Мрачные новости. 😡
 
Если очер. выборы не позволят сформировать очер. правительство ситуация с бюджетом, кадрами и оснащением ещё более ухудшится. ГШ надеюсь ударит кулаком по столу, хотя бы после вполне возможного стратегического провала. :dull:
 
Мрачные новости. 😡
В каком-то смысле АОИ пожинает плоды собственной организации. Лет десять назад меня сильно удивило что нагад на вопрос сколько у него работающих людей посчитал только кевников, т.к со срочников небыло прока. ПМСМ одна из проблем - в централизации ремонта. Если есть несколько кевников и несколько срочников - то кевники будут работать, а срочники будут подай-принеси-пнх. Но если ты один на кеве на Н-самолётов/танков/хз, то срочников тебе придётся научить и они у тебя будут работать а не в наряде по кухне.
 
В каком-то смысле АОИ пожинает плоды собственной организации. Лет десять назад меня сильно удивило что нагад на вопрос сколько у него работающих людей посчитал только кевников, т.к со срочников небыло прока. ПМСМ одна из проблем - в централизации ремонта. Если есть несколько кевников и несколько срочников - то кевники будут работать, а срочники будут подай-принеси-пнх. Но если ты один на кеве на Н-самолётов/танков/хз, то срочников тебе придётся научить и они у тебя будут работать а не в наряде по кухне.
Все зависит от прапоров и конечно от солдат. у меня в ямахе несколько лет назад сменился нагад кешер, у прошлого даже солдаты с емиет шуршали нормально ( не как в гдудим, но норм). У нынешнего есть человек 5 солдат и они нихуя не делают.
 
Командиры элитных киберподразделений Израиля: «Наш конфликт с Ираном не имеет аналогов»
Новости

16:00

Подразделение 8200, в прошлом – «Центральное подразделение по сбору разведывательной информации корпуса разведки», сегодня является огромным информационным предприятием. Число служащих в нем солдат, как рядовых, так и кадровых, превышает численность персонала «Моссада» или ШАБАКа. А если учесть всех действующих резервистов, то численность личного состава подразделения превосходит обе эти службы вместе взятые.


Постоянный рост численности подразделения 8200 за последние два десятилетия отражает три взаимосвязанных процесса в Израиле и за рубежом. Во-первых, разведданные, собранные с помощью технологий, обогнали по масштабам и важности человеческую разведку, которая опирается на агентов. Во-вторых, если говорить о технологиях, то радиоэлектронная разведка, которая основывается на подслушивании и прослушивании, в последние годы начала уступать свое значение киберразведке, которая основывается на взломе компьютерных систем. И в-третьих, в рамках самой кибероперации, наряду с растущими возможностями сбора разведданных, улучшаются и наступательные возможности – способность нарушить работу систем противника и тем самым повлиять на способность вражеской страны или организации функционировать.

Эти три процесса впервые добавили наступательное измерение в работу таких подразделений, как 8200 и его коллег за рубежом. В Израиле это тесно связано с другим событием: главным врагом Израиля стал Иран. Несмотря на отсутствие общей границы, Иран и Израиль сражаются друг с другом, и кибер-оперативники, особенно из 8200, стали центральным компонентом этой кампании.

Физически солдаты из 8200 размещены в основном в центральной части Израиля – хотя к концу десятилетия их планируют перевести в Негев, – но их работа проходит за рубежом. Это относительно новый компонент в войне, и он напоминает разницу между пилотами и операторами беспилотников. Нападающие вносят существенный вклад, но сами не участвуют в боевых действиях и в ходе наступательных операций не подвергаются риску.

Аналогичный процесс происходит и в сфере обороны. Возросшая зависимость государства и общества в целом от цифровых систем привела к увеличению числа хакерских атак, большинство из которых были преступными, а не спонсируемыми правительством. Оборонительные усилия возглавляет «Национальное киберуправление», но ЦАХАЛ также играет центральную роль, как из-за навыков его персонала, так и потому, что ему необходимо защищать собственные системы. В связи с этим «Объединенное управление киберзащиты вооруженных сил» значительно выросло и пополнилось опытными солдатами.


