лет и унесшей жизнь каждого сотого еврейского жителя Эрец Исраэль. В то утро никто не знал, что Война за независимость уже началась.

Засада на дороге

В 07.15 из Хадеры в Иерусалим выехал автобус кооператива "Эгед". Им управлял Тувия Горовиц, которого знал весь город – ходили слухи, что он входил в состав боевой группы, ликвидировавшей офицера британской полиции Туфик-Бея, который был заподозрен в пособничестве арабским погромщикам в мае 1921 года. Кроме того, Тувия был братом Нахума Горовица, одного из первых еврейских сторожей в Эрец Исраэль. Среди находившихся в его автобусе немногочисленных пассажиров был активист организации ЭЦЕЛЬ Мордехай Ольмерт – будущий депутат кнессета и отец будущего премьера Эхуда Ольмерта (забегая вперед, скажем, что он в результате нападения не пострадал).

Olmert_mordechai.jpg Мордехай Ольмерт

Спустя 15 минут еще один автобус "Эгеда" выехал в Иерусалим из Нетании. В отличие от рейса из Хадеры, в этом автобусе свободных мест не осталось, и пассажиры теснились по нескольку человек на одном сидении. За рулем сидел Арье Геллер, относительно недавно начавший работать водителем. В его биографии к тому моменту ничего примечательного не было. До того, как устроиться на работу в "Эгед", Геллер на небольшом фургоне развозил детей Нетании по школам и детским садам.

В 8.12 автобус, которым управлял Говориц, проезжал в районе арабской деревни Фаджа, расположенной в двух километрах к востоку от Петах-Тиквы (сегодня на этом месте находится перекресток Нехалим). В этот момент и раздались выстрелы, которым было суждено стать первыми в истории Войны за независимость. Автобус был обстрелян из засады, оконные стекла разлетелись вдребезги, несколько пуль попало в салон. Раздались крики и стоны раненых.

Тувия Говориц резко прибавил скорость, вывел автобус из зоны обстрела и продолжил движение в направлении Лода. Он остановился, доехав до аэропорта, который находился под контролем британских военных. Здесь пострадавшим была оказана первая помощь. Но одну пассажирку спасти не удалось. Она скончалась на месте от полученных ран. Это была 46-летняя Нехама Златовская, активистка организации "Хагана", работавшая лаборанткой в иерусалимской больнице "Хадаса". С началом Второй мировой войны ее муж Шимон Хакоэн пошел добровольцем в британскую армию, дослужился до офицерского звания, попал в плен к немцам и в 1945 году целым и невредимым вернулся в Эрец Исраэль. Нехаме, к сожалению, повезло меньше. Ее имя возглавило список евреев, погибших во время Войны за независимость.

gettyimages-944228310-612x612.jpg

Около половины девятого утра на том же месте возле деревни Фаджа появился автобус "Эгеда", направлявшийся в Иерусалим из Нетании. Как вспоминал позже Арье Геллер, он издалека увидел трех человек, стоявших на обочине шоссе и пытавшихся "голосовать". Водителю ничего не было известно о том, что произошло здесь четверть часа назад. Геллер решил подобрать пассажиров, но как только он замедлил ход, раздались выстрелы. Пули прошили обшивку автобуса, несколько человек погибли мгновенно.

Геллер был ранен и потерял управление машиной, которая едва не перевернулась, съехав в кювет. Но находившийся рядом с водителем пассажир, житель Нетании Йосеф Штерн перехватил руль и выровнял движение автобуса. который, проехав несколько метров, заглох.

Пассажиры, не пострадавшие от выстрелов, бросились прочь из замершей на месте машины. Кто-то попытался найти укрытие за автобусом, кто-то побежал в сторону расположенных поблизости цитрусовых плантаций. В салоне осталось несколько человек – раненых и тех, кто, несмотря ни на что, пробовал оказать им помощь. В этот момент в автобус ворвался один из нападавших. Он схватил сумку водителя, в которой было 19 палестинских фунтов и, оглянувшись встретился взглядом с Шаломом Вальдом. 45-летний Вальд не пострадал в результате обстрела и пытался сделать перевязку своей раненной жене, Дворе. Бандит выстрелил в него в упор. Шломо Вальд стал одним из пяти пассажиров автобуса Нетания - Иерусалим, погибших в первый день Войны за независимость.

ere-hisl038-ec765-h.jpg

Мотивы нападения – месть или ограбление

Как показало проведенное впоследствии расследование, нападение на автобусы "Эгеда" 30 ноября совершили члены банды под руководством Сайф Ад-дина Абу-Кишка. Они же 8 августа 1947 года обстреляли тель-авивское кафе в парке на берегу реки Яркон. В результате погиб известный актер и театральный деятель Меир Теоми, отец не менее популярного израильского актера Одеда Теоми.

Бедуинский клан Абу-Кишк перебрался в Палестину из Египта в начале ХХ века. Первые нападения на евреев его члены совершили в конце 20-х годов. Бандиты были задержаны британскими властями и оштрафованы на крупную сумму. Чтобы выплатить ее, клану Абу-Кишк пришлось продать крупный земельный участок в центре страны, там, где сейчас располагается город Рамат ха-Шарон. После этого между бедуинами и их еврейскими соседями состоялось примирение – "сульха". Но, как рассказывал впоследствии сам Сайф ад-Дин Абу-Кишк, он чувствовал себя уязвленным и уже тогда вынашивал планы дальнейшей мести. По его словам, бедуин и спустя 40 лет должен отомстить за нанесенную ему когда-то обиду. Объясняя, почему он возобновил нападения на евреев в 1947 году, Абу-Кишк вспоминал о том, как его клану в конце 20-х пришлось расстаться с крупным земельным участком.

Начальник разведки "Хаганы" Давид Шалтиэль также считал, что нападение на автобусы "Эгеда" 30 ноября никак не связано с принятым накануне решением Генеральной ассамблеи ООН. Он был уверен в том, что целью бандитов было ограбление, то есть, те самые 19 фунтов, похищенные ими из сумки Арье Геллера. Так или иначе, члены банды Абу-Кишка сами не ведали, что сделали первые выстрелы большой войны, продолжавшейся более полутора лет. Возможно, они бы отказались от своего плана, если бы знали, чем все закончится. Впрочем, война наверняка бы началась и без их участия.

Деревни Фаджа больше нет, автобус стал экспонатом

В тот же день, когда были убиты 6 пассажиров автобусов "Эгеда", "Хагана" объявила мобилизацию бойцов всех свои полевых подразделений. А арабские вооруженные группировки начали готовиться к нападениям на евреев уже в качестве непосредственной реакции на решение ООН о разделе Палестины.

Деревню Фаджа, близ которой были атакованы автобусы, 17 февраля 1948 года атаковали бойцы ЭЦЕЛЬ. Уже тогда деревню покинула часть ее жителей. Мухтар Фаджи, Абдалла аль-Хадж, пытался заключить с заключить мир с еврейскими организациями. Он обещал, что жители деревни не будут оказывать содействия вооруженным арабским отрядам. Узнав об этом, боевики Армии спасения под предводительством Каукджи похитили мухтара и подвергли его пыткам. В мае 1948 года, в канун провозглашения независимости Государства Израиль, в районе деревни произошел ряд столкновений между еврейскими и арабскими вооруженными организациями. 15 мая все жители Фаджи покинули свои дома. Вскоре после этого ее земли были включены в муниципальные границы Петах-Тиквы.

Автобус, следовавший 30 ноября 1947 года по маршруту Нетания – Иерусалим, стал экспонатом музея "Эгеда" в Холоне. Его можно увидеть там и по сей день.