Более десяти лет ЦАХАЛ обсуждал структуру своего киберпространства. На данный момент планы по созданию киберкомандования для контроля над всеми подразделениями и возможностями были заморожены. Было решено обойтись базовым разделением труда, и пока оно достаточно хорошо служит целям армии. Военная разведка через подразделение 8200 координирует сбор киберразведданных и наступательные действия; Отдел киберзащиты в управлении C4I отвечает за системы ЦАХАЛа и их защиту с помощью Объединенного управления киберзащиты.

Два старших офицера службы кибербезопасности, завершающих свою долгую военную карьеру, расказывают «ХаАрец» о современном положении дел в этой сфере.

Полковник Ури Став – заместитель командира наступательного подразделения части 8200; полковник Омер Гроссман занимал должность главы оборонного ведомства в Отделе киберзащиты в управлении C4I .



«Наш конфликт с Ираном не имеет аналогов в киберреальности нигде в мире. Иран атакует нас и говорит, что намерен нас уничтожить. Это относится к действиям, которые они совершили и которые мы выявили, например, попытки саботажа системы водоснабжения, вплоть до попытки отравления. Это беспрецедентные действия; другие страны обычно проявляют сдержанность, определенную степень ответственности. Но как реагировать перед лицом таких действий? Как нейтрализовать угрозу? Как сформулировать ответ, который защитит гражданское население? Это уникальный случай».

Наступательная сторона кибер-сферы, по словам Става, «останется почти полностью секретной. Это дает нам преимущество в прямой кампании против Ирана, в месте, где география не имеет никакого значения. Одна из проблем заключается в том, что Иран поддерживает группировки, которые находятся у наших границ, но в то же время физически удалены от нас. Когда речь идет о кибервойне, расстояния не существует».

По его словам, еще одна причина, по которой государство участвует в кибератаках, заключается в том, что «по навыкам, качеству, мощи мы находимся в высшей лиге стран мира, но, конечно, не конкурируем с мировыми державами в плане человеческих ресурсов».

«Когда речь идет о киберпространстве, мы обладаем самыми передовыми возможностями в мире. Наша обязанность – воспользоваться этим в отношении Ирана, у нас просто есть такая возможность. Осознание этого на высшем уровне, поддержка со стороны военного командования и политиков очень сильны, – говорит Став. – У нас сложная роль – раскрыть и объяснить чувствительность и риски, а также положить на стол варианты и возможности, о которых они могут не знать».

Став подчеркивает, что «для обеспечения безопасности не все средства легитимны». Он имеет в виду NSO, израильскую компанию в сфере кибербезопасности, которая после того, как во всем мире была раскрыта ее сомнительная деятельность, попала в черный список администрации Байдена. В ретроспективе выяснилось, что ее сделки заключались при поддержке израильского правительства и силовых структур, и что во время правления бывшего премьер-министра Биньямина Нетаниягу политика «наступательной кибердипломатии» была частью создания более тесных связей с некоторыми странами Ближнего Востока и развивающегося мира. «Поняв, что хотим полностью контролировать распространение технологии и ее цели, мы решили ничего не покупать у NSO», – говорит Став.

Что касается изменений, произошедших в подразделении, Став говорит: «Мы стали гораздо более инициативными в получении информации. Это очень сильно нас изменило. Это связано с обилием данных, которые сегодня поступают от множества датчиков, и возможностью получить их путем более глубокого анализа. Я сам испытал это на себе, когда мне было 20 с небольшим лет, – возможности, которые создаются благодаря подключению, интернету, большему количеству компьютеров и мобильных телефонов. Это создает множество новых технологий, которые необходимо понять и освоить.

Самый большой подарок, который мы имеем, – это качество рабочей силы, которая прибывает каждый год. Они вживаются в технологию, которая постоянно меняется. Они менее закрепощены, и очень часто изменения приходят снизу вверх.

Сегодня большая часть подразделения меняет свою профессиональную направленность каждые 10 лет».

Став продолжает: «Преобразования в самом разгаре. Происходит слияние множества типов информации. Три года назад в военной разведке произошли изменения, связанные с объединением систем данных и баз данных и возможностью создания интеллектуальных алгоритмов, которые изучают все датчики из разных мест. Это позволяет нам генерировать более точную разведывательную информацию и предотвратило немало атак».

В подразделении 8200 командиры прилагают немалые усилия для повышения качества личного состава подразделения. Они придают большое значение сохранению закона об обязательном призыве, без которого, как они опасаются, исключительно талантливые молодые люди не захотят служить в подразделении. «В противном случае, мы не сможем выполнять наши задачи. Люди уйдут в хайтек, и качество нашей работы серьезно снизится. Мы исходим из того, что выпускники олимпиад по информатике, математике и робототехнике каждый год приходят в это подразделение или аналогичные подразделения военной разведки», – говорит он.

Одновременно подразделение предпринимает усилия по увеличению человеческого потенциала: программы обучения в средних и старших школах на периферии страны, программа киберподготовки для боевых солдат по окончании срочной службы и поощрение девочек к выбору научно-технических программ в школах. Став говорит о «значительном увеличении женщин-офицеров на основных должностях в званиях от капитана до подполковника». Мы выросли с 5% до 25%, но это все еще далеко от раскрытия потенциала женщин. Это проблема на уровне государства и системы образования».

Помимо этого, способность собирать кибер- или радиоданные означает грубое вторжение в частную жизнь людей на стороне противника, многие из которых не имеют прямого отношения к угрозам безопасности. В 2014 году десятки бывших членов подразделения 8200 написали открытое письмо тогдашнему премьер-министру Биньямину Нетаниягу и высокопоставленным военным чиновникам, заявив, что откажутся от службы в запасе из-за этого «политического преследования».

По словам Става, из-за этого может возникать некоторое напряжение. «Мы сталкиваемся с этим каждый день. Некоторые из тех, кто подписали письмо, раньше служили под моим командованием. Но я не считаю, что это какие-то сложные дилеммы. В итоге, каждое предпринимаемое нами действие имеет четкое и хорошее обоснование. Даже если собирается много информации, и часть ее – чувствительная, мы не используем ее самостоятельно, никого не ставя в известность. Мы знаем, как извлечь то, что нам нужно, используя искусственный интеллект, а рентгеновские снимки, сделанные кем-то у стоматолога, нас не интересуют».

Став добавляет: «Некоторые из причин, по которым 8200 становится более открытым, включая это интервью, связаны с этическим кодексом, нашими правилами и нормами. Мы очень гордимся ими. В настоящее время у нас есть роль, которая включает в себя формирование этих норм в стране и в мире. Это касается и нашего диалога с зарубежными партнерами. Киберзащита немного отличается от классических военных сфер, есть также технологические гиганты. Это крупные игроки, влияющие на правила игры».

Ниже порога эскалации

Полковник Омер Гроссман проходил службу по другую сторону технологического пространства ЦАХАЛа: в «Корпусе связи», «Центре вычислительных и информационных систем» и в «Корпусе телеобработки».

В его изложении описание проблем киберзащиты кажется зеркальным отражением того, что Став иллюстрирует со стороны нападения. «Уникальность киберпространства заключается в способности атакующего отрицать его. Вы можете работать ниже порога эскалации, играть с огневой мощью – и для вас, как для защитника, очень сложно установить авторство, с уверенностью сказать, кто вас атаковал».

Отчасти эта сложность связана с отсутствием международного закона о кибервойнах. «Согласованных норм действительно не существует, за исключением Будапештской конвенции о киберпреступности. Вы можете внезапно столкнуться с ransomware – шпионской программой, используемой для вымогательства, которая по масштабу воздействия может оказаться способна повлиять на устойчивость страны». Несколько месяцев назад люди Гроссмана помогали справиться с крупной кибератакой на медицинский центр «Хилель Яфе» в Хадере. В США, по его словам, «ответственность за борьбу с киберпреступностью возложена на Киберкомандование. Они включили ее в список национальных угроз».

Когда началась война в Украине, большинство экспертов предполагали, что Киев ожидают серьезные кибератаки со стороны Москвы, как это уже случалось в прошлом в нескольких войнах, которые вел режим Путина. Эти прогнозы не сбылись. Гроссман считает, что «когда грохочут пушки, кибератаки имеют меньший эффект. Нет смысла подрывать инфраструктуру электроснабжения в городе, который уже разрушен обстрелами». Другие высокопоставленные чиновники ЦАХАЛа считают, что помощь, которую уже на ранних этапах войны украинцы получили от западных кибердержав, возможно, помогла сдержать российские атаки. Гроссман напоминает о «позиции, занятой компаниями и частными лицами на Западе в поддержку Украины. Чтобы помочь Украине, Илон Маск управляет спутниковой инфраструктурой».