Борис Ентин, "Детали". Фото: Zoltan Kluger, GPO

https://detaly.co.il/pervye-vystrely-vojny-za-nezavisimost/
 
Дело Элиора Азарии: прецедент из… 1948 года

GetImage.jpg Abdel_Kader_al-Husseini-1.jpg

После пасхальных праздников 2017 года Военный аппеляционный суд должен будет вынести новый приговор (или оставить в силе прежний) Элиору Азарии, военослужащему ЦАХАЛа, который добил раненного террориста. "Куда более тяжелые случаи не влекли за собой наказаний!", - утверждают податели аппеляции. Что же, они правы. Вот подлинная история гибели командира арабскими силами в районе Иерусалима Абд Эль-Кадера Аль-Хусейни, во время Войны за Независимость Израиля.

Образ Абд Эль-Кадера интересен еще и тем, что позволяет понять, кто именно противостоял евреям в битве за свое государство. Его биография удивительным образом перекликается с биографией... Зеэва Жаботинского! Кузен печально знаменитого муфтия Иерусалима, выпускник Каирского университета, он, как и Жаботинский, был блистательным журналистом, занимал откровенно националистические позиции. Правда, в отличие от Жаботинского, поэтом Эль-Кадер был посредственным.

В 30-х годах прошлого века Абд Эль-Кадер входил в "Комиссию просвещенных мусульман", а в 1936 году, в период арабского восстания, возглавил банду, убивавшую евреев в Иерусалиме и его окрестностях. Четырежды был ранен, затем, наконец, арестован англичанами. Но вместо тюрьмы его отправили в "ссылку" в Ирак. Он вскоре вернулся (бежал), возглавил "вооруженное сопротивление", попал в тюрьму, затем снова Ирак, где он закончил офицерские курсы... И вот, в конце 1947 года, сразу после решения ООН о разделе Палестины, он через Саудовскую Аравию и Египет снова добирается до Святой Земли, и снова возглавляет арабские силы Иерусалимского округа.

В течение короткого времени Абд Эль-Кадер сумел развернуть партизанскую войну на дорогах, и с помощью засад и снайперов весной 1948 года практически парализовал движение транспортов от побережья в восточном направлении и отрезал Иерусалим от всех остальных еврейских населенных пунктов.

1.5586226.4111360227.jpg

Поворотной точкой в том противостоянии для обеих сторон стала высота Кастель, близ одноименной арабской деревни. С нее хорошо просматривался и простреливался большой участок шоссе Иерусалим-Тель-Авив. Успехи арабов в этой войне превратили Абд Эль-Кадера в кумира арабов Иерусалима и других городов Земли Израиля. Одновременно именно эти успехи заставили американское руководство задуматься над тем, стоит ли поддерживать идею создания независимого еврейского государства, так что они имели не только военное, но и политическое значение.

Но 2 и 3 апреля 1948 года бойцы бригады ПАЛЬМАХ под командованием Элиягу Села заняли территорию деревни, и ее окрестности. Дорога на Иерусалим снова оказалась относительно свободной. Абд Эль-Кадер понимал, что без возвращения Кастеля под контроль арабов все достигнутое в последние месяцы преимущество будет растеряно.

Eliyahu_Sela.jpg Элиягу Села. כיבוש הקסטל - שחזור.jpg

7 апреля Абд Эль-Кадер вернулся из Дамаска с заседания генштаба объединенных арабских вооруженных сил. Вернулся, надо заметить, в скверном настроении, так как понял, что высшее командование решило делать ставку не на него, а на его главного соперника Фавзи Эль-Кауджи. Иорданскому королю сильно мешала популярность Эль-Кадера у фелахов Палестины и его политика самостоятельности. А Эль-Кауджи вовсе не претендовал на самостоятельность, заранее подчинив себя сирийскому руководству. Так что Абд Эль-Кадеру и его бойцам арабские союзники решили больше не поставлять оружия.


"Нас предали! - сказал он своему другу Абу-Гарбийе. – Мы можем уехать в Ирак и оставаться там до конца жизни. Но можем взять Кастель, либо погибнуть здесь с честью. Я выбираю второе". И отдал приказ готовиться к штурму.

Ночью 8 апреля трое арабов приблизились к штабу еврейского отряда и заложили возле него взрывчатку, однако мины были вовремя обнаружены. Путь минеров пролегал мимо гробницы шейха, возле которой стоял в карауле Моше Каценельсон. Заметив в темноте фигуры, он открыл огонь, убив двоих наповал. Третий поднял руки и громко воззвал о милосердии, но проснувшийся от выстрелов товарищ Каценельсона почти в упор расстрелял его из автомата.

Тем временем, ближе к утру, Абд Эль-Кадер решил вместе со своим заместителем Кямалем Арикатом и неким Арафатом (историки до сих пор ломают голову над тем, не идет ли речь о юном Ясире Арафате) отправился в разведку – несмотря на то, что все отговаривали его от личного участия в столь опасном предприятии.

Перед выходом он написал стихотворение, которое посвятил своему сыну Фейсалу Хуссейни, которому в будущем еще предстояло стать крупным политическим деятелем.

"Это – земля отважных, земля наших отцов.
У евреев нет никакого права на эту землю.
Как ты сможешь спать, если она – под врагом?!
Пусть огонь любви к родине пылает в твоем сердце,
Пусть в твоих ушах всегда стоит зов родины!"


Пытаясь понять, где же находится главный штаб еврейского отряда, Эль-Кадер и его спутники едва ли не носом к носу столкнулись с выставленным в караул сержантом Меиром Кармиолем. Кармиоль принял эту троицу за подходящее подкрепление.

"Поднимайтесь, йа джамаа!" – крикнул Кармиоль на арабском.

Сержант Кармиоль был одет в британскую военную форму, на голове у него была каска, так что Абд Эль-Кадер принял его, по всей видимости, за британского солдата-дезертира, которых в те дни было немало.

"Hello, boy!" – откликнулся Эль-Кадер. Эту перекличку услышали защитники высоты - Яаков Сальман и Мордехай Газит. Они с товарищами как раз закончили обезвреживать мины, и сразу поняли, что о ком идет речь.

"Меир, это арабы!" – крикнул Сальман, но Кармиоль и сам уже догадался, а потому выпустил из своего автомата длинную очередь в сторону Абд Эль-Кадера. Получив тяжелое ранение, тот упал, а Арикат с Арафатом поспешили скрыться.

"Воды! Умоляю, воды!" – попросил Абд Эль-Кадер, когда к нему подошли Газит, Сальман и еще несколько бойцов. Вместо этого Сальман достал пистолет и поднес его к виску раненного.

"Не здесь! – поморщился Газит. – Отволоки его в сторону".

Что и было сделано: Яаков Сальман оттащил Абд Эль-Кадера в сторону, и там хладнокровно добил раненого.

Любопытно, что при этом ни Газит, ни Сальман, ни тем более Кармиоль не поспешили узнать, кого же именно они только что убили. Обыскав покойника и обнаружив кипу документов, ручку с золотым пером и пистолет с рукояткой, отделанной слоновой костью, они лишь пришли к заключению, что тот был "важной птицей", но решили отложить разбирательство до утра.

На следующий день слухи о таинственном исчезновении Абд Эль-Кадера стали стремительно распространяться среди арабов, она дошли и до еврейской разведки, и та стала запрашивать командиров отрядов, не известно ли им что-либо о судьбе главнокомандующего арабскими силами в Иерусалиме.

Только после этого до Газита стало доходить, что за "птицу" они подстрелили. Когда он сообщил о ночном происшествии, из Иерусалима немедленно потребовали прислать им тело убитого.