Израиль, по его словам, уязвим для кибератак «именно потому, что мы технологически развиты. Это демократическая и цифровая страна, поэтому пространство, на котором может быть совершена атака против нас, велико. Цифровое богатство чревато уязвимостью». Киберподразделение предотвращает десятки попыток кибератак в год, некоторые из которых направлены против компьютеризированных систем ЦАХАЛа. Это результат нашего небольшого преимущества, а также чувства экстренности решаемых нами задач, общего военного опыта и опыта в области безопасности большинства участников».

Подавляющее большинство атак удается предотвратить, говорит Гроссман, «но рабочая гипотеза заключается в том, что стопроцентного успеха не бывает. Когда линия обороны уже нарушена, хитрость заключается в том, чтобы быстро обнаружить прорыв и сделать выводы». Отчасти это связано с гражданской ответственностью, подобной пристегиванию ремня безопасности в автомобиле или ношению маски во время пандемии коронавируса. Такие простые шаги, как загрузка обновлений на мобильные телефоны и базовая защита компьютера, снижают 99% риска. Гражданин должен понимать, что в 2022 году его информация в интернете находится под угрозой. Киберпреступления не заставят себя ждать. Индустрия выкупов – это прибыльный экономический бизнес, приносящий большие деньги. По расчетам преступников, чтобы спасти жизни людей, страны будут платить. Сумма может достигать сотен тысяч долларов за одну атаку. В этом участвуют организованные международные преступные организации всех видов. Это не угрожает непосредственно ЦАХАЛу, потому что в большинстве случаев наши системные возможности находятся внутри управляемой сети и поэтому менее уязвимы. Мы находимся немного в стороне от этих джунглей».

В 2021 году отдел киберзащиты получил премию Израиля в области безопасности. Гроссман говорит, что «стратегическое уравнение в киберпространстве сейчас только формируется, в отличие от огня против «Хезболлы» или ХАМАСа, где правила игры известны». Иранская киберугроза беспокоит его, но он не слишком впечатлен возможностями, которые Тегеран продемонстрировал до сих пор.

«Никогда нельзя недооценивать врага. Но я могу с полной уверенностью сказать, что возможности нашей стороны бесконечно выше. Это совсем не та лига, даже не тот вид спорта. На сегодняшний день не было ни одного функционального повреждения наших систем в результате атак со стороны Ирана». По его оценкам, угроза будет возрастать в ближайшие годы. «Но те, кто действует против нас при помощи клавиатуры, должны понимать, что их действия будут иметь последствия, и не только в киберпространстве».

Амос Харель, «ХаАрец», М.Р. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа⊥

безопасность Израиль Иран кибервойна
Источник: https://detaly.co.il/komandiry-elit...ilya-nash-konflikt-s-iranom-ne-imeet-analogov
 
Да быть не может!o_O
Это он еще по муцавим не ездил.
 
Кто и как наводит на цель беспилотники ВВС Израиля
Редакция

16:00

Командир учебной части беспилотных летательных аппаратов, 42-летний подполковник Р. завершает свое пребывание в этой должности и вскоре выйдет в запас. В Военно-воздушных силах Израиля его называют одним из главных героев многих секретных операций. За минувшие 20 лет Р. повидал многое: он принимал участие и в планировании дерзких вылазок далеко за пределами Израиля, и в войнах, проходивших у наших границ.


Свою армейскую службу Р. начал в 2000 году с прохождения летного курса. Однако спустя полтора года его перевели в подразделение радиоуправляемых самолетов. В 2002 году в ходе операции «Защитная стена» он уже выполнял боевые задачи в рамках своей новой должности. Во время операции «Дни покаяния» в 2004 году Р. и его товарищи привели ЦАХАЛ к смене концепции использования беспилотных летательных аппаратов – для оказания помощи наземным силам.

Во Второй ливанской войне Р. был заместителем командира эскадрильи радиоуправляемых самолетов, а во время операции «Несокрушимая скала» его назначили ответственным в оперативном штабе ВВС за их применение. После этого Р. стал командиром 161-й эскадрильи, на вооружении которой находятся БПЛА «Гермес-450» производства компании «Эльбит». Эти беспилотники предназначены и для атаки целей противника, и для сбора разведывательной информации. И три последних года Р. командовал учебной частью, где военнослужащих обучают управлению БПЛА.

«К выпускникам нашего курса мы предъявляли три основных требования, – рассказывает подполковник Р. – Каждый из них должен был уметь управлять беспилотником, работать в составе группы и читать картину наземного боя с воздуха. Сначала наши курсанты учились управлению БПЛА, затем пробовали себя в качестве командиров самолетов – выполняли учебные задачи, принимали решения в условиях неопределенности, руководили работой подчиненных. На следующем этапе учебы они командовали уже двумя или более беспилотниками одновременно.

Да, тот, кто управляет БПЛА, не рискует своей жизнью, но он серьезно влияет на происходящее на поле боя. У него должен быть характер настоящего бойца. Мы говорим, что воюем с воздуха. Мы сверху наблюдаем за боем на земле, анализируем его и оказываем влияние там, где это необходимо».


В американской армии операторы беспилотников оттачивают свое умение маневрировать в воздухе. В ЦАХАЛе принята иная система обучения. Израильские операторы беспилотников концентрируются на сборе разведданных и нанесении ударов. Управление БПЛА практически всегда – автоматическое.

«Количество задач, стоящих перед военнослужащими, значительно увеличилось, – говорит Р. – Соответственно возросла и лежащая на них когнитивная нагрузка. Мы получаем множество информации, в том числе и от участников идущего на земле боя. Оператору БПЛА доступны более 20 каналов связи. Он должен понимать, кого ему слушать в каждое мгновение боя. Иногда мы управляем одновременно четырьмя беспилотниками. Насколько бы автоматизированными ни становились эти системы, управлять ими всегда будет человек. Мы учимся соответствовать новой технике и новому времени».

– Кому передает собранные данные оператор БПЛА?

– Представителям разведки. А руководят нашей работой штаб ВВС и Оперативное управление Генштаба. Они возлагают на нас различные задачи. А во время чрезвычайных ситуаций нашими действиями руководят командиры бригад, батальонов или рот.

– Как операторы БПЛА справляются с падающей на них моральной нагрузкой?

– Мы учим их, как функционировать в самых трудных ситуациях. Невзирая на то, что они видят. Есть разница между членом правительства, который смотрит на экран в зале заседаний, и оператором БПЛА, который видит то же самое, сидя в своем вагончике и принимает непосредственное участие в операции, атакуя цель или проверяя, нет ли поблизости посторонних. И дело не только в моральных дилеммах. Неудачные действия управляющего могут поставить под угрозу успех всей операции. Мы обучаем наших курсантов справляться с этой нагрузкой так, чтобы они просто не замечали ее. Например, в ходе занятий они встречаются с опытными операторами БПЛА, которые рассказывают о критических ситуациях, которые им довелось пережить.

– А что вы сами можете рассказать по этому поводу?

– У меня есть лекция, в которой я рассказывают об операции «Тропические фрукты», проведенной в Хан-Юнесе в 2018 году [в ходе этой операции погиб подполковник спецназа Махмуд Хир Ад-Дин]. Мне пришлось принять в ней участие. Тогда наше спецподразделение попало в крайне тяжелую ситуацию. Я рассказывают курсантам о своих чувствах и мыслях в те минуты.

– До недавнего времени об операторах БПЛА вообще ничего нельзя было рассказывать. Сейчас ситуация изменилась. Кто он – оператор беспилотника?

– То, что занавес немного приподнялся, на самом деле нам помогает. Во время второй ливанской войны мы разбирали некую неудачу нашего подразделения, и оператор БПЛА рассказал о преследующих его тяжелых чувствах. А потом он сказал, насколько давит на него то, что он не может ни с кем поделиться, что ему запрещено говорить о своей службе. И все 90 человек, находившиеся в комнате, его поддержали. Выяснилось, что груз секретности давит на всех.

Один офицер сказал: «Я возвращаюсь домой и не могу рассказать жене, что со мной происходит». Да и я сам вернулся домой после операции «Тропические фрукты», и жена рассердилась на меня – почему так поздно?..