"Это невозможно! – коротко ответил Газит. – Вся округа простреливается снайперами. Пришлите смену – получите тело".

Смену не прислали, а тем временем среди арабов стали шириться слухи о том, что любимый командир захвачен в плен евреями в Кастеле. К высоте двинулись одновременно десятки арабских отрядов со все сторон – от Яффо, Рамле, Хеврона. В ходе кровопролитных боев высота была сдана, и во время отступления с Кастеля впервые прозвучал приказ, ставший одним из принципов действия израильской армии: "Рядовые отходят – командиры прикрывают". Это сказал Шимон Альфаси, заместитель командира роты Пальмаха. Ему было 23 года. Этот бой стал последним в его жизни…

Когда в одном из лежащих на улицах деревни трупов опознали тело Абд Эль-Кадера, ликование арабов по поводу захвата Кастеля мгновенно сменилось трауром. Тело арабского героя было доставлено в Иерусалим и похоронено на Храмовой горе (что с точки зрения иудаизма является святотатством). В его похоронах приняло участие свыше 30 000 человек.

Kastal.jpg .images.jpg

Считается, что гибель Абд Эль-Кадера, наряду с событиями в Дир-Ясине, сломали моральный дух арабов и в итоге предопределили победу евреев в Войне за Независимость.

Что примечательно: командование получило подробный отчет об обстоятельствах убийства Абд Эль-Кадера Аль-Хуссейни, но ни у высших офицеров, ни у Бен-Гуриона этот отчет не вызвал никаких вопросов. Все участники тех событий продолжили службу и спустя годы вошли в элиту израильского общества. Комроты Мордехай Газит в будущем станет генеральным директором канцелярии премьер-министра, и послом Израиля во Франции. Яакова Сальмана ждала блестящая армейская карьера, затем он стал крупным бизнесменом и общественным деятелем.

Mordechai Gazit.jpg
Мордехай Газит
Генеральный директор Министерства иностранных дел Израиля, 1972 год


Но то, что могло сойти с рук в 1948 году, до создания государства, уже не может остаться безнаказанным в наши дни. Пальмахники решили остаться одни святыми в истории страны. Они в праве судить всех и за все. История Элиора Азарии стала лишь еще одним ярким тому подтверждением.

Петр Люкимсон, "Детали".
https://detaly.co.il/istoriya-eliora-azarii-1948-goda/
 
Как ВВС Израиля сбили 5 британских самолетов

VentSSoI - 0001.jpg
7 января 1949 года напряженность в отношениях между Израилем и Великобританией переросла в прямое вооруженное столкновение. Израильские ВВС сбили пять британских самолетов, два пилота погибли, двое были взяты в плен.

Инцидент произошел в районе линии прекращения огня между Израилем и Египтом. В ходе операции по освобождению Западного Негева (операция "Хорев") израильская армия, преследуя египтян, 28 декабря 1948 года вторглась на территорию Синайского полуострова. Великобритания, бывшая в те годы союзником Египта и державшая в этой стране крупный воинский контингент, в ультимативной форме потребовала немедленного отступления израильтян с Синая. 2 января израильская армия отошла к линии международной границы, и 5 января Египет сообщил о своем согласии на переговоры о прекращении огня.

7 января в 11.15 с военного аэродрома Фаид в районе Суэцкого канала взлетели четыре британских самолета и взяли курс на восток. Перед пилотами "Спитфайров" была поставлена задача произвести воздушную разведку района линии прекращения огня и удостовериться в том, что израильская армия полностью отступила с территории Синайского полуострова. Официально летчикам запретили вторгаться в воздушное пространство Израиля. Однако неофициально им дали понять, что любая информация, добытая по ту сторону границы, будет принята командованием с благодарностью.

Вылетая на задание, британские пилоты не знали, что буквально за полчаса до этого королевские ВВС Египта атаковали израильскую военную автоколонну в районе линии прекращения огня. В результате были подбиты три грузовика. Английские летчики, прибыв в заданный квадрат, увидели поднимающиеся с земли клубы дыма и решили разобраться, в чем дело. Они пересекли линию прекращения огня и оказались в воздушном пространстве Израиля. Два пилота снизились до 150-ти метров, чтобы получше разглядеть и сфотографировать происходящее на земле, двое других прикрывали их сверху.


Израильские солдаты, увидев приближающиеся к разбомбленной колонне "Спитфайры", решили, что египтяне совершают повторный налет. Они открыли огонь из крупнокалиберных пулеметов и сумели задеть два самолета, находившихся на малой высоте. Один из них загорелся и его пилот, Фрэнк Клоз, выпрыгнул с парашютом и был взят в плен израильскими солдатами. При приземлении он повредил челюсть. Второй подбитый самолет, которым управлял Джефф Купер, получивший менее значительные повреждения, сумел набрать высоту и остаться в воздухе. Двое британских пилотов, прикрывавших своих товарищей сверху, снились в поисках подбитой машины Фрэнка Клоза.

В это время к месту события подтянулись два самолета 101-й эскадрильи израильских ВВС. Их пилотировали зарубежные добровольцы, по окончании Второй мировой войны решившие повоевать за еврейское государство — канадец Джон Макэлрой и американец Чалмерс Гудлин по прозвищу "Ловкач". Позже Макэлрой утверждал, что тоже принял британские самолеты за египетские. Он с ходу атаковал противника. Так был сбит еще один британский "Спитфайр", который упал уже на территории Египта. Его пилот, Рон Сайерс, погиб. Макэлрой тут же успешно атаковал еще одного противника. Британский пилот Тим Макэлхоу выпрыгнул из самолета с парашютом и на земле был взят в плен израильскими солдатами. Тем временем Гудлин вступил в бой с Купером, самолет которого и так уже был поврежден. На этот раз у "Спитфайра" Купера загорелся двигатель. Тем не менее, британский пилот сумел увести машину в воздушное пространство Египта, выпрыгнуть из нее с парашютом и приземлиться уже на египетской территории.

По возвращении на базу в Хацор Гудлин сказал Макэлрою, что заметил на сбитых самолетах опознавательные знаки британских ВВС. Макэлрой был в шоке. Он пребывал в полной уверенности, что сражался с египетскими пилотами.

VentSSoI - 0015.jpg
Джон Макэлрой

VentSSoI - 0025.jpg .VentSSoI - 0029.jpg
Спитфайр Макэлроя после боя..................................................................Тачка "Слэйка" Гудлина, №16.................................................


В 15.00 на поиски сбитых летчиков с аэродрома Фиад вылетели шесть самолетов британских ВВС. Они уже намеренно пересекли линию прекращения огня и оказались в воздушном пространстве Израиля. Здесь их встретила четверка "Спитфайров" под командованием будущего президента страны Эзера Вейцмана. В ходе завязавшегося воздушного боя был сбит еще один британский самолет, его пилот, Дэйвид Таттерсфилд, погиб. "Спитфайр", который пилотировал Вейцман, получил незначительные повреждения и благополучно возвратился на базу Хацор.

103.jpg .VentSSoI - 0011.jpg
Будущий главком ВВС ЦАХАЛа и президент Израиля Эзер Вейцман у истребителя S-199 на фоне эмблемы 101 эскадрильи.


Когда израильским летчикам стало доподлинно известно, что они вели бой с англичанами, а не с египтянами, радость победы заметно угасла. Практически все пилоты ВВС Израиля в годы второй мировой войны сражались либо в рядах британской армии, либо в составе ее союзников. Гибель двух британских пилотов вызвала у всех сожаление. Многие также опасались, что англичане проведут акцию возмездия.