Фото: пресс-служба ЦАХАЛа
– Что происходит с оператором БПЛА, когда он входит в свой вагончик?

– Он сразу отключается от внешнего мира и переносится на поле боя. Мы видим происходящее лучше, чем пилоты ВВС. Мы видим, как наши солдаты рискуют жизнями, это погружает нас в происходящее там.

Один из наших командиров, бывший боевой летчик, рассказал, что раньше он не мог понять, каким образом операторы БПЛА чувствуют свою причастность к происходящему на поле боя. А теперь ему кажется странным, как он мог этого не понимать. Он говорит, что, управляя БПЛА во время операции «Страж стен», сильнее ощущал происходящее на поле боя, чем из кабины вертолета.

– Кто командует атаками наземных целей?

– Опытные офицеры в звании капитана или майора. Они – главные специалисты в области боевого применения беспилотников.

– Сколько раз вы лично осуществляли подобные атаки?

– Их количество выражается двузначным числом. Я имею в виду те случаи, когда я действовал как оператор БПЛА, а не как командир.

– Какие ошибки может допустить оператор БПЛА?

– Бывают атаки, в результате которых страдают непричастные люди. Мы стараемся избегать подобных ошибок, как только можно. Иногда боевой расчет принимает решение отклонить ракету с заданного курса, чтобы невинные люди не пострадали. Это трудная дилемма. В конце концов, решение остается за командиром.

– Вы можете рассказать о каком-то исключительном случае?

– Беспилотник, оказывавший поддержку с воздуха бригаде «Гивати», засек большую группу боевиков на крыше одного из зданий в Газе. Расстояние позволяло немедленно их атаковать. Но кое-что показалось нам странным, и мы попросили наземные силы проверить подозрительное здание. Оказалось, на его крыше находились не террористы, а наши солдаты.

Амир Бухбут, Walla!, Б.Е. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа⊥

БПЛА ЦАХАЛ
 
Кто и как наводит на цель беспилотники ВВС Израиля
Редакция

16:00

Командир учебной части беспилотных летательных аппаратов, 42-летний подполковник Р. завершает свое пребывание в этой должности и вскоре выйдет в запас. В Военно-воздушных силах Израиля его называют одним из главных героев многих секретных операций. За минувшие 20 лет Р. повидал многое: он принимал участие и в планировании дерзких вылазок далеко за пределами Израиля, и в войнах, проходивших у наших границ.


Свою армейскую службу Р. начал в 2000 году с прохождения летного курса. Однако спустя полтора года его перевели в подразделение радиоуправляемых самолетов. В 2002 году в ходе операции «Защитная стена» он уже выполнял боевые задачи в рамках своей новой должности. Во время операции «Дни покаяния» в 2004 году Р. и его товарищи привели ЦАХАЛ к смене концепции использования беспилотных летательных аппаратов – для оказания помощи наземным силам.

Во Второй ливанской войне Р. был заместителем командира эскадрильи радиоуправляемых самолетов, а во время операции «Несокрушимая скала» его назначили ответственным в оперативном штабе ВВС за их применение. После этого Р. стал командиром 161-й эскадрильи, на вооружении которой находятся БПЛА «Гермес-450» производства компании «Эльбит». Эти беспилотники предназначены и для атаки целей противника, и для сбора разведывательной информации. И три последних года Р. командовал учебной частью, где военнослужащих обучают управлению БПЛА.

«К выпускникам нашего курса мы предъявляли три основных требования, – рассказывает подполковник Р. – Каждый из них должен был уметь управлять беспилотником, работать в составе группы и читать картину наземного боя с воздуха. Сначала наши курсанты учились управлению БПЛА, затем пробовали себя в качестве командиров самолетов – выполняли учебные задачи, принимали решения в условиях неопределенности, руководили работой подчиненных. На следующем этапе учебы они командовали уже двумя или более беспилотниками одновременно.

Да, тот, кто управляет БПЛА, не рискует своей жизнью, но он серьезно влияет на происходящее на поле боя. У него должен быть характер настоящего бойца. Мы говорим, что воюем с воздуха. Мы сверху наблюдаем за боем на земле, анализируем его и оказываем влияние там, где это необходимо».