Однако Лондон не пошел на эскалацию военного конфликта и ограничился дипломатическими мерами. Британский МИД заявил резкий протест Израилю и потребовал выплаты компенсаций за сбитые самолеты и гибель военнослужащих. Министерство обороны Великобритании официально заявило, что любой израильский самолет, появившийся в воздушном пространстве Египта, будет немедленно сбит. Израиль выразил глубокие сожаление в связи со случившимся. Пленные британские летчики после допроса в Тель-Авиве были на корабле отправлены на Кипр. Дэйвид Таттерсфильд с воинскими почестями был похоронен на английском военном кладбище в Рамле. Интенсивные усилия для примирения сторон предпринял президент США Гарри Трумэн.

В соответствии с официальной израильской версией, столкновение с британскими ВВС 7 января 1949 года стало результатом досадного недоразумения. Вместе с тем, у исследователей все же остаются вопросы по этому поводу. Некоторые полагают, что на определенном этапе, и уже наверняка после пленения Фрэнка Клоза, в высших эшелонах власти Израиля понимали, что бой у линии прекращения огня идет не с египетскими, а с британскими летчиками. Но, по этой версии, руководство страны приняло решение поставить на место англичан, демонстративно пренебрегавших суверенитетом еврейского государства. Британские самолеты, направлявшиеся из Египта в Иорданию, без всякого разрешения пересекали воздушное пространство Израиля. В документах британского посольства в Египте Израиль именовался "оккупированной Палестиной", и об этом тоже прекрасно знали в Иерусалиме.

Так или иначе, происшествие 7 января свидетельствует о высокой напряженности в отношениях между Израилем и Великобританией. В этом контексте становится понятным, что Советский Союз вполне мог рассчитывать на прямое столкновение между еврейским государством и его бывшей метрополией. "Кроме вторжения англо-арабских полчищ, Израиль знает иное вторжение, менее громкое, но не менее опасное — англо-американского капитала, - писал Илья Эренбург в газете "Правда" в сентябре 1948 года. - Когда армия Израиля отстаивала свою землю от арабских легионов, которыми командовали английские офицеры, все симпатии советских людей были на стороне обиженных, а не на стороне обидчиков".

В этой статье, написанной по заказу самого Сталина, Эренбург ясно давал понять: враги Израиля — это "англо-арабские полчища", а союзники, разумеется — страны советского блока. Однако история пошла по другому пути. "Арабские полчища" перешли под покровительство Москвы, а уже в 1956 году Израиль оказался союзником Великобритании в ходе Синайской компании — военной операции против Египта.

Борис Ентин, "Детали".
https://detaly.co.il/kak-vvs-izrailya-sbili-5-britanskih-samoletov/
 
אנחנו בתוך מלחמת השחרור. לארגון ההגנה היה תותח אנגלי. אחד ויחיד שאותו הפעיל קצין קנדי לא יהודי שהתנדב לעזור. בבוקר ירו בו בעמק החולה על הסורים, ובלילה בעמק הירדן על העיראקים. או להפך. אבל להגנה היו פגזים ללא מרעומים, ובקיבוץ היו מרעומי מרגמות שלל צרפתיות שנפלו לידי האוסטרלים במלחמת העולם השנייה. התעורר צורך קריטי להתאים בין הברגות האינצ'ים להברגות המילימטרים. רבינוביץ מצא את הדרך לשדך ביניהן. יום אחד התגלגל למשק קצין דובר אנגלית שהתוודה: "יריתי בתותח הזה עשרות אלפי פגזים במלחמה אך דבר כזה לא קרה לי". הרעש שהשמיעו הפגזים של שמואליק הפחיד את האויב כמו הפיצוץ עצמו. גם עם הדוידקה ידעה המסגרייה של כפר גלעדי לעשות הרבה רעש. בכל פגז הושתלו שני מרעומים צרפתיים. שש הדוידקות שהוזמנו היו מיועדות לכיבוש צפת. בבוקר, לאחר כיבוש העיר, בא רבינוביץ לצפת עם יחידת הסגן סטף ורטהיימר. המשימה: ציד ברזל להמשך הלחימה. כשחזרו סטף ושמואליק לטנדר, מצאו אותו עמוס כורסאות ושטיחים שבזזו החיילים מבתים נטושים. ורטהיימר עמד מול הכוח ופקד: "יש לכם שתי דקות להוריד הכל למטה, מי שיסרב יעמוד למשפט צבאי". "אמרתי לעצמי אז שזה בן אדם", מספר שמואליק בספרו. כשפנה ורטהיימר לתעשייה, הציע לשמואליק להצטרף, אך הקיבוצניק הבהיר שחייו בקיבוץ.​


במלחמת השחרור הייתה רחל בחודש התשיעי להריונה עם מיריק. באחד הימים כפר גלעדי הופצצה מהאוויר ולידה נהרגה חברתה הקרובה מרים מולכו. בקיבוץ כרסם אז חשש שלא יהיה מנוס מפינוי המשפחות. בהיעדר כביש, יצאה קבוצת חברים להרים, למצוא נתיב שיוביל לצפת. בדרך נתקלו ההולכים בערבי מהונין. "חשבנו להניח לו", מספר שמואליק, "אך חששנו שמא יזעיק את כל אנשי הכפר". הם לקחו את האיש איתם ושחררו אותו רק בשערי צפת.
בשוך רעמי התותחים שככו גם צלצולי הפעמון בכנסיית כפר אבל הסמוך. מוסלמים, נוצרים - כולם ברחו ורק אחד נשאר. "דיב היה מוסלמי קטן קומה", מתאר רבינוביץ, "חברותי מאוד, איש מוכשר שידע לתקן שעונים". בתום המלחמה אמר לקיבוצניקים: "תעשו איתי מה שאתם רוצים, אני לא בורח". הוא גר זמן מה בכפר גלעדי וביקש להתקבל לחברות. אבל דיב לא הצליח לצלוח את האסיפה. "כי הביטחוניסטים חששו שימסור ידיעות". הוא עבר עם בנו לקריית שמונה. הבן עבד בגן הירק של הקיבוץ, האב התחתן ועבר
לנצרת.

 

semen_izdali

Предупрежден
אנחנו בתוך מלחמת השחרור. לארגון ההגנה היה תותח אנגלי. אחד ויחיד שאותו הפעיל קצין קנדי לא יהודי שהתנדב לעזור. בבוקר ירו בו בעמק החולה על הסורים, ובלילה בעמק הירדן על העיראקים. או להפך. אבל להגנה היו פגזים ללא מרעומים, ובקיבוץ היו מרעומי מרגמות שלל צרפתיות שנפלו לידי האוסטרלים במלחמת העולם השנייה. התעורר צורך קריטי להתאים בין הברגות האינצ'ים להברגות המילימטרים. רבינוביץ מצא את הדרך לשדך ביניהן. יום אחד התגלגל למשק קצין דובר אנגלית שהתוודה: "יריתי בתותח הזה עשרות אלפי פגזים במלחמה אך דבר כזה לא קרה לי". הרעש שהשמיעו הפגזים של שמואליק הפחיד את האויב כמו הפיצוץ עצמו. גם עם הדוידקה ידעה המסגרייה של כפר גלעדי לעשות הרבה רעש. בכל פגז הושתלו שני מרעומים צרפתיים. שש הדוידקות שהוזמנו היו מיועדות לכיבוש צפת. בבוקר, לאחר כיבוש העיר, בא רבינוביץ לצפת עם יחידת הסגן סטף ורטהיימר. המשימה: ציד ברזל להמשך הלחימה. כשחזרו סטף ושמואליק לטנדר, מצאו אותו עמוס כורסאות ושטיחים שבזזו החיילים מבתים נטושים. ורטהיימר עמד מול הכוח ופקד: "יש לכם שתי דקות להוריד הכל למטה, מי שיסרב יעמוד למשפט צבאי". "אמרתי לעצמי אז שזה בן אדם", מספר שמואליק בספרו. כשפנה ורטהיימר לתעשייה, הציע לשמואליק להצטרף, אך הקיבוצניק הבהיר שחייו בקיבוץ.



במלחמת השחרור הייתה רחל בחודש התשיעי להריונה עם מיריק. באחד הימים כפר גלעדי הופצצה מהאוויר ולידה נהרגה חברתה הקרובה מרים מולכו. בקיבוץ כרסם אז חשש שלא יהיה מנוס מפינוי המשפחות. בהיעדר כביש, יצאה קבוצת חברים להרים, למצוא נתיב שיוביל לצפת. בדרך נתקלו ההולכים בערבי מהונין. "חשבנו להניח לו", מספר שמואליק, "אך חששנו שמא יזעיק את כל אנשי הכפר". הם לקחו את האיש איתם ושחררו אותו רק בשערי צפת.
בשוך רעמי התותחים שככו גם צלצולי הפעמון בכנסיית כפר אבל הסמוך. מוסלמים, נוצרים - כולם ברחו ורק אחד נשאר. "דיב היה מוסלמי קטן קומה", מתאר רבינוביץ, "חברותי מאוד, איש מוכשר שידע לתקן שעונים". בתום המלחמה אמר לקיבוצניקים: "תעשו איתי מה שאתם רוצים, אני לא בורח". הוא גר זמן מה בכפר גלעדי וביקש להתקבל לחברות. אבל דיב לא הצליח לצלוח את האסיפה. "כי הביטחוניסטים חששו שימסור ידיעות". הוא עבר עם בנו לקריית שמונה. הבן עבד בגן הירק של הקיבוץ, האב התחתן ועבר
לנצרת.

Вот интересная статья про самодельные орудия в "Войне за независимость"

Do it yourself.

и фоток много
 

semen_izdali

Предупрежден
Спорный автор, но пусть будет

Операция “Йоав”
Во вторник вечером, 6 октября 1948 года, премьер-министр и министр обороны Израиля Давид Бен-Гурион написал в дневнике: “Сегодня мы в правительстве предприняли самый важный шаг после решения провозгласить независимость. Проанализировав ситуацию, правительство согласилось с моим предложением силового прорыва в Негев, т.к. египтяне нарушают решения ООН и не дают нашим транспортам проехать. Я объяснил результаты этого шага для Юга и всей Страны… Восемь министров проголосовали ‘за’… Начало – 14 октября, сразу же после Йом-Кипура.”
Речь идет об операции “Йоав”, которая началась в итоге на день позже.

1580499501733.png

1580499889659.pngКороль Абдалла и Глабб-паша


 
Последнее редактирование:

semen_izdali

Предупрежден
«АНГЛИЙСКИЙ ГОЙ», ВОЕВАВШИЙ ЗА ИЗРАИЛЬ

Том Дерек Боуден был одним из 5000 иностранных добровольцев корпуса иностранных волонтеров, которые прибыли в Израиль в 1948 году из 60 стран, чтобы помочь стране в Войне за независимость. Его история особенно поразительна. Большинство израильтян ничего о нем не знали, но другие запомнили его на всю жизнь под прозвищем «Капитан Эппл». В этом месяце Том Боуден скончался в Лондоне в возрасте 98 лет.

«Я влюбился в еврейскую девушку и еврейское государство», — сказал Боуден однажды, когда его попросили объяснить, как он, выходец из состоятельной английской семьи, воевал за Израиль вдали от дома и подвергал свою жизнь опасности ради народа, к которому не имел никакого отношения. Но правда в том, что была и другая причина его приверженности еврейскому делу. Один из эпизодов в его бурной жизни связан с нацистским концлагерем Берген-Бельзен, куда он попал, как пленный британский военнослужащий. Когда Боуден увидел зверства нацистов, он решил помочь евреям. Позже он объяснил, что боялся, что арабы вырежут евреев в Палестине, и снова пришел на помощь.

Боуден родился недалеко от Лондона в 1921 году. В 15 лет Том бросил школу, а в 1938 году поступил на службу в английскую армию. И тут начался его роман с евреями. Его отправили в Палестину для участия в подавлении арабского восстания, которое вспыхнуло в 1936 году. Боуден служил под началом легендарного Орда Вингейта, который создал специальные ночные отряды «Хаганы».

Евреи, которых Боуден встретил в Палестине, очень ему понравились. «Они были, как поселенцы на Диком Западе, я полюбил их историю и эту землю», — говорил он.

В 1941 году Боуден познакомился с еще одной легендарной фигурой. Воюя против армии французского режима Виши в Сирии, он принял участие в операции, в которой Моше Даян потерял глаз, когда пуля снайпера попала в его бинокль. «Я любил его, он был отличным парнем», — рассказал Боуден, который тоже был ранен в той операции, и на выздоровление ему потребовалось несколько месяцев.

Позже Боуден поступил добровольцем в десантный полк и принял участие в высадке в Нормандии в июне 1944 года. В сентябре того же года он участвовал в битве за Арнем в Нидерландах. Там он был снова ранен, попал в плен и был доставлен в немецкую больницу, откуда ему удалось бежать, но его снова схватили. При обыске у него нашли письма, которые он получал от своей невесты из кибуца и от еврейских друзей из подмандатной Палестины.

«Я покажу вам, что мы делаем с евреями», — сказал офицер-эсэсовец и отправил Боудена на месяц в концлагерь Берген-Бельзен. «Я помню этот запах и пустоту, — вспоминал он. — От людей ничего не оставалось».

После войны англичанин вернулся в Эрец-Исраэль — на этот раз для того, чтобы воевать за независимость еврейского государства. «Я подумал, что мне нужно быть там, мы не хотим повторения Берген-Бельзена, — сказал он. – Я хотел помочь евреям и сам хотел стать частью того, что начал сам Бог — участвовать в возрождении еврейского государства, впервые за две тысячи лет».

Боуден получил назначение в 7-ю бригаду и сражался в Латруне и Галилее. Среди его подчиненных были евреи из Польши, говорящие на идише. «Мне пришлось выучить несколько слов, чтобы отдавать команды», — сказал он. После войны Хаим Ласков, позже начальник генштаба, попросил его создать парашютную школу, и Боуден это сделал. Он был в школе главным инструктором, и в августе 1949 года состоялся первый выпуск десантников, которых он подготовил.

В книге десантников Михаэль Бар-Зохар писал о нем: «Английский гой, который дезертировал из армии Ее Величества и решил остаться в Израиле. Рыжий, с традиционными усами». Позже один из его подчиненных вспоминал: «Капитан Эппл подвел нас к «Дакоте» и объяснил, что пилоту дано указание совершить с нами полет в «боевых условиях», когда по самолету «ведется огонь с земли». И кто был пилотом? Эйби Натан (летчик, бизнесмен и первый израильский борец за мир, заключивший в 1970 году пари на ящик виски, что за год он добьется мира с Египтом — прим. «Детали»). И действительно, он впервые дал курсантам почувствовать себя в боевых условиях».