В американской армии операторы беспилотников оттачивают свое умение маневрировать в воздухе. В ЦАХАЛе принята иная система обучения. Израильские операторы беспилотников концентрируются на сборе разведданных и нанесении ударов. Управление БПЛА практически всегда – автоматическое.

«Количество задач, стоящих перед военнослужащими, значительно увеличилось, – говорит Р. – Соответственно возросла и лежащая на них когнитивная нагрузка. Мы получаем множество информации, в том числе и от участников идущего на земле боя. Оператору БПЛА доступны более 20 каналов связи. Он должен понимать, кого ему слушать в каждое мгновение боя. Иногда мы управляем одновременно четырьмя беспилотниками. Насколько бы автоматизированными ни становились эти системы, управлять ими всегда будет человек. Мы учимся соответствовать новой технике и новому времени».

– Кому передает собранные данные оператор БПЛА?

– Представителям разведки. А руководят нашей работой штаб ВВС и Оперативное управление Генштаба. Они возлагают на нас различные задачи. А во время чрезвычайных ситуаций нашими действиями руководят командиры бригад, батальонов или рот.

– Как операторы БПЛА справляются с падающей на них моральной нагрузкой?

– Мы учим их, как функционировать в самых трудных ситуациях. Невзирая на то, что они видят. Есть разница между членом правительства, который смотрит на экран в зале заседаний, и оператором БПЛА, который видит то же самое, сидя в своем вагончике и принимает непосредственное участие в операции, атакуя цель или проверяя, нет ли поблизости посторонних. И дело не только в моральных дилеммах. Неудачные действия управляющего могут поставить под угрозу успех всей операции. Мы обучаем наших курсантов справляться с этой нагрузкой так, чтобы они просто не замечали ее. Например, в ходе занятий они встречаются с опытными операторами БПЛА, которые рассказывают о критических ситуациях, которые им довелось пережить.

– А что вы сами можете рассказать по этому поводу?

– У меня есть лекция, в которой я рассказывают об операции «Тропические фрукты», проведенной в Хан-Юнесе в 2018 году [в ходе этой операции погиб подполковник спецназа Махмуд Хир Ад-Дин]. Мне пришлось принять в ней участие. Тогда наше спецподразделение попало в крайне тяжелую ситуацию. Я рассказывают курсантам о своих чувствах и мыслях в те минуты.

– До недавнего времени об операторах БПЛА вообще ничего нельзя было рассказывать. Сейчас ситуация изменилась. Кто он – оператор беспилотника?

– То, что занавес немного приподнялся, на самом деле нам помогает. Во время второй ливанской войны мы разбирали некую неудачу нашего подразделения, и оператор БПЛА рассказал о преследующих его тяжелых чувствах. А потом он сказал, насколько давит на него то, что он не может ни с кем поделиться, что ему запрещено говорить о своей службе. И все 90 человек, находившиеся в комнате, его поддержали. Выяснилось, что груз секретности давит на всех.

Один офицер сказал: «Я возвращаюсь домой и не могу рассказать жене, что со мной происходит». Да и я сам вернулся домой после операции «Тропические фрукты», и жена рассердилась на меня – почему так поздно?..


Фото: пресс-служба ЦАХАЛа
– Что происходит с оператором БПЛА, когда он входит в свой вагончик?

– Он сразу отключается от внешнего мира и переносится на поле боя. Мы видим происходящее лучше, чем пилоты ВВС. Мы видим, как наши солдаты рискуют жизнями, это погружает нас в происходящее там.

Один из наших командиров, бывший боевой летчик, рассказал, что раньше он не мог понять, каким образом операторы БПЛА чувствуют свою причастность к происходящему на поле боя. А теперь ему кажется странным, как он мог этого не понимать. Он говорит, что, управляя БПЛА во время операции «Страж стен», сильнее ощущал происходящее на поле боя, чем из кабины вертолета.

– Кто командует атаками наземных целей?

– Опытные офицеры в звании капитана или майора. Они – главные специалисты в области боевого применения беспилотников.

– Сколько раз вы лично осуществляли подобные атаки?

– Их количество выражается двузначным числом. Я имею в виду те случаи, когда я действовал как оператор БПЛА, а не как командир.

– Какие ошибки может допустить оператор БПЛА?

– Бывают атаки, в результате которых страдают непричастные люди. Мы стараемся избегать подобных ошибок, как только можно. Иногда боевой расчет принимает решение отклонить ракету с заданного курса, чтобы невинные люди не пострадали. Это трудная дилемма. В конце концов, решение остается за командиром.

– Вы можете рассказать о каком-то исключительном случае?

– Беспилотник, оказывавший поддержку с воздуха бригаде «Гивати», засек большую группу боевиков на крыше одного из зданий в Газе. Расстояние позволяло немедленно их атаковать. Но кое-что показалось нам странным, и мы попросили наземные силы проверить подозрительное здание. Оказалось, на его крыше находились не террористы, а наши солдаты.

Амир Бухбут, Walla!, Б.Е. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа⊥

БПЛА ЦАХАЛ
Можно посто разместить ссылку на статью. Копипасты длиннющие совсем не гуд.
 

Минобороны в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии​

время публикации: 24 Ноября 2022 г., 20:17 | последнее обновление: 24 Ноября 2022 г., 20:26
блог версия для печати фото
ЦАХАЛ в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии
Wikipedia. Фото: Carlos The Great



Министерство обороны объявило тендер на экстренную закупку 50 бронированных патрульных джипов общей стоимостью несколько десятков миллионов шекелей, предназначенных для подразделений ЦАХАЛа в Иудее и Самарии.

Также у израильских производителей были закуплены 2500 керамических бронежилетов, большая часть которых также предназначена для подразделений, служащих в Иудее и Самарии.

Закупка осуществляется на фоне всплеска террористической активности в последние месяцы, включающей использование огнестрельного оружия и взрывных устройств.
 

Mike

 

Минобороны в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии​

время публикации: 24 Ноября 2022 г., 20:17 | последнее обновление: 24 Ноября 2022 г., 20:26
блог версия для печати фото
ЦАХАЛ в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии
Wikipedia. Фото: Carlos The Great


Министерство обороны объявило тендер на экстренную закупку 50 бронированных патрульных джипов общей стоимостью несколько десятков миллионов шекелей, предназначенных для подразделений ЦАХАЛа в Иудее и Самарии.

Также у израильских производителей были закуплены 2500 керамических бронежилетов, большая часть которых также предназначена для подразделений, служащих в Иудее и Самарии.

Закупка осуществляется на фоне всплеска террористической активности в последние месяцы, включающей использование огнестрельного оружия и взрывных устройств.
С автопарком в отдельных местах на территориях полный Пэ. Мы идём в район Калькилии-Туль Карема в начале декабря. Какие-то батальоны бригады уже там. Это обычный милуим, ничего экстраординарного, но те кто там сидит сейчас на гизре, рассказывают что где-то на заборе патрулируют чуть-ли не на частных автомобилях.
 

Минобороны в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии​

время публикации: 24 Ноября 2022 г., 20:17 | последнее обновление: 24 Ноября 2022 г., 20:26
блог версия для печати фото
ЦАХАЛ в срочном порядке закупает бронированные джипы и керамические бронежилеты для сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии
Wikipedia. Фото: Carlos The Great


Министерство обороны объявило тендер на экстренную закупку 50 бронированных патрульных джипов общей стоимостью несколько десятков миллионов шекелей, предназначенных для подразделений ЦАХАЛа в Иудее и Самарии.

Также у израильских производителей были закуплены 2500 керамических бронежилетов, большая часть которых также предназначена для подразделений, служащих в Иудее и Самарии.

Закупка осуществляется на фоне всплеска террористической активности в последние месяцы, включающей использование огнестрельного оружия и взрывных устройств.
1669487887444.png
 

Вложения

  • 1669487940556.png
    1669487940556.png
    1,2 MB · Просмотры: 11
В СВ создан новый батальон для охраны границ.
Не могу открыть, но разве не проще добавить ещё один гдуд Магаву или Кфиру?
 
Не могу открыть, но разве не проще добавить ещё один гдуд Магаву или Кфиру?
По большому счету надо было добавить гдуд магава, но видимо армия под себя гребет.
Кфир уже считается нормлаьной бригадой и из подгоняют под стандарты обычных пехотных бригад.
 
Сверху Снизу