На своей невесте из кибуца Боуден, в конце концов, не женился. Его женой стала Хава Хейльбрунер, которая иммигрировала в Эрец-Исраэль из Германии после Хрустальной ночи и была его секретарем на авиабазе. В 1952 году супруги приехали в Англию, где создали ферму. У них родилось четверо детей, внуки и правнуки. Хава умерла в 2003 году.
Офер Адерет, «ХаАрец», И.Н. На фото: Давид Бен-Гурион с бойцами Пальмаха. Фото: архив GPO. #war@world_jews

1Lb7VjHWWwc.jpg
 
Тайна открыта: что узнал Бен-Гурион перед провозглашением независимости от французской разведки.

D36-078.jpg
На фото: подписание Декларации независимости.

Поздно вечером 12 мая 1948 года Народная администрация (так тогда называлось создаваемое Временное правительство) должна была вынести судьбоносное решение: принять ли американское требование прекращения огня или объявить о создании независимого еврейского государства. Десять участников заседания ясно понимали, что провозглашение государства приведет к полномасштабной войне против всех арабских армий. Новости, появившиеся ночью о тяжелом положении жителей Гуш-Эциона, усилили опасения руководства, а память о Катастрофе в Европе была мучительно свежа.

Члены Народной администрации столкнулись с трудной моральной дилеммой: имеют ли они право принимать решение, которое подвергнет еврейский народ огромной опасности, а то и приведет к новой Катастрофе?

Несмотря на историческое значение этого решения, соображения Бен-Гуриона, приведшие к созданию государства, все еще не до конца ясны историкам. Был ли это безрассудный поступок, продиктованный мессианскими идеями, как утверждают одни? Или оно было основано на точном расчете и хороших данных разведки, тщательном изучении обстоятельств и правильной оценке способности еврейского ишува противостоять нападению арабов?

Документы, недавно обнаруженные во французском и израильском архивах, фактически поддерживают второй вариант. Они показывают, что во время судьбоносного заседания Бен-Гурион получил конфиденциальную информацию от французской разведки. Бен-Гуриону донесли, что лидеры арабских государств, собравшиеся в Дамаске, решили, при тайной поддержке Великобритании, что война начнется в любом случае.

Они хотели, чтобы это была быстрая, молниеносная война, и разрабатывали совместный план вторжения. «Из достоверного источника стало известно, что арабские государства окончательно решили атаковать все вместе 15 мая, — говорилось в телеграмме, полученной советником Бен-Гуриона вскоре после начала заседания. – Они решили начать войну, даже если рискуют потерпеть поражение. Они делают ставку на нехватку тяжелого вооружения и авиации у еврейского государства. Тель-Авив будет немедленно атакован с воздуха».


Ниже в телеграмме подробно описан план нападения арабов и какие силы будут в нем участвовать. Эта информация имела стратегическое значение, и хотя Бен-Гурион не посвятил других участников заседания в подробности депеши, можно предположить, что это было одним из центральных факторов в принятии решения. Информация была получена из французского консульства в Иерусалиме, а там основывались, в свою очередь, на донесении французского военного атташе в Бейруте, которое было получено накануне в Париже.

Бен-Гурион был проинформирован еще в июле 1947 года о британском сговоре с участием лидеров Ирака с целью развязать войну. Французская разведка сообщила ему, что высшие британские офицеры в Каире и Багдаде тайно работают против планов своего правительства по уходу из Палестины. Они не хотят потерять мандат на Палестину, и готовы пойти на все, включая разжигание большой войны между евреями и арабами.

Palestine Patrol Supplement.jpg
На фото: депортация нелегальных еврейских иммигрантов из Палестины.

Но накануне заседания Народной администрации Бен-Гурион понял, что именно военные успехи еврейского ишува, особенно захват Хайфы и Яффо, позволят британским офицерам объединить арабских лидеров, между которыми существовали постоянные противоречия и личные ссоры. Арабских лидеров удалось убедить, что они должны временно объединить свои силы и начать войну, чтобы помешать созданию еврейского государства или хотя бы сократить его площадь до маленькой полосы вдоль средиземноморского побережья.

04map_pg64.gif

В меморандуме от 7 мая 1948 года, направленном командованию британской армией в Лондон, точно предсказаны начальные этапы будущей Войны за Независимость. Некоторые пункты этого документа нашли свое отражение в плане арабского наступления. В меморандуме о войне говорится, как о свершившемся факте, а посреднические усилия США, как и сомнения самих арабских лидеров по поводу войны, полностью игнорируются.

В меморандуме указывалось, что на первом этапе арабские армии будут использовать свое численное превосходство, а также превосходство в тяжелом вооружении и боеприпасах. Первый этап должен быть молниеносным, его цель – взять под контроль все районы, которые по плану раздела Палестины должны стать арабским государством, а также Негев (который по плану раздела должен был отойти к еврейскому государству). Они также попытаются завоевать контролируемые евреями территории на северо-востоке страны. В ответ евреи быстро нарастят свою боевую мощь, открыв ворота страны для массовой алии и организовав тотальную мобилизацию всех евреев, способных носить оружие. Параллельно с этим, предполагал меморандум, евреи начнут быстрые массовые закупки оружия и боеприпасов у известного источника в обход американского эмбарго.

На втором этапе еврейские подразделения перейдут в контратаку и будут теснить арабов, у которых начнет ощущаться нехватка боеприпасов и падение боевого духа. В меморандуме говорится, что «евреи получат возможность воспользоваться ситуацией, чтобы оккупировать арабские территории и даже создать угрозу арабским странам». Если арабы выдержат вторую стадию войны, то более поздняя, третья, стадия примет характер «войны на истощение», в которой арабы окажутся в более выгодном положении, так как у них есть превосходство по ресурсам. Однако арабские режимы могут столкнуться с внутренними кризисами и ростом экстремистских политических движений. В меморандуме перечислены четыре оперативных вывода, которые британцы должны принять во время и после войны:
  1. Арабские армии будут вести молниеносную войну, чтобы добиться быстрых территориальных успехов.
  2. Нужно попытаться предотвратить контратаку евреев принуждением к перемирию или прекращению огня, чтобы закрепить арабский успех в захвате территории. Представитель Франции в ООН Александр Пароди действительно отмечал, что 19 мая британский представитель торпедировал в Совете безопасности французскую инициативу по прекращению огня, но в конце месяца (когда арабские силы уже отступали) применил все свое влияние, чтобы провести такую же инициативу.
  3. Рассматривается возможность военного вмешательства в конфликт, если еврейские силы в ходе контратаки перейдут на территорию арабских стран. Основание для вмешательства – существующие военные соглашения между Великобританией, Египтом и Иорданией. Действительно, англичане многократно угрожали военным вмешательством, особенно после израильской операции на Синайском полуострове в декабре 1948 года (операция «Хорев»). Англичане опасались, что в ходе контратаки Израиль перейдет реку Иордан и продолжит войну против хашимитского королевства. В этом случае они также рассматривали возможность вмешаться на стороне арабов. Именно на этом фоне следует рассматривать реакцию Великобритании, когда пять их самолетов «Спитфайр» были сбиты израильскими ВВС, и британские тяжелое вооружение в огромных количествах стали доставлять британским военно-морским флотом в порт Акаба на Красном море. В то же время британские эсминцы демонстративно курсировали вдоль побережья Бейрута по просьбе премьер-министра Ливана.
  4. Необходимо обеспечить оккупацию Негева арабскими силами. Следует отметить, что в январе 1947 года британская армия завершила полевые работы для переноса своих военных лагерей из района Суэцкого канала в Негев. Среди рекомендаций есть прокладка дорог через Араву, которые должны связать военные базы на севере с Синаем и Акабой. Акаба должна была служить главным портом для переброски подкреплений или эвакуации – в случае необходимости — британских войск в Восточную Африку. Поэтому завоевание южного Негева, Аравы и Эйлата (операция «Увда») в марте 1949 года усилило обеспокоенность британцев по поводу возможности израильской оккупации Западного берега и прямого вторжения в Иорданию, а также это провалило жизненно важный британский стратегический план соединить сухопутным коридором Египет и Трансиорданию.
D284-115.jpg
На фото: сбитый египетский самолет "Спитфайр" около киббуца Рухама.

Вопрос, который возникает сегодня из этого исторического британского меморандума, заключается в том, почему офицеры разведки и высшее британское командование в Египте подталкивали арабских лидеров к войне, несмотря на то, что ожидали возможного поражения? По-видимому, некоторые из них не смогли правильно оценить возможности лидеров еврейского ишува и боеспособность вооруженных сил, находящихся в их распоряжении. Ишув сумел остановить внезапное нападение арабов, хотя британские офицеры предполагали, что главная цель — завоевание Тель-Авива — может быть достигнута в ходе совместного наступления египетских сил с юга и Иорданского легиона с востока.

Другие считали, что победа или поражение арабских стран в войне увеличит их зависимость от Британии, и они не будут сопротивляться подписанию выгодных для Британии военных договоров. Британское военное командование рассматривало эти договоры, как высшую цель, они уже тогда предвидели начало «холодной» войны против СССР, в которой Ближний Восток станет одной из главных арен.



Тайные заседания

Лидер, который знает, что против него ведется подрывная деятельность, имеет преимущество - он может помешать намерениям противника. Это утверждение верно для Бен-Гуриона, который знал о намерениях британских офицеров помешать созданию еврейского государства. Еще летом 1945 года Бен-Гурион, вопреки предположениям военных командиров ишува, предвидел общую конфронтацию со всеми арабскими государствами, и это помогло ему принять стратегически правильные решения первостепенной важности. Это были способы сопротивления британскому мандату, которые позволили закупить в США оборудование для производства оружия и боеприпасов, а также оснастить ишув тяжелым вооружением.

Во время своего длительного пребывания в Париже с 1945 по 1946 год Бен-Гурион узнавал о том, как британская разведка манипулировала лидерами Сирии и Ливана, чтобы прогнать Францию из ее колоний на Ближнем Востоке. Англичане использовали арабских лидеров, и в особенности секретаря Лиги арабских государств Абдель-Рахмана Азама, чтобы сформировать коалицию для вторжения в Палестину. Бен-Гурион приобрел почти фаталистическую веру в способность британских спецслужб манипулировать не только арабскими лидерами, но и своим правительством в Лондоне для достижения своих целей. Веру, которая потом многократно находила подтверждения на практике.

Но накануне заседания Народной администрации Бен-Гурион узнал еще одну важную вещь. Французские источники сообщили ему, что офицеры разведки и британское высшее командование в Египте смогли убедить египетского короля Фарука присоединиться к арабской военной коалиции. Он сам принял решение и навязал его премьер-министру Махмуду ан-Нукраши-паше, несмотря на его категорические возражения.

King Farouk I of Egypt and Sudan revising war plans with commanders of Egyptian army during th...jpg
На фото: египетский король Фарух I и командующий суданскими подразделениями планируют вторжение в Негев в направлении кибуца Ницаним.

Против войны выступали высокопоставленные египетские правительственные чиновники, сенаторы, члены королевской семьи и даже высокопоставленные военные командиры. Между 10 и 13 мая ан-Нукраши-паша проводил секретные заседания правительства, и их участники пришли к выводу, что египетская армия не готова к войне и испытывает нехватку боевой техники.

Изучение архивов армии, разведки и министерства иностранных дел Франции раскрывает много подробностей о том, как британские офицеры разведки и генералы манипулировали королем Фаруком, чтобы тот бросил свою армию на войну против еврейского государства. Британские агенты задействовали, среди прочего, добровольцев из «Братьев-мусульман».

Тысячи членов этой организации устраивали погромы и массовые демонстрации с уличными беспорядками, они нападали на евреев и иностранцев, грабили их имущество. Они требовали от короля решительных действия для «спасения от евреев» мусульманской земли и мечети Аль-Акса. Сотни членов этой организации вели подрывную деятельность против еврейских поселений в Негеве. В то же время королю пообещали, что если он отвоюет Негев у евреев, это позволит британской армии выполнить требование Египта и вывести из Египта свои войска, которые будут переведены в Негев.

Но главным соблазном были обещания тайных поставок оружия для египетской армии в нарушение эмбарго, введенного правительствами на продажу оружия в страны Ближнего Востока. Во второй неделе мая французы обратили внимание на слишком частые посещения королем Фаруком штаб-квартиры британских войск. По сведениям информаторов французы узнали, что британские офицеры заверили короля, что если он вступит в войну, британское командование предоставит армии и египетским ВВС необходимое оружие, боеприпасы и самолеты.

Согласно сообщению французского военного атташе в Каире, с 1 по 25 мая британская армия начала передачу интендантской службе египетской армии со своих складов в районе Суэцкого канала огромного количества винтовок, пулеметов, артиллерийских орудий, амуниции и боеприпасов и другого оборудования.

Большое внимание было уделено укреплению египетских ВВС, которые получили 16 самолетов «Спитфайр», несколько самолетов «Дакота», бомбы и другие боеприпасы. Англичане также обязались заменить на новые все самолеты, вышедшие из строя. Французы подозревали, что английские офицеры принимали непосредственное участие в планировании египетского наступления.

Решение Фарука имело далеко идущие последствия для всей войны, Египта и всего региона. Израилю пришлось сражаться одновременно на нескольких фронтах, когда египетская армия продвигалась с юга к Тель-Авиву, а армии из Иордании, Ирака, Сирии и Ливана атаковали с востока и севера.

Другой успех агентов английской разведки, который также был известен Бен-Гуриону из французских источников, был в Дамаске. Арабские лидеры собрались там во второй неделе мая, чтобы обсудить, принять ли американское предложение о продлении британского мандата на десять дней, чтобы попытаться заключить соглашение между евреями и арабами. Альтернативой этому было только решение о войне и согласованном плане вторжения.

Как сообщил высокопоставленный сирийский источник французскому агенту, англичане вынудили короля Абдаллу и иракского визиря Абдель-Айла отправить в отставку иракского генерала Исмаила Цафауата и назначить на его место другого иракского генерала – Нуреддина Мухаммеда, который был более управляемым и лояльным британским требованиям. В донесении также сообщается, что и секретарь ЛАГ Азам, и премьер-министры Сирии и Ливана, и даже муфтий Хадж-Амин аль-Хусейни были готовы принять американское предложение и начать переговоры с ишувом. Но в конечном счете уступили категоричным требованиям иорданского короля, представители которого объявили, что армия Иордании в любом случае вторгнется в Палестину.

Om.Ali.7.jpg
На фото: вооруженная английскими бронемашинами колонна иракской армии выдвигается для вторжения в северную Самарию.

Позиция Абдаллы вынудила других арабских лидеров поддержать вторжение, чтобы сохранить репутацию борцов за права палестинских арабов, что было очень важным для общественного мнения в арабском мире. У многих в арабском мире, часть которого тайно сотрудничала с агентами британской разведки, не было никаких сомнений, что Абдалла следовал указаниям своих английских опекунов. Понятно, что тайная миссия Голды Меир, которая поехала к королю Иордании 11 мая 1948 года в последней попытке избежать войны, была безнадежной.

Abdalla_British_1946.jpg
На фото: король Абдалла l с высокопоставленными английскими офицерами, 1946.

Завоевание Гуш-Эциона нерегулярными арабскими силами совместно с подразделениями Арабского легиона утром 13 мая убедило последних арабских лидеров, которые еще колебались, в способности их армий разгромить силы ишува и захватить всю территорию Палестины. Захват Кфар-Эциона, который сопровождался массовыми убийствами мирных жителей, был воспринят, как предвестие будущей победы. Сотни пленных, захваченных в Гуш-Эционе, провезли на грузовиках по улицам Аммана под визг и улюлюканье толпы. Это было одной из целей Глоб-паши, британского командующего легионом, который имел прямую связь с британской армией и спецслужбами в Египте.

King_Abdullah,_Jerusalem,_29_May_1948.jpg
На фото: король Абдалла l на параде гордости в Йерусалиме по случаю великой победы над защитниками Гуш-Эциона.


Но оккупация Гуш-Эциона также имела непосредственную военную цель - обеспечить снабжение Арабского легиона со складов британской армии в районе Суэцкого канала. Следует отметить, что по донесениям английской разведки и сирийской военной разведки, Глоб-паша в прошлом участвовал в деятельности британской разведки в Иордании и в Сирии, включая вербовку бедуинских племен в сирийской пустыне для помощи Арабскому легиону. Многие из этих бедуинов потом участвовали в боях против израильской армии в районе Латруна.

Трезвое и мудрое решение

Как показывает все вышесказанное, Бен-Гурион располагал достоверной и точной информацией о причастности англичан к разжиганию войны, о решении арабских лидеров начать войну в любом случае, а также о плане вторжения, и о силах, которые будут задействованы. Десять членов Народной администрации участвовали в долгом заседании, которое продолжалась до полуночи. Голда Меир сообщила о провале своей поездки к королю Абдалле. Исраэль Галили, глава национального штаба, и Игаль Ядин, исполнявший фактически обязанности начальника генштаба, сделали доклад о готовности к войне. Ядин сказал, что вероятность начала войны «очень весомая».

Iraqi army in jeneen palestine 1948.jpg
На фото: патруль иракской армии у перекрестка Мегиддо.

Можно ли утверждать, что решение Народной администрации было результатом реалистичного подхода и полного владения информацией о том, что решение лидеров арабских государств (принятое двумя днями ранее) о начале войны уже принято, и что арабские армии начнут вторжение 15 мая? Но мы видим колебания и нерешительность арабских лидеров, к тому же под сильным американским давлением. Можно предположить, что если бы Бен-Гурион не объявил независимость еврейского государства, они не поддались бы британскому давлению и не отдали бы приказы своим армиям вторгнуться в Палестину.

Конечно, принимая решение о создании государства, лидеры ишува верили, что это - исторический момент для еврейского народа и сионистского движения. Но это не было безрассудным шагом и не основывалось на мистических чувствах. Наоборот, это было результатом трезвой оценки ситуации, точных сведений о враге и его намерениях и понимания своих возможностей отразить нападение. Глубина ответственности на плечах Бен-Гуриона была столь же велика, как и словах, которые он написал в своем дневнике накануне провозглашения независимости: «В Эрец-Исраэль радость и ликование, а я снова - единственный среди них, кто грустит».

Меир Замир, профессор университета им. Бен-Гуриона, «ХаАрец» Ц.З.
https://www.haaretz.co.il/magazine/.premium-MAGAZINE-1.8842776
 
Операция «Хирам» могла завершиться взятием Бейрута
Map_of_Operation_Hiram.jpg


В этот день 72 года назад, 31 октября 1948 года завершилась операция "Хирам", в результате которой под контролем Израиля оказалась вся Верхняя Галилея. В ходе боевых действий части бригады "Кармели" дошли до реки Литани на юге Ливана, однако спустя 4 месяца, при подписании соглашений о прекращении огня, отступили к линии международной границы подмандатной Палестины.

1280px-Saasaa_1948.jpg
Операция "Хирам" продолжалась всего 60 часов. В Галилее израильтянам противостояла Армия спасения под командованием Фаузи Каукджи. Еще в середине 30-х годов он провозгласил себя "главнокомандующим арабской революцией в Южной Сирии" и занялся созданием вооруженных формирований в районе Шхема и Дженина. В 1941 году он сражался в Сирии на стороне вишистской Франции против англичан, был ранен и отправлен на лечение в Германию. По окончании войны Каукджи по подозрению в сотрудничестве с нацистами арестовали советские войска. Однако 1947 году он был освобожден и сразу же отправился воевать на Ближний Восток.

Qawuqji.jpg
Фаузи Каукджи

Каукджи был непримиримым противником любых соглашений с Израилем. Он возражал даже против кратких перемирий, утверждая, что евреи используют их в собственных целях. 22 октября 1948 года Армия спасения в очередной раз нарушила соглашение о прекращении огня и атаковала позиции израильтян в районе кибуца Манара. Поначалу премьер-министр Давид Бен-Гурион и начальник Генерального штаба Игаэль Ядин стремились ограничиться сдерживающими действиями. Но после того, как армия Каукджи попыталась развить наступление, было принято решение о проведении крупной операции.

EDhq0Z6XYAEdmrK.jpg

В ней были задействованы подразделения 7-й и 9-й бригад, а также бригад "Голани" и "Кармели". В течение двух суток они нанесли мощные удары по Армии спасения, вытеснив ее на территорию Ливана. Наступление израильтян спровоцировало массовое бегство жителей арабских деревень. В результате операции "Хирам" ряды палестинских беженцев пополнили более 30 000 человек. Кроме того, когда командующий Северным военным округом Моше Кармель распорядился о создании 5-километровой стерильной зоны вдоль границы с Ливаном, из своих домов были изгнаны жители деревень Икрит и Бирам. Их общее число превысило 1200 человек. Несмотря на то, что в еще 1951 году БАГАЦ принял постановление о возвращении жителей этих деревень к своим очагам, оно не выполнено до сих пор.

Hiram_Moshe_Carmel.jpg
Моше Кармель

Refugees_in_Galilee.jpg
Предметом длительного разбирательства стали и трагические события в деревне Илабун. В первый день операции "Хирам" в ее окрестностях были убиты двое израильских солдат. Убитые были обезглавлены, и их головы улюлюкающая толпа пронесла на шестах по улицам деревни. После того, как израильская армия захватила Илабун, 12 местных жителей были расстреляны в отместку за надругательство над телами погибших.

Перед вступлением в силу очередного соглашения о прекращении огня, утром 31 октября командир бригады "Кармели" Мордехай Маклеф, чьи части уже стояли на реке Литани, предложил Давиду Бен-Гуриону взять Бейрут. Маклеф утверждал, что эту задачу можно выполнить в течение 24-х часов. Однако Бен-Гурион, опасаясь волны международного осуждения, отказался от этого предложения. Операция "Хирам" была завершена.


Борис Ентин, "Детали"
https://detaly.co.il/operatsiya-hiram-mogla-zavershitsya-vzyatiem-bejruta/
 

MZ.

 
Полагаю, имя Дова Конторера для русскоязычных израильтян не нуждается в комментариях.
Очень рекомендую серию его лекций о Войне за Независимость. Мне представляется очень удобным именно слушать эти лекции в записи - параллельно с каким-нибудь спокойным занятием (вождением машины, мытьем посуды и т.п.)
Вот ссылка на первую лекцию:
 

Al-Qarni

В наряде по кухне

Вы там хоть кого-нибудь не успели завербовать, сионистская военщина? Ладно хенерала, но премьера? Чё успешно-то так? o_O
 
Сверху Снизу